Зелёные и серые - Зан Тимоти - Страница 49

– Да. Надеюсь, ты не очень на меня злишься?

– Я совсем не злюсь, – удивленно, но никак не сердито ответил он. – С чего бы мне злиться?

– Тебе понравилось там, а я так резко прервала визит, – с облегчением сказала она. Воображаемая стена растаяла. – С тех пор как мы вышли, ты все молчишь.

Он покачал головой.

– Знаешь, я сержусь на тебя гораздо реже, чем ты, похоже, думаешь. А молчал я потому, что не был уверен, что нас не подслушивают. Не хотел, чтобы кто-то был рядом, когда ты расскажешь, что тебя беспокоит. – Он искоса взглянул на нее. – Или я ошибаюсь?

– Нет, я действительно хотела уйти, – подтвердила Кэролайн. – Что-то здесь нечисто, Роджер.

Несколько шагов он прошел молча.

– Может, хотя бы намекнешь? Извини, я не это хотел сказать. Я имею в виду – обрисуешь.

Кэролайн пожевала губами, подбирая слова.

– Какое-то у них все неестественное, – медленно проговорила она. – Дети какие-то уж слишком послушные, взрослые – слишком честные и благородные. И, похоже, что Александр вместе с остальными старались как можно меньше говорить о Меланте, а хотели только выяснить, когда мы ее приведем.

– Ну конечно, они стремились показать себя с лучшей стороны, – сказал Роджер, – понравиться нам.

– Да, но почему?

– Ну, для начала, Веловски не будет жить вечно, – заметил Роджер. – Может быть, хотят наладить еще один дружеский контакт с людьми, на случай если он умрет.

– Или просто хотят, чтобы мы заняли их сторону и отдали Меланту, когда она вернется, – возразила Кэролайн. – Потому что они все еще что-то скрывают, Роджер. Взять хотя бы версию, что заклинатели не могут приказывать людям. Но я это видела, я-то знаю, что Меланта подчинялась Сирилу, пока я не вмешалась. И знаю, что он и меня пытался подчинить.

Роджер помолчал.

– Если так, то заклинатель мог бы приказать ей вернуться, – заметил он. – Почему в таком случае Александр не участвует в поисках?

Кэролайн поежилась.

– Может, потому, что он уже знает, где она.

– Тогда прощай мирное соглашение, – сказал Роджер. – Будь они все трижды прокляты!

– И вот еще что. В самом конце Александр с кем-то общался – телепатически или как там у них. Мне показалось, о чем-то серьезном или важном.

– О Меланте?

– Это-то меня и интересует.

– В таком случае, все мероприятие могло быть тщательно спланировано, – медленно произнес Роджер. – Специально, чтобы занять нас, пока они что-то с ней сделают.

Кэролайн замерла, вспоминая.

– Не думаю, – сказала она. – Семья выглядела, в общем, естественно. Уверена, что зеленые относятся друг к другу с большой любовью, как к своим родственникам, так и к народу в целом. Но это не значит, что Александр не солжет, чтобы добиться своего. Наоборот, именно поэтому и может солгать.

Роджер помолчал еще немного.

– Предположим, что ты права, и они пытаются нас использовать, – сказал он, наконец. – Предположим также, что Меланта у них, схватили ли ее вчера или нашли только что. Главный вопрос – спрятали они ее в городе или…

Визг тормозов заставил его остановиться на полуслове. Кэролайн едва успела схватить Роджера за руку, как дверца машины распахнулась и водитель высунул руку со значком:

– Полиция! Роджер Уиттиер?

– Да, – нервно ответил Роджер. – А в чем…

– Садитесь, – перебил полицейский и внушительно указал на заднюю дверь.

– Минуточку, – запротестовал Роджер. – В чем нас обвиняют?

– Вас не обвиняют – пока, – ответил тот. – Вы привлекаетесь как свидетели.

– Свидетели чего? – У Кэролайн бешено заколотилось сердце. Меланта! Нет, только не Меланта!

– Пропал следователь Ференцо, – отрезал полицейский. – Возможно, убит.

24

– Согласно показаниям свидетелей, крики начались около часа назад, – сказал констебль Пауэлл. Он развернул один из простых деревянных стульев, стоящих в комнате допросов, уселся на него верхом и положил руки на спинку. – Это сопровождалось звуками ударов кувалды по тротуару. Все продолжалось минут десять, пока кто-то не позвонил и мы не приехали. К тому времени следователь Ференцо исчез.

