Проект Орион (СИ) - Гришин Макс - Страница 138

   - Когда они забрасывали друг друга ядерными бомбами?! А зачем нам, людям других масштабов, было ввязываться в войны на планете, которая давно потеряла для нас всякий интерес? Ради кого рисковать своим животом и... ради чего? У нас были свои заботы, свои амбиции, свои планы, которые надо было воплощать. Мы смотрели на эту планету уже с жалостью и не более того. Мы смотрели вперед, а Земля... она неуклонно катилась лишь вниз.

   - Но почему не пришли на помощь тем, кто остался в живых?! Почему с безразличием смотрели на все это, если после всех этих воин на Земле все еще оставались горстки людей, которые просили о помощи... просили забрать их с этой планеты ... Ведь они просили вас?! Ведь вам, в космос, отправляли они все эти послания?! Вам, людям, чертили они все эти картинки на стенах, не инопланетным созданиям, как думал я до этого, а вам, таким же людям, созданными из... не знаю, такой же органической материи, с тем же сознанием, с тем же порогом боли. Но вы не пришли им на помощь, вы просто забили хер, смотря на их предсмертную агонию, смотря как один за одним умирают они прямо пред вашими глазами! Ведь вы просто продолжали наблюдать за ними, сделав из этой планеты реалити-шоу!

   - Мы не пришли им на помощь потому, что так было лучше для нас...

   - Как?! - Виктор изумился.

   - Те люди, которые повылезали из бомбоубежищ, были уже другими. Это были существа, в эпоху посэйнштейновской физики отброшенные в каменный век, с каменным сознанием и развитием. Они были нам не нужны, более того, они были для нас опасны. Что могли принести они в наше общество, что дать нам, существам, ушедшим в эволюции своего сознания гораздо дальше?! Насилие, агрессию, злобу, которая текла у них в крови? Мы давно забыли эти слова как страшный сон! В своем развитии мы ушли уже гораздо дальше. В нашей жизни этого нет и никогда уже не будет. Для этого мы изменили историю и искусство, мы переписали книги и учебники на новый манер, вычеркнув из них все войны и все, что могло порождать ненависть в одном против другого. Правильно ли это было или нет, но это сработало. Мы переродились, мы стали другими, мы стали лучше! А они... эти далекие уже для нас создания, примитивные, озлобленные, привнесли бы в нашу жизнь лишь страдания, лишь воспоминания о темных страницах нашей старой истории...

   - Но ведь не все среди них были виновны во всех этих грехах!

   - Виновны были не все, но все, как один, неисправимы.

   - И вы решили просто забить, просто отвернуться от них, просто не слушать их крики и мольбы о помощи?!

   - Благополучие миллиардов было выше жизни горстки деградированных элементов. Решением многих, Земля была объявлена зоной карантина, все контакты с теми, кто оставался на ней были запрещены. Запрещены были так же и всякие попытки визита на Землю. Это не мое решение, но я его целиком и полностью разделяю.

   - Ну а вы-то, вы-то что здесь тогда делаете? Зачем прилетели на это... кладбище деградированных особей? Что вам не сидится там, у себя, в своих комфортабельных вилах, на своих этих новых звездах? - Виктор говорил раздраженно. - Какого черта прилетели сейчас сюда? Что вам надо здесь, после того, как... как все они стали мертвы?!

   - Я исследователь, историк. Земля это предмет моих научных исследований. Не самая популярная профессия в наше время, но это то, что меня интересует. Я единственный, кто получил доступ к этой планете, несмотря на карантин, единственный, кто вступил на ее поверхность, за долгие и долгие годы!

   - Единственный? - Виктор кивнул головой на команду остальных членов его команды, более молодых.

   - Единственный из людей, - проговорил он с какой-то слабой улыбкой, - робототехнику мы не берем в счет.

   Виктор окинул странным взглядом каждого из остальных членов команды. Они продолжали смотреть на него со своими прежними улыбками. Виктор сделал шаг влево, их лица повернулись к нему, их глаза продолжали наблюдать за ним. Виктор приблизился к стене, за которой стояла девушка, поразившая его тогда свой красотой и внимательно посмотрел ей в глаза. Она моргнула и с той же улыбкой посмотрела на своего немолодого босса, будто спрашивая у него совета, что делать ей в такой ситуации. Он не ответил ей ничего и продолжал смотреть на Виктора, не отводя глаз.

