Зелёные и серые - Зан Тимоти - Страница 57

Он повернулся и направился к двери.

– Только не забудьте об одном, – бросил ему вслед Роджер. – Если вы собираетесь убивать серых, то мы, вероятно, не сможем помешать вам, тут вы правы. Но если вы начнете крушить дома и убивать наших людей, то долго прятаться тут вам не удастся.

– Мы прятались от других в течение многих десятков лет, – возразил Николос, обернувшись через плечо. – Они-то, по крайней мере, знали, кого и что ищут. А вы действительно считаете, что мы не сможем укрыться от людей, которые даже не знают, что мы существуем?

Он шагнул в сгущающиеся сумерки. Воины последовали за ним и закрыли дверь.

– Ага, тут у вас целая долина, где можно спрятаться, – пробормотал Роджер в сторону двери. Он шумно вздохнул и повернулся к Кэролайн. – Мне показалось, или Николос действительно потерял самообладание?

– Очень похоже на то, – согласилась Кэролайн, припоминая внезапно оборванную фразу. – Кто-нибудь уже упоминал Дамиана?

– Не при мне. Я все думаю – Меланта у него или нет? То он вроде намекает, что да, то говорит что-то совершенно противоположное.

Кэролайн поежилась.

– Роджер, мы должны выбраться отсюда. Вернуться в город и предупредить кого-нибудь.

– Готов рассмотреть любые предложения.

Кэролайн задумчиво оглядела комнату. Она уже определила, что домик построен где-то в конце сороковых или начале пятидесятых годов. В то время в районе Кэтскиллза появлялось множество таких летних построек, причем часто они возводились весьма поспешно. Окна с одинарными рамами, стены с минимальной изоляцией, а то и вообще без нее, пол…

Пол.

Она осмотрела пол. Стандартный настил из грубых неотесанных досок. Кэролайн опустилась на колени и приложила руку к щели. Камин тянет воздух из комнаты…

– Чувствуешь, как из-под пола дует? – спросила она. Роджер присел рядом, лизнул палец и поднес его к широкой щели между досками.

– Как будто да. Но камин тянет сильно. Может, это откуда-то еще?

– Роджер, я думаю, здесь нет чернового пола. Только эти доски, прибитые к лагам, а под ними пространство.

– Без фундаментной плиты?

– Тогда для таких построек она не требовалась. И я помню, что, когда мы входили, я видела обшивку на уровне земли. Там точно можно проползти.

Роджер задумчиво похлопал по доске.

– И если мы сможем пролезть под пол, то выберемся наружу.

Несколько мгновений они смотрели друг на друга.

– Снаружи еще охранники, – напомнила она.

– Давай сначала выберемся, а там посмотрим. С чего начнем?

– Поищи, чем можно выдернуть гвозди. – Она выпрямилась. – Не забудь про ящики кухонного стола. Я посмотрю, где можно…

Она натянуто улыбнулась.

– Что? – спросил Роджер.

– Я чуть не сказала, что посмотрю, где можно копать. Будто мы на каком-то острове сокровищ.

– Больше похоже на лагерь для военнопленных. – Он направился к кухне. – Посмотрю, что там есть.

Когда он вернулся, Кэролайн уже нашла подходящее место.

– От предыдущих жильцов почти ничего не осталось. – Он сложил на диван две пригоршни хлама. – Но картофелечисткой можно выковырять пару гвоздей, до того как она сломается.

– Может, даже больше, – согласилась Кэролайн.

Она осмотрела добычу. Половинка дверной петли, гнутое сверло, обломок сбивалки для яиц и сетевой шнур, как у старой маминой вафельницы.

– А чтобы поднять доски, когда вытащим гвозди, думаю, можно использовать эту штуковину для защиты от искр, – добавил Роджер.

– Это называется каминной решеткой, – подсказала она, оглядывая низкий металлический барьер перед камином. – Да, может подойти.

– Значит, инструменты есть, – подытожил Роджер. – Где начнем?

– Вот здесь. – Кэролайн показала на угол, где она стояла. – Видишь на полу пятна? Это от дождя или снега. Доски здесь подгнили – чувствуется, что они мягче по сравнению с остальным полом.

Роджер попробовал ногой пол.

– Выглядит обнадеживающе.

Он взял картофелечистку, встал на колени и принялся за работу.

