Дочь капитана Блада - Искандерова Нелли - Страница 43

  - Ладно, Крис. Согласен - ждём до завтрашнего утра. Но если Питер не появится, вернёмся к нашему разговору.

  Ночь прошла в тяжких раздумьях. Шкипер не спал всю ночь, стоя у фальшборта и напряжённо всматриваясь вдаль в надежде рассмотреть во мраке очертания «Сан-Антонио». Но ночь прошла, забрезжил рассвет, а фрегат так и не появился. С восходом солнца Перэ вновь поднялся на борт «Арабеллы», и многие офицеры, отчаявшиеся дождаться своего адмирала, поддержали французского капитана.

  Крисперсу пришлось выдержать бурное объяснение с командой. Проявляя чудеса ораторского искусства, он с трудом сумел убедить союзников подождать ещё один день. Если бы не весьма скромное происхождение, шкипер «Арабеллы» вполне мог бы стать выдающимся человеком своего времени - политиком, адвокатом или служителем церкви. Но Крисперс был всего лишь сыном рыбака из Дувра и с детства бредил морем...

  Да и не желал он иной судьбы, когда впервые нанялся юнгой на королевский флот, втайне мечтая о должности шкипера, казавшейся ему тогда столь недостижимой...

  Прошёл ещё день, и ещё одну бессонную ночь провёл Крисперс на палубе, высматривая вдали нескладный силуэт «Сан-Антонио». Шкипер уже окончательно разуверился в том, что когда-нибудь вновь увидит старых друзей, и яростно боролся с ловкачом-искусителем, нашёптывавшем ему на ухо сладкие слова об его, Крисперса, адмиральском будущем.

  «Конечно же, я хотел бы, но не такой ценой....», - бормотал он себе под нос, вцепившись в поручни и глядя, как пламенеющий диск восходящего солнца расплёскивает по морю алые брызги, - «нет, я дождусь Питера, чего бы мне это не стоило...»

  Сумерки постепенно отступали, и яркие лучи разгоняли мрак, сгустившийся в душе шкипера. Он взглянул на небо и перекрестился. «Господи, помоги им вернуться. Я не хочу, чтобы они погибли!», - подумал он, глядя, как от «Парисьен» медленно отплывает шлюпка с упрямым французским капитаном.

  Рассвет принёс с собой добрую весть - едва Перэ ступил на палубу «Арабеллы», как на горизонте появились едва различимые очертания фрегата. Шкипер по-прежнему был спокоен и твёрд, и вновь горячо убеждал союзника дождаться прибытия адмирала.

  - Видишь, - многозначительно взглянул он на француза, указав на приближающееся судно, - он жив и он возвращается!

  - Рано радуешься, - пробурчал тот, - может быть, это вовсе не «Сан-Антонио»

  Крисперс тихо вздохнул. В душе он по-прежнему не верил в возвращение Сильвера, и был убеждён, что приближающийся фрегат - всего лишь какой-нибудь очередной испанец, отбившийся от основной эскадры. Но ночь, проведённая в мучительных сомнениях, не прошла даром. Он уже по-новому смотрел на те обстоятельства, в которых оказался по воле случая. Теперь ему надо было лишь выдержать положенный срок, хотя бы для того, чтобы остаться честным не только со своими друзьями, но и с самим собой.

  Задумчиво устремив взгляд на медленно приближающийся корабль, ходовые качества которого явно оставляли желать лучшего, Крисперс тихо пробормотал:

  - Посмотрим, кто из нас окажется прав, Анри, - и вновь замолчал, погрузившись в невесёлые размышления.

  - Это «Сан-Антонио»! - раздался сверху возглас марсового. Радостные крики огласили палубу «Арабеллы». Фрегат, следуя курсом бакштаг, быстро приближался, и вскоре с палубы флагмана уже можно было различить стоящую на полубаке мощную фигуру  Вольверстона.

  - Ну вот, Анри, - урезонил француза Крисперс, - кто из нас двоих оказался прав?

  Так закончилось ещё одно приключение Питера Сильвера и Питта Уоллеса, которое едва не стоило им жизни. После этого случая друзья получили ещё одно прозвище - их стали называть испанскими грандами.

  Глава 19. Светские беседы

  Несмотря на раннее время, в таверне «У французского короля» было многолюдно и шумно. Многочисленные посетители кутили, играли в карты и в кости, проматывая нажитое добро.

