Чужая сила (СИ) - Васильев Андрей - Страница 76

Кстати – до сих пор помню, как у меня все внутри оборвалось, когда одна из этих змей, до того спокойно лежавшая и не обращающая на меня никакого внимания, внезапно развернулась как пружина, и ударила головой в стекло аккурат в то место, где стоял я. С чего, почему, зачем она это сделала – понятия не имею. Но если бы не стекло, то мутный яд, который каплями стекал по нему вниз с того места, куда ударили клыки стремительной гадины, достался бы мне.

Вот и сейчас я ощутил себя так же, мне даже показалось, что в воздухе пронесся гнилостный змеиный запах.

Впрочем, это ощущение мелькнуло и пропало, словно его не было.

А дядька оказался очень даже неплохой, с юмором и точно знающий, чего ему от нас надо. Он крайне точно формулировал свои пожелания, обходясь без размытых фраз, внимательно выслушивал собеседников и задавал правильные вопросы по существу дела.

Что до меня – я в этом разговоре практически не участвовал, обойдясь парой реплик в тот момент, когда речь зашла на тему: «стучать – не стучать». Двух мнений быть не могло – стучать, но поскольку предполагаемая деятельность нашего потенциального клиента выглядела «чистой», по крайней мере, сейчас и на словах, то и проблемам взяться было неоткуда.

К концу мероприятия я даже почувствовал к этому человеку симпатию. Он достаточно быстро выяснил все его интересующее, а после заявил предправу:

– В принципе все, дальше пусть пока работают юристы. Открытие счета и все остальное нашего общего непосредственного участия не требует, за исключением нескольких подписей. Я так думаю, пусть ваши сотрудники идут себе, а мы с вами еще поговорим о тарифах, ставках и льготах для крупных клиентов.

– Сдается мне – выгорела сделка, – радостно прошептал нам Волконский, как только вышел из кабинета.

– Правда, я так и не понял – накой мы там были нужны, – заметил Винокуров, представлявший казначейство. – Ладно – валютчики, кредитники, операционный. Наше-то хозяйство здесь с какого бока? Или вон Сашкино?

– Да-да, – поддакнул я, таращась в экран телефона.

На нем красовалась свеженькая фотография Федотовой и Денисенковой, пришедшая мне по «вотсапу». На ней они достаточно эротично вдвоем облизывали одно мороженое. Мое мороженое! Это следовало из пояснительной фразы, приложенной к фотке и гласившей: «Мы спасли твое мороженко от таяния. Мы молодцы, а ты теперь нам должен».

– Не бубни, – сдвинул брови Волконский. – Тебя отпустили – вот и иди себе на рабочее место. И все остальные тоже могут последовать его примеру. Идите, идите, солнце еще высоко.

С последним было поспорить трудно – солнце было еше высоко и жарило нещадно. Да и вечером, когда оно начало крениться к закату, зной все равно не спал.

Из метро я вывалился мокрый, как мышь, и единственное, что успокаивало, так это то, что остальные пассажиры выглядели не лучше. Вообще-то метрополитен закупает новые комфортные вагоны с кондиционерами, но их пока меньше, чем старых составов, в которых и вентиляция-то работает через раз. В смысле – в одном вагоне работает, в другом – нет. Следовательно – пассажиры из первого вагона более-менее в нем дышать могут, а те, кто попал во второй, проверяют себя на выживаемость и сопротивляемость недружелюбной окружающей среде. А если в такой вагон еще и бомж зайдет, то там «Фактор страха» начнется.

Если честно – эта поездка меня окончательно добила, исчерпав последние силы. Через парк я уже не шел, а тащился, несмотря на то, что в нем было более-менее прохладно, и приятный ветерок освежал мою спину. Не было у меня уже сил этому радоваться. И думать тоже о чем-либо сил не было. Одно желание было – в душ сходить и после этого спать лечь. Хрен с ним, что время детское.

И именно из-за такого состояния я не сразу услышал, как меня окликнул человек, сидящий на скамейке. Просто пропустил его слова мимо ушей. И среагировал только тогда, когда он снова назвал мою фамилию, только уже громче.

Глава двадцать вторая

– Ты Смолин? – переспросил у меня средних лет мужчина, привстав со скамейки и взглянув на экран смартфона.

