Никогда не влюбляйся в рок-звезду (ЛП) - Споррер Тереза - Страница 4

Мысленно я увидела себя в платье восемнадцатого столетия, окруженная одноклассниками в подобном одеянии. Я шла очень медленно к гильотине, опустила голову на плаху и увидела, как Алекс, одетый в одежду палача, отпускает вниз лезвие. Он смеялся.

Так же, как рассмеялся Алекс из моего класса в настоящем времени, в черных джинсах и авангардной футболке. В замешательстве я посмотрела на него. Казалось, он больше не может остановиться, обхватил себя за живот и запрокинул голову назад.

— Тогда с сегодняшнего дня я буду звать тебя Кали, — после того как он снова успокоился, он развернулся и обратился к зевакам. — Чего? — наехал он на них.

— Алекс придумал для тебя кличку! — Нелли выглядела так, как будто вот-вот потеряет сознание. — Кали. Очень милая.

— Кали — индуистская богиня смерти и разрушения, — объяснила я своей подруге. — Ее часто изображают с высунутым языком, третьим глазом на лбу, несколькими руками, и в юбке из отрубленных рук. И ты реально считаешь её милой?

Нелли не успела ничего ответить, так как внезапно что-то с громким треском врезалось в наш стол и отбросило его на несколько сантиметров влево.

— Простите, девушки, — спокойно заявил Алекс и сел рядом со мной.

Недолго я задавалась вопросом, может кто-то нарисовал на двери в двенадцатый класс единицу, и я сижу не в двенадцатом, а в первом классе.

Алекс подвинул свой стол к нашему, чтобы у него была возможность сидеть рядом со мной.

— Что это значит? — наехала я на него. — Отодвинь свой стол назад!

Я попыталась переставить стол Алекса на место, но предполагаемая рок-звезда всем своим весом навалилась на него, так что я едва могла его сдвинуть.

— Это, моя дорогая Кали, я называю более жесткими мерами, — его белоснежная улыбка сообщила, что он, должно быть, усердно чистит зубы, так как из-за курения я ожидала увидеть ряды желтых и гнилых зубов. — Ты не хочешь дать мне дополнительные уроки? Хорошо. Поверь мне, я смогу так долго доставать тебя, пока ты не дашь мне то, чего я хочу.

— Тебе правда двадцать? — возразила я. — Ты ведёшь себя, как четырехлетний. Ааа, злая Зои не хочет заниматься со мной дополнительно, ааа. Мне нужно ей по надоедать. Ааа, Зои сломала мне нос! Собственно, последнее — это предупреждение.

— Я не боюсь какую-то девчонку, вроде тебя, — сказал Алекс, пожимая плечами. — Ты бьёшь словами, а не кулаками, — он схватил мою руку, вытянул ее, и большим и указательным пальцем исследовал мою слабую мускулатуру. Его пальцы были очень шершавыми и мозолистыми. — Нет, мне не стоит бояться такой тонкой ручки.

  — Ах, пошёл ты на …! — я вырвала свою руку. Только позже я подумала, что могла бы тогда врезать. Ну да, хорошие идеи всегда приходят с опозданием, не так ли?

Нелли рядом со мной резко втянула воздух.

— Зои!

Я опять не смогла объяснить то, что привело Нелли к гипервентиляции: резкое выражение, которое я никогда не использовала, или тот факт, что я снова оскорбила Алекса?

Я не успела спросить Нелли о причине, потому что в класс как раз вошла наша учительница английского, госпожа … — с каким-то именем, начинающимся на букву «Э».

В отличие от учительницы математики, эта казалась более заинтересованной, и улыбалась своим новым ученикам. До тех пор, пока ее взгляд не упал на Алекса.

Уголки её ярко-красных губ, приподнятые в улыбке, мгновенно опустились вниз.

— Oh, Alex. Are you here again? [1]  — спросила она.

— Sorry, Misses Esther. I’m only here, because I wanted to have you as teacher again this year [2] .

Мне стало дурно. Алекс только что флиртовал с учительницей английского, которая в три раза старше его?

— Horny pervert [3], — прошептала я тихо, но Алекс услышал.

—Я всего лишь вежлив с женщиной, которая вырастила меня, — сказал он.

Я в шоке распахнула глаза.

