Закон подлости гласит... (СИ) - Юраш Кристина - Страница 66

«Боже! Он пригласил нас на совместную прогулку!» — восхитился ангел. «В самое романтическое место. В канализацию!» — хмуро буркнул демон, странно поглядывая на ангела. — «В программе. Поцелуи под луной… тьфу ты! Под трубой… А если мы будем хорошо себя вести, нам дадут подержаться за краник… И даже покрутить его!». «Ну чего ты?» — надулась ангел. — «Какая разница? Главное, что вместе!». «Ага, любимая, я могу бесконечно смотреть и слушать на то, как течет вода… по трубам, унося все волшебные помои…» — демон собрал губы трубочкой, словно для поцелуя. — «А вдруг это — самое романтичное место в городе? Кто его знает?»

В Академии нас ждал хмурый Освальд со свитой. Глядя на нас тяжелым и уставшим взглядом он поздоровался и протянул документы на подпись вместе с ручкой.

— Только не говори мне, что это смета на ремонт канализации с учетом потолка, — подозрительно поинтересовался Альберт.

— Нет, у нас через пять дней День Магии. Ежегодный праздник, берущий свое начало еще… — начал Освальд закатывая глаза. — Чего я тебе объясняю? Ты и так прекрасно все знаешь.

— Я каждый год говорю вам, что праздника вы не заслужили. Я просто думаю ввести День Инквизиции, когда инквизиция будет демонстрировать свои умения. Два раза проведем — уже традиция. Вы полюбите этот праздник, как люблю ваш я. Это будет очень увлекательно. Многие из вас будут ждать его с ужасом и нетерпением, — Альберт взял ручку, а потом вернул ее Освальду. — Я подумаю. Ты идешь с нами. Свиту оставляй здесь. Я беру троих. Этого будет достаточно.

— Мы порылись в архивах, и нашли карту, — заявил кто-то из магов, показывая какой- то невнятный обрывок.

— Если мы потеряемся, — ответил Альберт, отмахиваясь, — пришлете ее по трубам. Я вот не знаю, напомнить ли вам про лишний этаж Академии, вписанный в смету на ремонт, которую вы подсовывали мне два года назад? Нет, не буду напоминать. Это будет некрасиво с моей стороны.

Мы спустились вниз. Завал был разобран почти полностью. Стены и потолок были кое-как укреплены.

— Веди, — кивнул мне Альберт. — Сейчас узнаем, почему канализация под Академией ремонтируется три раза в год. У меня на этот счет уже есть подозрения, однако, пока не увижу своими глазами, выводы делать не буду.

Освальд создал огромный шар света, который завис над нашими головами. Мы прошли мимо булыжника, под которым нашли лоскут моей одежды. Я рассказала, как выковыряла два кристалла с потолка, а потом повела свою экскурсию по туннелю. «Я знал, что ты умеешь заводить мужчин, проказница!» — воодушевил демон, поглядывая в сторону смущенного ангела. Ангел действительно стала часто смущаться.

— Теперь куда? — спросил Альберт, глядя на два туннеля.

— Направо! — ответила я, жалея, что не отмечала свой путь. Мимо нас пронеслась стая разноцветных крыс.

— Освальд, тебе какая больше нравится? — поинтересовался Альберт, провожая взглядом крыс, боящихся яркого света.

— Никакая, — мрачно заметил Освальд.

— Тогда что они здесь делают? — холодно осведомился мой инквизитор.

Инквизиция из сопровождения осветила себе туннель, куда нырнула крысиная делегация. Через пару минут раздался писк, визг и темноту осветило несколько вспышек заклинаний.

— Идем дальше. Здесь куда? Направо или налево? Хотя я уже вижу, что вы продолжаете сливать свои помои в канализацию, несмотря на мой строжайший запрет. И что из этого вытекает? А вот что вытекает! — процедил Альберт, глядя на голубые подтеки на стене из разъеденной трубы. — Кто защищал диссертацию по «не протекающим трубам на примере канализации» три года назад? Завтра мне фамилию на стол. И список тех, кто сливает дрянь. Хотя, не надо. Полный список преподавателей и учеников Академии у меня есть.

В одном месте, я, очевидно, завела всех не туда. «Не туда» тоже понравилось, потому, что там сидела какая-то слепая тварь, размером с аллигатора. Длинная, чешуйчатая и зубастая. На шее у твари был металлический ошейник, а между передних лап болталась цепь. Мысли о том, что мы с ней могли встретиться днем ранее, заставили меня сглотнуть. Тварь занервничала и стала принюхиваться.