Был он невысок, но при этом крепко сложен, я бы сказал – поджар. И еще от него за километр пахло криминалом, эту публику я ни с кем не спутаю, благо вырос в спальном районе. Да вон, собственно, и «партаки». На правой руке, на безымянном пальце, перстень с белой полосой в центре и короной сверху, если память мне не изменяет, это означает что «малолетка» товарищем была пройдена борзо. А по соседству еше и черно-белый ромб, что означает «Бей актив». Дополнял картину шрам на щеке, явно ножом кто-то хорошо поработал.

От меня-то этому красавцу чего надо? Я к той жизни никаким краем.

– Положим, – насторожился я. – А чего надо?

– Поговорить, – мужчина подошел ко мне. – Тема есть.

– Не припоминаю, чтобы мы были знакомы, – резко ответил я.

Вся вялость, которая накопилась во мне за этот долгий и жаркий день, слетела с меня, как шелуха с луковицы. Рефлексы есть рефлексы. Просто вся эта ситуация напомнила мне годы юности, приблизительно так же в свое время пацаны из соседнего, недружественного нам, седьмого микрорайона начинали «заводки», как правило, связанные с тем, что кто-то из наших «заклеил» девчулю из их охотничьих угодий. Финал всегда был один – мордобой различной степени тяжести.

Но это когда было? И я уже не пацан, да и этот мужик вроде как не тинейджер. Опять же – не по чину ему вроде такие вещи, он же не «гопник»?

– А это неважно, – растянул губы в улыбке он. – Я-то тебя знаю.

– Приятель, ты не с нашей улицы, – растягивая слова, процедил я. – И даже не из нашего района. Чего надо?

– Сказано – поговорить, – раздался хрипловатый голос у меня за плечом. – Да ты не ссы, мы тебя рихтовать сегодня не станем, оно нам не надо. Побазарим – и все. Отвечаю. Не, если ты борзеть будешь, то тогда возможны варианты.

Однако. Самое смешное – вообще не представляю, что делать. Точнее – не знаю, какой из двух вариантов, вертящихся у меня в голове, правильный. То ли поддаться вылезшим из дремучей юности инстинктам и пробить тому, что стоит напротив, прямым в челюсть, то ли попробовать решить конфликт условно-интеллигентно и попугать их полицией. Впрочем, последний вариант мне не очень нравится. Во-первых, хоть я и не их «масти», но это лютое «западло», за которое придется отвечать. Незнание законов не освобождает от ответственности. Во-вторых – я в этом случае буду выглядеть последним чмом, что меня совершенно не устраивает.

Вот только и с мордобоем, боюсь, не сложится. Этот тип, что передо мной стоит – он непростой, крученый, видно же, что огонь и воду прошел и таких как я, на завтрак ел по пять штук за раз. Он меня просто на «перо» подденет – и все. Тоже чисто на рефлексах. Плюс – некто за моей спиной, сопящий и пахнущий луком.

Какой там прямо в челюсть. Можно даже не мечтать.

– Да ты расслабься, приятель, – верно истолковал мое молчание мужчина, стоящий передо мной. – Тебе проблемы не нужны, нам тоже. Просто поговорим – и все. Зададим тебе пару вопросов, ты на них ответишь – и иди себе домой, ужинай.

– Ты такой добрый, – я сделал пару шагов вперед и развернулся, чтобы видеть обоих нежданных собеседников. – Сердце радуется.

Второй визитер меня впечатлил поболее первого. Даже не знаю, как я его сразу не приметил. Шутка ли – верзила под два метра ростом и с рожей, глядя на которую возникает желание быстро-быстро побежать домой, закрыться на все замки и надеяться на то, что он ее одним пинком не выбьет.

– Хы, – пробасил верзила. – Ну чо, будешь говорить по-хорошему?

Здоровяк, как видно, прекрасно знал, какое производит впечатление, и был не против этим попользоваться.

– О чем? – я уже понял, что попал. Какая драка, какая полиция? Эти двое из меня за минуту Петрушку сделают. Значит, появилось два новых варианта – либо бежать, что опять же унизительно, либо говорить.

Второе – целесообразней. Да и потом – надо же понять, кто на меня этих горилл спустил и по какому поводу?