—Что? Она твоя мама?

—Нее, — он тихо рассмеялся. — Мне просто безумно нравится, как ты смотришь с таким ужасом. О, это чудесно подчеркивает твои карие глаза и пухлые губки. А у тебя такое же выражение лица во время оргазма?

И тогда я, наконец, врезала пощечину Алексу. Нелли рядом со мной упала в обморок.

Глава третья

ФАНТОМ КАНАЛИЗАЦИИ

Школьная медсестра с подозрением разглядывала меня и Алекса, но особое внимание уделила Нелли, которая была в полуобморочном состоянии. Нам пришлось тащить Нелли все три этажа вниз. Она тихо бормотала под нос.

— Нет, только не он... — но, казалось, её разум был где-то далеко.

— Что с ней? — спросила медсестра и надела очки с толстыми стеклами.

С увеличенными глазами она выглядела как трехмерная фигура из манги.

— И на что жалуетесь вы двое?

В то время, как на щеке Алекса выделялось ярко-красное пятно в форме моей руки, мое лицо полностью покраснело. Госпожа Эстер перед всем классом обругала меня, только из-за того, что я хотела показать Алексу, что не собираюсь дальше выслушивать его глупые замечания.

Вместе с этим миролюбивая госпожа Эстер получила плохое первое впечатление обо мне. Как же мне не хватало садиста-учителя по физкультуре, которому нравилось, когда кто-то получал мячом в лицо.

Алексу не навредила пощечина: с тех пор как учительница пять минут назад отправила нас вместе с Нелли к школьному врачу, Алекс на самом деле был очень мил. Хотя он и не сказал ни единого слова, но я посчитала это прогрессом.

— Моей подруге... эм, плохо, — объяснила я. — Она ничего не ела вчера, и теперь просто упала на уроке.

Школьная медсестра кивнула и отошла в сторону, чтобы пропустить Нелли и меня в идеально-белую комнату. К счастью, для меня было уже довольно привычно, оттаскивать лёгкую Нелли от бара, парня, который собственно хотел от нее избавиться, от DVD по суперцене или чего-то подобного, когда она была совершенно пьяна или пускалась в расточительство.

Я бережно пыталась переложить ее бессознательное тело на мягкую, светло-коричневую кушетку. Спустя минуту, она лежала там со странно перекрученными конечностями.

Я еще услышала, как Алекс как раз рассказывает старой даме, что я отвесила ему здоровенную пощечину.

— Так напиши на Фейсбук и в Твиттере, что тебя ударила девушка, — сказала я, когда он занял место на противоположной кушетке. — Или еще лучше, напиши об этом одну из этих дурацких песен!

Все эти восемнадцать лет моей жизни я следила за тем, чтобы материться как можно меньше, но Алекс извлёк на божий свет ту мою сторону, которую я почти никогда не выпускала. Причина, по которой я не хотела ругаться, была та, что меня не очень-то и радовала перспектива, замарать свое безупречное поведение.

— Хороша идея, — Алекс одарил меня широкой улыбкой. — She's beautiful, but she's cold as ice and I'm still hangin' on [4].  Песня подходит к тебе. Ты знаешь эту группу?

Алекс только что назвал меня прекрасной? И еще важнее, он описал меня холодной, как лед?

— Нее, — отрицала я. — Я почти никогда не слушаю музыку. И тем более не эти тупые чарты.

Шокированное выражение лица появилось на лице Алекса. Теперь я невольно задалась вопросом, такое ли у него выражение во время оргазма.

— Нет? Господи, твоя жизнь должна быть убога. И... — его взгляд ненадолго стал мрачным, — All Time Low не в чартах. Я что выгляжу так, словно слушаю чарты?

Я прикрыла глаза, чтобы переварить оскорбление. И нет, моя жизнь, черт возьми, вовсе не убога!

— Знаешь, что на самом деле убого?? Убого идти в двенадцатый класс в третий раз!

Я наклонилась ещё немного вперед. Алекс сделал тоже самое, так что наши лица почти соприкасались. —Убого...

Мне и дальше хотелось ругать его, но по моей щеке скользнуло теплое дыхание. Его губы находились всего в нескольких сантиметрах от моих. Мы что, оказались в дешевом бульварном романе?