   - Это... роботы?

   - Все до одного.

   - Они... могут говорить?

   - Можем, - девушка вдруг повернула к нему свое лицо и проговорила четким ясным голосом. Глаза ее заблестели, маленькие мимические морщинки появились вокруг глаз от растянувшейся еще больше улыбки. На мгновение из-под пухленьких алых губок появился ряд идеальных белых зубов. Она казалась такой живой, такой идеальной, что Виктор на мгновение забыл все свои прежние мысли и соображения. Машинально, он потянулся к ней рукой, но рука ударилась о невидимое препятствие и остановилась.

   - Она выглядит так, как будто...

   - Живая?

   - Да...

   В этот момент девушка сделала шаг вперед и лицо ее коснулось руки Виктора. Неизвестно как, но она смогла пройти сквозь эту невидимую стену и теперь Виктор касался пальцами ее кожи. Она была гладкая и идеальная, как у младенца. Подобное слепому, читающему пальцами книгу, Виктор пробежался по ее лицу, ее шее, коснулся груди и тут же отдернул руку.

   - Но... она... - обратился он снова к своему немолодому собеседнику, который смотрел на всю эту сцену с каким-то удовольствием, - она... как живая, мужик, я... чувствую тепло ее кожи... я... - он наклонился вперед и сделал вдох полной грудью, - запах! Я чувствую даже запах ее волос! Обманываете?! Вы меня опять обманываете?! Это реальный человек, реальное существо. Где у нее мотор, - он вдруг обошел ее, окидывая нескромным взглядом ее стройные формы, - где приводы, где всякие кабели, разъемы?..

   - Это биоробот, - проговорил мужчина совершенно спокойно, - ее тело практически не отличается от тела человеческого, по крайней мере, в сторону худшую. Единственная разница между нами и ими заключается в том, что мы рождены, а они созданы искуственно и да, у них нет эмоций. Вернее, они у них есть, но они являются программно индуцированными, то есть, неестественными. Они не чувствуют обид, не чувствуют боли так, как чувствуем ее мы. Защитные механизмы заставляют их, к примеру, отдергивать руку от огня или отпрыгивать, когда на них падает что-то, что может причинить ущерб, но это не более, чем программы безопасности в своем действии.

   - Не боитесь, что эти роботы порвут вас на куски, если им что-то не понравится... или если они сойдут с ума? - проговорив это, Виктор почти сразу сделал шаг назад, видимо сам испугавшийся тех мыслей, которые пришли ему в голову.

   - Они совершенно безобидны. Они созданы так, что не могут причинить человеку зло ни при каких обстоятельствах. Вы можете ударить любого из них и увидите, что никто из них не скажет вам даже слова. Можете попробовать! - он кивнул на девушку, стоявшую в шаге от него.

   - Нет! Это уж слишком!.. - на мгновение Виктору показалось, что за фигурами этих биороботов, у одной из стен круглого зала, был кто-то еще, кто сидел, отвернувшись в другую сторону, и смотрел куда-то прочь. Он сделал шаг влево и присмотрелся. Там никого не было. Видимо кресло, висевшее в воздухе, показалось ему похожим на человеческую фигуру. Он нервно мотнул головой и снова обратился к мужчине:

   - Как вы нашли меня?

   - Мы получили ваш сигнал о помощи и зафиксировали необычную активность там, где ее не было уже сотни лет.

   - Каким образом?

   - Приборами нашего исследовательского аппарата, выведенного на орбиту этой планеты.

   - Аппарата?

   - Спутника.

   - Значит этот спутник, который летает по небу, он тоже ваш?

   - Конечно, - мужчина улыбнулся очередной наивности вопроса.

   - И вы видели, как мы приземлились?

   - При падении "Ориона" произошли необычные колебания в магнитном поле Земли. Это не могло быть вызвано природными условиями, частота этих колебаний и ритмичность, вызванная работой фотонных двигателей в момент вхождения в атмосферу, было невозможно спутать ни с чем природным.