  - Эй, хозяин, дай-ка нам ещё рома! - прохрипел изрядно перебравший Джек Нортон, капитан шлюпа «Ласточка», три дня назад возвратившегося из очередного рейда.

  - Зачем тебе ещё, Джек? И так хорош, - со смехом парировал владелец таверны дядюшка Жорж. Этот добродушный румяный толстяк слыл известным балагуром и любителем рассказывать невероятные байки, якобы услышанные им от местных пиратов.

  - А я говорю давай, папаша Жорж, - Нортон стукнул по столу пустой бутылкой и потянулся за пистолетом

  Дядюшка Жорж, смекнув, что отказ сулит его заведению весьма неприятные последствия, сделал знак мальчишке-помощнику, и тот тут же исчез за перегородкой.

  Дверь скрипнула, и в таверну вошли четверо здоровенных детин во главе с долговязым худым брюнетом.

  - Привет, Робер, и ты здесь? - рассмеялся Нортон, - а где же твой капитан? Месье де Вернон, как обычно, занят делами?

  Долговязый откинул полы светло-зелёного камзола, уселся за столик и недовольно фыркнул:

  - У моего капитана дела, а у тебя, как я вижу, снова шкуры да какао? Привёл бы лучше в порядок свою «Ласточку», а то я слышал, что принц шесть кораблей да полные трюмы золота привёз.

  - Отстань, Жиль, - Нортон нахмурился и сжал кулаки, - чуть что - всё принц да принц... Надоело... Повсюду только о нём и разговоры...

  - Завидуешь, Джек? - подал голос один из спутников Жиля Робера, хмурый субъект с чёрной повязкой на глазу, - а то смотри, вот он идёт - прямиком к губернатору. У них свои счёты - гляди, какая колымага за ним едет...

  Нортон нехотя взглянул в маленькое грязное окошко. По пыльной дороге, покачиваясь, ехала телега с сундуками, а по обе её стороны медленно шествовали два здоровенных молодца. Капитан «Ласточки» взял со стола поданную ему бутылку, опрокинул её, отхлебнув несколько глотков хмельного напитка, и тупо уставился на тяжёлую мангровую дверь. Пауза оказалась недолгой - дверь вскоре распахнулась, и на пороге появился крепкий субъект лет тридцати в коричневом камзоле. Нельзя было назвать его красавцем, но весь его облик дышал какой-то особенной, спокойной уверенностью. Гордо посаженная голова, откинутые назад русые волосы, длинная шпага, болтающаяся на простой кожаной перевязи выдавали в нём человека отчаянной профессии.

  Сидящие за столиками пираты почтительно приветствовали вошедшего, но он ответил им лишь лёгким кивком головы и тут же взглянул на сидящего за столиком Нортона.

  - Привет, капитан! - процедил сквозь зубы незнакомец, - опять горе спиртным заливаешь?

  - Как видишь, Гарри, - буркнул Джек, уставившись в стол

  - Хочу попросить тебя об одной любезности.

  - Снова в драку ввязался, Уайт? Не надоело?

  - Повздорил тут с одним франтом, из новичков. Будешь моим секундантом?

  - О чём ты говоришь, Гарри? Ты же видишь, не могу я сейчас. Бери Олдрайта и Уилсона. Когда дуэль?

  - После полудня, на пристани. Приходи - посмотришь, как я уложу этого дерзкого мальчугана.

  За сим незнакомец кивнул окончательно осовевшему капитану, пытающемуся пробормотать себе под нос нечто не вполне внятное, и вышел вон, громко хлопнув дверью.

    Закончив делёж добычи, Питер первым делом направился в дом губернатора. Надо сказать, что возвращение молодого капитана оказалось поистине триумфальным. Всего несколько дней прошло с того момента, как эскадра бросила якорь в Кайонской бухте, а его имя уже было у всех на устах. Слухи о победах, многократно преувеличенные их непосредственными участниками, мгновенно разнеслись по острову. Поэтому, не успел удачливый капитан миновать таверну, где попивал ром расстроенный собственными неудачами Нортон, как вездесущие мальчишки уже донесли весть о его прибытии до ушей самого месье де Монтенона. Губернатор встретил старого приятеля с распростёртыми объятиями, тем более что Сильвер, как обычно, не ограничился устными заверениями в вечной дружбе, а прихватил с собой десятую часть захваченных командой ценностей.

  - Рад снова видеть Вас, месье де Монтенон, - с улыбкой приветствовал капитан обрадованного француза, встретившего его у самых ворот