Зелёные и серые - Зан Тимоти - Страница 76

Зеленый бросил взгляд на пистолет Ференцо.

– Едва ли это утверждение соответствует действительности.

– Может, это соответствует.

Отчаянно надеясь, что не блефует, Роджер поднял к щеке левую руку.

– Давайте, – произнес он в тел.

Он опустил руку и украдкой оглянулся.

И тут с грохотом, потрясшим лес, одно из деревьев слева взорвалось.

Роджер отчаянно дернулся и отшатнулся, когда сверху дождем посыпались щепки и опилки. Удар пришелся примерно в середину ствола, и Роджер с изумлением наблюдал, как верхняя часть величественно накренилась и обрушилась, обдирая листву. Она упала на землю и осталась стоять под острым углом, зацепившись за соседние ветки.

В ушах еще звенело от первого удара, когда громыхнуло во второй раз, на этот раз справа, и еще один ствол выбросил сноп деревянной шрапнели.

Роджер взглянул на Ференцо. Полицейский смотрел на обезглавленное дерево, стиснув челюсти.

– Ну что? – Роджер повернулся к воинам. – Это соответствует?

Зеленые уставились на поверженные кроны. Затем один обернулся к Роджеру и едва заметно кивнул. Он повернул нож вверх, нажал на острие ладонью и снова превратил трасск в безобидное украшение.

– Проезжайте, – угрюмо сказал зеленый, прикрепляя брошь на куртку, и вместе с соратниками отошел с дороги. – И не возвращайтесь.

Ференцо оглядел зеленых и, по-видимому, удовлетворенный, сунул пистолет в кобуру.

– Поехали. – Он уселся за руль.

– Погодите, – возразил Роджер. – А как же Кэролайн?

– Я сказал, в машину! – яростно прорычал Ференцо.

Тихо выругавшись, Роджер подчинился. Он еще не закрыл дверь, когда Ференцо рванул машину, поднимая фонтаны гравия. Они с ревом промчались мимо безмолвно стоящих зеленых, и Ференцо погнал, насколько позволяла дорога. Роджер сидел мрачный, прокручивая в голове свою отчаянную выходку и то, как он бежал, бросив жену на произвол судьбы.

Уже во второй раз.

Они были на полдороге к дому, когда Сильвия вдруг расслабилась и откинулась на спинку сиденья.

– Что? – взволнованно спросила Кэролайн.

– Все закончилось. – Сильвия с силой потерла глаза и повернулась к Кэролайн. – Не волнуйтесь, с ним все в порядке. Воины его отпустили.

Кэролайн шумно вздохнула, чувствуя, как спадает напряжение.

– Спасибо, – прошептала она.

Боковым зрением она увидела, что Сильвия метнула на нее быстрый взгляд. Она замерла, но пожилая женщина просто кивнула.

– Пожалуйста.

Кэролайн хотелось задать еще сотню вопросов, но она понимала, что сейчас явно не время проявлять любопытство.

– Так что, – вместо этого сказала она, стараясь говорить как обычно, – может, вернемся и закончим обед?

Сильвия усмехнулась.

– Надо полагать, официантка уже успела убрать со стола, как, по-вашему?

– Да, наверное, – признала Кэролайн. – Ну, всегда можно поужинать.

– Возможно, – мрачновато сказала Сильвия. – Но в данный момент мне надо о многом переговорить с воинами.

– Конечно.

Расправив оцепеневшие плечи, Кэролайн сосредоточилась на дороге.

Мысленно она спрашивала себя, почему ее одолевает какое-то смутное беспокойство.

Они проехали три мили по шоссе, примерно половину пути до грунтовой дороги, ведущей к месту, где они оставили Иону и Джордана, когда Роджер, наконец, заговорил:

– Когда выпустим Лорел из багажника?

– Когда скажу, – коротко ответил Ференцо, бросая взгляд в зеркала.

То, что нет погони, уже хорошо. Плохо, что с такими ребятами это мало что значит.

– А что с Ионой и Джорданом? Мы подберем их, когда попросят?

Ференцо искоса взглянул на Роджера. Тот напряженно глядел прямо перед собой. Понятно – сердит и расстроен и корит себя за то, что опять оставил жену.

Но выбора не было, и Роджер должен это понимать. Хотя, разумеется, понять – не значит принять.

– Да, надо им позвонить. Скажите, что будем на той дороге минут через десять.

– Да.