— Какая прелесть, — вздохнул Альберт, глядя, как гадина в ошейнике щелкает зубастой пастью. — Выяснить, кто ее выпустил и откуда она здесь. Допрашивать необязательно. Можно просто убить. Я имею в виду тварь. Владелец мне нужен живым.

Приказ был выполнен незамедлительно. Наконец-то я привела экспедицию к трупу. Безголовый труп сидел точно в той же позе, в которой я его оставила. Альберт спокойно присел на корточки, разглядывая тело.

— Ваша Милость… Я его знал… — со вздохом ответил один из инквизиторов. — Он учился на два года старше меня. — Нам сказали, что его отчислили.

— Мне нравится, как отчисляют в Академии. Полагаю, что мне еще повезло, — заметил Альберт, рассматривая одежду студента. — А теперь, Освальд, посмотри на это. Я из-за этого не спал все утро. И не усну, пока не проверю.

Курсовая и мои записи перекочевали из рук в руки.

— Это — бред. Курсовая — еще куда ни шло. А записи — полный бред, — покачал головой Освальд. — Это — абсолютно нелогично! Здесь нужно делить, а не умножать! И откуда значение «С»? С каких это пор значение «синергии» — целое число? Почему два? Откуда вообще эта двойка взялась? Какой дурак это писал?

— Характеристику умственных способностей держи при себе. Это расчеты Анабель. Я сегодня специально сел пересчитывать. Достал все книги по телепортации. И самое интересное, что даже по ее формуле я получил совсем другой ответ! Десять раз один и тот же «другой» ответ, — усмехнулся Альберт, положив руку на мою «просветленную» гуманитарную голову. — Вот мой ответ. Внизу. Подчеркнутый. Два раза. И обведенный в кружок.

— У меня тоже получается твой ответ, — задумчиво заметил Освальд, отбирая мою ручку и делая расчеты. — Я не знаю, как она получила свой ответ, но… я уже сказал. Не в обиду будет сказано. Я считаю, что те, кто не понимают в магии, пусть лучше ею вообще не пользуются.

— То же самое касается тех, кто в ней понимает. По этому «бреду» она смогла нарушить закон телепортации и перенестись из-за города в город. Правда, посадка была не очень мягкой, но ей удалось это сделать, — заметил Альберт. — Я привел тебя сюда, чтобы мы разобрались с этим вопросом.

— Альберт! Я же сказал, что это… полная…эм… ерунда, — возмутился Освальд, перелистывая курсовую. — Вот, уже вижу ошибку в формуле. Он не учел значение… Так, здесь тоже непонятно, откуда он взял эти числа? Ладно, попробую еще раз пересчитать… Альберт, ты решил верно. У меня ответ сходится с твоим.

— Давайте сюда! Не умеете считать, учитесь! — возмутилась я, доставая ручку и выхватывая листок. Я перевернула писанину Альберта и начала выводить свое решение.

— Да что ты творишь! — взмолился Освальд, глядя мне через плечо. — Это же не умножение! Этот знак означает коэффициент….

— Будете вредничать, ничего показывать не буду! — возмутилась я, дописывая ответ.

«Скоро мы гастролировать с лекциями будем!» — хмыкнул демон. — «А теперь, смертельный номер. Гуманитарий решает магическую задачу! Слабонервным магам просьба отвернуться и не смотреть! По окончанию расчетов, поседеют даже самые стойкие теоретики!»

— Вот! — я отдала ответ, который сошелся с моим предыдущим. Бедолага Чейз смотрел на меня с пола пустыми глазницами.

— Кто проверит? Давай, Освальд. Ты или я. Или у тебя есть кандидатуры, которых не жалко? Сам понимаешь, насколько это важно. Учти, приземление было на крышу.

— Давайте я попробую, — произнес один инквизитор, беря в руки мои расчеты и переписанную из курсовой формулу. — Если что, позаботьтесь о моей семье.

— Давай сюда! — хмуро заметил Освальд, вырывая из рук инквизитора расчеты. — Просто я уверен, что ничего не получится. Разницы нет, что из-за города, что отсюда. Ты, Альберт, за это подпишешь документы?

Альберт кивнул. Освальд произнес мою формулу и… исчез. Обратно мы шли молча. Я молчала, потому, что была обижена до глубины гуманитарной души, Альберт был просто озадачен, а инквизиция молчала по долгу службы. Молчал и Винсент Чейз, который, сам того не ведая, заложил основы «гуманитарной» магии. Посмертно.