– И никто в отделении ничего не слышал? – спросил Роджер.

Пауэлл раздраженно покачал головой.

– Криков точно никто не слышал. Даже если слышали удары, то не обратили внимания. – Он внимательно взглянул Роджеру в глаза. – Но, судя по описанию, все очень походило на то, что происходило вчера вечером в Йорквилле рядом с домом ваших приятелей.

– Выходит, что так, – с тяжелым сердцем согласился Роджер.

Его пробрал озноб. Значит, случилось. Линия фронта проведена, и война началась. С Мелантой или без нее, но началась. Не об этом ли между Александром и кем-то еще шел мысленный разговор, который уловила Кэролайн? О том, что, наконец, переломилась последняя соломинка?

Или, хуже того, Александр сам приказал начать войну.

– Вы говорите, крики начались до стрельбы? – спросил Роджер.

– Так утверждают двое из свидетелей. – Пауэлл внимательно следил за ним. – Остальные не так уверены. Это важно?

– Не знаю, – сказал Роджер. – Возможно.

Пауэлл вместе со стулом передвинулся ближе.

– Давайте попробуем выяснить.

– Точно я ни в чем не уверен, – уклончиво начал Роджер, бросив взгляд на сидящую, напротив, за столом бледную Кэролайн. – Возможно, это что-то вроде войны между бандами.

– Между зелеными и серыми?

– Может быть, – признал Роджер. – Говорю же, я точно ничего не знаю.

– А что насчет Ференцо? – настаивал Пауэлл. – Что с ним случилось?

– Вы уверены, что с ним действительно что-то случилось? – спросила Кэролайн.

– Нашли его пистолет, – сказал Пауэлл. – Машина до сих пор стоит рядом с участком, ни домашний, ни мобильный не отвечают.

Он снова посмотрел на Роджера.

– Кроме того, обнаружены следы крови его группы. А почему для вас важно, что было раньше – крики или удары по асфальту?

– Можно было бы определить, кто первый начал. Но если свидетели не уверены, то это не поможет.

Пауэлл хмыкнул.

– К кому вы заходили сегодня вечером?

– Их зовут Василис и Иоланте, – ответил Роджер. Бессмысленно даже пытаться юлить: стоит пройти по этажам, и квартира Гринов сразу найдется.

– Друзья?

– Новые знакомые. Пригласили на ужин.

– Кто-нибудь из них звонил по мобильному?

Несмотря на всю серьезность ситуации, Роджер с трудом сдержал улыбку. Проверка телефонных звонков – испытанный метод, который полиция использует, чтобы установить связь между подозреваемыми. Но в случае с зелеными метод бесполезный.

– В моем присутствии телефоном никто не пользовался, – честно ответил Роджер.

Несколько мгновений Пауэлл молча смотрел на него.

– Знаете, Роджер, мы предполагали, что вы вместе с женой – случайные свидетели, оказавшиеся невольно вовлеченными в это дело, – сказал он, наконец. – Но наше мнение в любой момент может измениться.

– Мы не лгали вам, – сказала Кэролайн.

– Но и всей правды не говорили, – возразил Пауэлл. – Возможно, вам не помешает знать, что участие в убийстве сотрудника полиции в Нью-Йорке влечет за собой смертную казнь.

У Роджера пробежали мурашки по спине.

– Когда следователь Ференцо исчез, мы находились в другом конце города, – он старался говорить ровно. – Ваш сотрудник – Смит – следил за домом все это время.

– Вы, конечно, юрист, – пожал плечами Пауэлл. – Но я бы на вашем месте перечитал законы, касающиеся заговора и препятствования ведению следствия.

Роджеру стоило немалого усилия выдержать взгляд допрашивающего.

– Вы предъявляете обвинение? – спросил он. – Если нет, мы пойдем.

Пауэлл снова помолчал несколько секунд. Затем чуть поджал губы.

– Всего хорошего. – Он показал рукой на дверь.

По дороге домой супругам пришлось пройти мимо места нападения. Глядя на полицейских, сосредоточенно высматривающих улики, Роджер с содроганием подумал, что эта сцена напоминает события предыдущего вечера.