Латинские королевства. Трилогия (СИ) - Рюриков Алексей Юрьевич - Страница 58

У первых крестоносных правителей войск оказалось мало, а войн, наоборот, много. Потому системно обеспечивать охрану религиозных учреждений они не могли. В Европе аналогичный кейс решался привлечением рыцарей по договору — за плату, лен, а иной раз уходом храма «под крышу» сеньора. В Леванте эти схемы не очень работали, за недостатком феодалов и высокой текучестью кадров в их среде.

Зато в Святой Земле на возобновляемой основе имелись рыцари и воины из третьего сословия (впрочем, четкий рубеж между ними к началу XII века еще не определился), которые по разнообразным причинам, стремились служить непосредственно церкви или не желали служить королю — это множества пересекающиеся, но не тождественные. Из этого контингента, при филиалах Иерусалимского патриархата и начали формировать «военные братства», под церковным руководством, но из мирян, возродив концепцию собственной церковной СБ.

Уже в 1101 году, патриарх Иерусалима приютил тридцать рыцарей-мирян для защиты храма Гроба Господня «как имущественного комплекса», позже это формирование стало постоянным, с переменным составом.

К середине 1110-х годов, доходы церковной корпорации в Леванте стали высокими, а в менеджмент вошли люди разные, отчего верхушка всячески бурно разлагалась, прекратила отчислять наверх, и завела коррупцию, растраты и прочее нецелевое использование финансового потока, сопряженные с совсем не монашеской жизнью причастных.

Занявший в 1112 году должность патриарха Арнульф, как мы о нем писали ранее, начал реформы по централизации патриархата, повышению прозрачности управления и корпоративной отчетности, внедрению стандартов корпоративной этики и прочего комплаенса. Естественно, «под себя» — занимая нижестоящий пост, Арнульф сложившейся практикой не то что не огорчался, он ее, в числе других, активно формировал.

Но открылись новые горизонты, и рекомый пастырь заявил, что «Клир служит похотям плотским и невероятным образом запятнал свою честь», о чем, добавим, даже из Рима беспокоились, а про Арнульфа в разрезе плотских радостей мы ранее упоминали, тему он не понаслышке знал. Потому лидер решил, что пора жить по-новому: «…я, Арнульф, смиреннейший из всех иерусалимлян, избранный королем, клиром и народом в пастыря и возвеличенный патриаршею честию, боясь гибели своей души и желаю уврачевать души их, не могу больше снисходить преступлениям клириков», и предписал, чтобы клирики«…проводили апостольскую жизнь и в своей жизни канонически управлялись правилами блаженного Августина», по уставу жили, то бишь.

Часть согласилась покончить с анархией периода первоначального обогащения и вернуться к дисциплине вертикального холдинга, другие же, «по наущению диавола», отказались. Не согласных от церкви отринули.

Храмовые бойцы при этой реорганизации зависли. Отделение агнцев от козлищ в их среде шло, как и с клириками, но перевод бойцовых агнцев в монашество вызывало некоторое смущение — им же воевать надо, а тут посты и молитвы.

Задачи по охране храмов, к тому времени частично отпали, поскольку королевская власть усилилась, врага отогнали, и вообще возвращалась цивилизация. Отчего содержать постоянную мощную СБ вроде как не требовалось, но на периоды обострений очень хотелось. Да и король, которому, напомню, Арнульф не противоречил, желал прибывающих из Европы бойцов непременно себе, а не в монастыри, и логику тут тоже все видели — королевские части и создавали возможность экономить на корпоративных охранниках.

Выход нашли к концу 1110-х. когда «несколько благородных рыцарей, любимые Богом и состоящие у него на службе, вверили себя владыке патриарху, желая послужить Христу, и изъявили желание вовеки жить по уставу каноников в целомудрии, послушании и нестяжании».

Выделение в цитате мое, а означает «рыцари на службе патриарху по уставу», что Корпорация выделила свою СБ в формально отдельный ЧОП (частное охранное предприятие), подчинив боевое крыло патриарху. В монахи переводить пока не стали, но блюсти корпоративные требования уже обязали.