Кэролайн взяла сломанную петлю, но в груди у нее замирало. Из хибары можно выбраться, теперь она была в этом уверена. Но потом…

Она подошла к доске, над которой трудился Роджер, с другой стороны. Ясно, что он еще не продумал все до конца. Лучше его не отвлекать.

Она опустилась на колени и принялась ковырять мягкое дерево.

– Что значит «машина исчезла»? – сказал Пауэлл в трубку. – Я же приказал за ней следить.

– В расписании наружки оказалась дырка. – Смит говорил так же раздраженно, как и Пауэлл. – Когда я это обнаружил, уже было поздно. Но я нашел продавца газетного киоска, который видел, как они сели в машину и уехали.

– Это был сам Ференцо? – с некоторым облегчением спросил Пауэлл.

Что бы там ни случилось, напарник жив.

– Продавец опознал его по фото, – подтвердил Смит. – С ним было двое мужчин: одному лет пятнадцать-шестнадцать, он сел сзади, другому лет двадцать пять, этот сел на переднее сиденье. По описанию оба темноволосые и такие коренастые. – Он помолчал. – Он также сказал, что, когда машина отъезжала, второй держал в руке пистолет.

Пауэлл снова напрягся. Значит, вместо убийства имеем похищение.

– Отправь мужика в участок, – приказал он. – И вызови Карстерса сделать рисунки.

– Карстерс не очень-то обрадуется, что его вызывают в воскресенье, – предупредил Смит. – Особенно после того, как уже выходил в субботу.

– Скажи ему, что с меня обед, – проворчал Пауэлл. – Объяви машину Ференцо в розыск и прочеши район, может, найдешь кого-то, кто дополнит картину. И не отпускай свидетеля, пока я не приеду.

– Не отпущу, – пообещал Смит. – Пока.

Пауэлл положил трубку и несколько секунд мрачно смотрел на нее. Господи, что же происходит?

– Джон?

Подняв глаза, Пауэлл увидел в дверях свою жену Сэнди.

– Прости, милая, мне снова нужно на работу, – вздохнул он, нашаривая туфли.

– Томми?

Он кивнул.

– По крайней мере, он вроде бы жив. Похищен, но жив.

– Будь осторожен, – тихо сказала Сэнди. – Если кому-то мешает он, то, может быть, мешает и его напарник.

– Да не волнуйся ты. – Он натянул пальто и быстро, но крепко обнял ее. – Мы не ведем сейчас никаких дел, за которые можно было бы убить.

– Конечно. – Она задержала его в объятиях чуть дольше обычного. – Просто будь осторожен.

– Буду, – целуя жену, пообещал он. – Я позвоню, если задержусь позже двенадцати.

Он оглянулся в дверях: она стояла посреди комнаты, глядя ему вслед. Жена полицейского, на лице боль и надежда, неизбежные в ее жизни.

Загадочный Сирил говорил о крови тысяч ньюйоркцев. Возможно, Ференцо намечен быть первым из этих тысяч?

А сам Пауэлл – вторым?

28

Доски оказались даже мягче, чем надеялась Кэролайн, и, чтобы отодрать первую доску от лаг, понадобилось меньше пятнадцати минут. Теперь, когда можно было использовать рычаг, работа пошла быстро. Еще десять минут, и в полу оказалась дыра, достаточная, чтобы пролезть в нее.

– Жаль, фонарика нет, – сказал Роджер, вглядываясь в темноту. – С другой стороны, может, и хорошо, что я не вижу ничего. Наверное, там полно всякой ползучей гадости. Как думаешь, доски обшивки прочные?

– Вряд ли, – ответила Кэролайн. – Они же на улице, а дом явно не ремонтировался. Думаю, стоит хорошенько поднажать, и они слетят с гвоздей. Особенно в этом углу – здесь как раз крыша течет.

– Порядок. – Роджер огляделся. – Что нам может понадобиться?

Наступил решающий момент. Собравшись с духом, Кэролайн отчеканила:

– Выбери сам, что, по-твоему, может пригодиться. Ты пойдешь один.

Он дернулся, будто от удара током.

– Что? Кэролайн…

– Роджер, это единственный выход, – перебила она, стараясь, чтобы голос не дрожал. Если позволить ему спорить, она может размякнуть и сдаться, и тогда им обоим конец. – Даже если доски обшивки держатся слабо, тебе не удастся выломать их совершенно бесшумно. Кроме того, там караулят воины. Кто-то должен отвлечь их и увести от машины.