Роджер приложил руку к щеке и начал говорить.

Ференцо еще раз взглянул в зеркала, лихорадочно соображая. Только что произошло нечто странное, он чуял это нутром, но пока не мог понять, что именно.

– Погодите-ка, – прервал Роджер его размышления, показывая рукой на руль. – Иона говорит остановиться.

– Что, здесь? – нахмурился Ференцо, оглядываясь. Вокруг стоял сплошной лес.

– Да здесь в любом дереве может быть засада.

– Остановитесь, – сердито сказал Роджер. – Иона говорит, они перешли в другое место и могут встретиться с нами прямо здесь.

– Ладно, – решился Ференцо.

За развилкой, где дорога была пошире, он свернул на обочину и остановился.

– Скажите, чтобы поторопились, – добавил он, не выключая двигатель.

– Он говорит, чтобы мы поторопились.

Роджер подержал тел у щеки еще немного, дернул мизинцем и опустил руку.

– Вы всегда такой злой после вооруженных столкновений?

– Я не злой, – возразил Ференцо. – Я пытаюсь понять, что там случилось.

– Я скажу, что там случилось, – выпалил Роджер. – Случилось то, что мы сбежали, поджав хвост, и бросили Кэролайн.

– А вы бы предпочли драться?

Ференцо напустил на себя суровый вид, но теперь это не подействовало.

– У вас что, в пистолете нет шести патронов?

– На самом деле их семнадцать, – холодно ответил Ференцо. – Но что толку? Вы никогда не испытывали на себе действие ревуна?

Гнев Роджера немного поутих.

– Нет, – уже не так агрессивно ответил он.

– А я испытал. И когда я говорил, что успею дважды выстрелить, перед тем как меня уложат в грязь, то был более чем оптимистичен. Мы бы проиграли.

– Даже с поддержкой серых?

Ференцо скривился.

– Ага… с поддержкой серых, – проворчал он. – Знаете, зеленые нападали на меня дважды, и оба раза выручали серые. Отсюда возникло сочувствие, и я бы занял их сторону в Нью-Йорке против Сирила, Александра и Николоса. – Он покачал головой. – Но десять минут назад, после той демонстрации…

Он огляделся.

– Мы сосредоточились – по крайней мере, я сосредоточился – на Меланте с этим землетрясом как на главной угрозе городу. Теперь я совсем в этом не уверен. Одно дело слушать рассказ Ионы о том, что заряд молота-пистолета набирает силу по мере хода. Совсем другое – увидеть, как он срубает дерево.

– И вы хотите понять, откуда реальная угроза?

– Я и так знаю, где реальная угроза, – проворчал Ференцо. – Это вся их проклятая война. Я уже так близко подошел к тому, чтобы всех их засадить – с обеих сторон, – и думаю, ищу, даже готов выдумать любые доказательства, чтобы задержать их.

– Как только вы это сделаете, то обречете их на вечное рабство, – мрачно предупредил Роджер. – В тюрьме они не пройдут ни одно медицинское обследование. Неужели вы думаете, что федералы не схватят их в ту же минуту, как только узнают, кто они и откуда?

Гнев Ференцо несколько поутих, он вздохнул.

– Конечно, – признал он. – Поэтому я и не собираюсь сообщать о них без крайней необходимости. Особенно учитывая, что они так долго жили в нашем городе, не причиняя никому неприятностей.

Он вдруг нагнулся и дернул рычажок багажника.

– Смотрите в оба. Я хочу выпустить Лорел.

Когда он открыл багажник, она по-прежнему послушно лежала в укрытии.

– Оторвались, – сказал он, сдвигая мешки с тряпьем, и поднял одеяло. – Есть кто-нибудь поблизости?

– Если и есть, то молчат. – Лорел сощурилась на солнце.

– Угу. – Ференцо сурово взглянул на нее. – Так. Не хотите рассказать, чем вы тут занимались?

– Что вы хотите сказать? – осторожно спросила она.

– Не играйте со мной, Лорел, – предупредил Ференцо. – Я совсем не в настроении. Вы ведь не только слушали, так?

Она виновато отвела взгляд.

– Простите, – глухо сказала она. – Я знаю, вы предупреждали меня. Но Меланты не было слышно, и никто не упоминал о ней. И я решила рискнуть. Думала, они даже не заметят мой голос среди прочих. Никак не ожидала, что они так быстро среагируют. Мне очень жаль.