Король одобрил, постоянный резерв рыцарей за пределами обычных феодальных ополчений ему мог пригодиться. Тем более в Латинских королевствах церковь фактически подчинялась короне.

В текущей деятельности церковному ЧОП вменили в обязанность заниматься глубоко благочестивым делом — охраной пилигримов, ведь «разбойники и воры наводнили дороги и захватывали паломников, грабя великое множество и убивая многих из них». Задача очевидно влекла необходимость зачистки дорог от бандитов и пользу всему домену, отчего часть финансирования проекта корона взяла на себя: «…они служили в мирской одежде и одевались в то, что им подавали в качестве милостыни верующие. Король (Балдуин II), его рыцари и господин патриарх были преисполнены сострадания к этим благородным людям, и пожаловали им некоторую собственность и бенефиции, дабы помочь в их нуждах». Как мы видим из вышеуказанных цитат, бедными охранники не были, так что, известная их эмблема с «двумя братьями на одном коне» — пиар и преувеличение смирения.

Никаким орденом ЧОП еще не назывался. Строго говоря, этот термин для Тампля, Госпиталя и иных военных монахов вообще устоялся лишь через век, но мы уже будем им далее пользоваться.

Под головной офис король выделил церковной охране крыло в мечети аль-Акса — святом месте для мусульман, а до того, по легенде — иудейским храмом (Temple) Соломона, и называться чоповцы стали Pauperes commilitonum Christi templique salomonici (Бедные поборники Христа и храма Соломона), а в быту тамплиеры (храмовники)… впрочем, тут тоже есть ряд версий, на суть не влияющих.

Примерно в это время реструктуризации и ребрендинга, в Заморье прибыл благочестивый рыцарь Гуго де Пейен, из вассалов графа Шампанского, ставший первым директором ЧОП.

Первых рыцарей обычно насчитывают девять, но численность росла, к 1129 году есть упоминание о тридцати.

Это не особо важно, но тут надо понимать две вещи.

Девять рыцарей — довольно мощный кулак. Это, на наши деньги, не девять охранников, а, скорее, танковая рота. В 1102 году, вся египетская армия под Рамлой, штурмовала крепость, защищаемую пятнадцатью рыцарями. И рыцарь редко выступал один, как правило его сопровождали оруженосцы, стрелки и прочие части поддержки. Но в летописях свиту упоминать не принято, там обычно пишут «в Ирландии высадились семь рыцарей», забывая дописать «и 70 стрелков», к примеру. В общем-то, привычное по Новому времени «полчища дикарей разбиты тремя джентльменами… командовавшими полком сипаев».

И еще один, часто упускаемый, нюанс. Рыцари Храма изначально не были военным, в нашем понимании, братством.

ЧОП создан и занимался (в Леванте, в Испании немного иначе) до конца пребывания в первую очередь совсем не войной: «…они обязались защищать паломников от разбойников и воров, охранять дороги и служить рыцарством Господним».

Охрана общественного порядка, дорожно-патрульная служба и — в продолжение предтеч — физзащита Церкви. Что условиям Заморья вполне соответствовало, контингент тамплиеров вербовался из желающих служить непосредственно церкви. Клирики же, завоевательных устремлений, понятно, иметь не могли, а токмо цели благочестивые и смиренную защиту. Да и под теорию разделения на «тех, кто воюет и тех, кто молится», защиту пилигримов подвести европейцам оказалось легче.

Собственно, чисто охранно-полицейские функции начальных Храмовников проходят по всем источникам. Тамплиеры первый период деятельности и строили-то не замки, а блокпосты на дорогах, это еще Лоуренс (на тот момент пока не ставший Аравийским), отмечал — мол, посты ДПС какие-то, а не крепости. Все правильно, замки им и не требовались, ведь «владыка патриарх и епископы в качестве покаяния поручили им во искупление грехов охранять пути и дороги от грабителей, ради спасения пилигримов».