Обнимая Эмму (ЛП) - Лансфорд Ли Энн - Страница 69

      – Я работаю над этим.

      – Замечательно. Пойдем, присоединимся к остальным. – Она тянет меня, и я подчиняюсь.

      Элиза пристально рассматривает нас, ее голова задрана, в глазах любопытство. Ужин протекает, и между нами раздается смех. Я встаю и прочищаю горло. Смотрю на своих родителей, Элизу, Люка и Фэб, достаю конверт из кармана. Без слов открываю и передаю его Джеймсу.

      Он быстро пробегается глазами, и на его лице появляется широкая улыбка. Бретт забирает письмо, задерживает дыхание, у него трясутся руки. У Элизы проблемы с чтением, поэтому Бретт помогает ей с переводом, как только передает его Фэб, которая делится с Люком. Она прижимает к губам пальцы, он тянет себя за волосы. Люк встречается со мной взглядом… в нем уважение и одобрение. – Я – новобранец в академии. Начинаю в следующем месяце.

      – Поздравляем!

      – Гордимся тобой!

      – Будь осторожен!

      – Ты справишься!

      Пока взрослые продолжают радоваться, отвожу Элизу в сторону. – Ты в порядке?

      – Я в замешательстве. Полицейские - не всегда хорошие люди.

      – В твоей стране. Здесь есть несколько плохих парней, но не все работают теми методами, которым ты была свидетелем. Знаю, ты жила в менее населенном районе, но по большей части сотрудники полиции в Белизе хорошие, законопослушные люди.

      – Это опасно.

      – Может быть. Обещаю, сделаю все возможное. – Я щекочу ее под подбородком, и вид ее улыбки, вторящей моей, заставляет меня расслабиться. Слышно, как щелкают фотоаппараты, и я предупреждаю ее: – Это займет некоторое время.

Глава 41

Эмма

Сегодня. Я получила степень магистра в области социальной работы, МСР, но не представляю, куда она меня приведет. Проблемы, с которыми я сталкиваюсь – ничто по сравнению с теми, с чем сталкиваются другие в их стремлении стать семьей, со шрамами, приобретаемыми в процессе и с причиняемыми ими страданиями, с радостью, получаемой, когда семья из двух человек превращается в семью из трех, четырех, пяти и т.д. человек.

Мои родители прилетели вчера поздно вечером. У маминой танцевальной студии было выступление, и она не могла его пропустить, но также родители не могли пропустить и мой выпускной. Я должна была быть здесь пораньше, и, с учетом разницы во времени, мы просто договорились встретиться после церемонии. Замечаю их в толпе, их глаза прикованы к сцене. Звучит мое имя; свист в знак восхищения и аплодисменты слишком громкие, чтобы исходить от двух людей, приехавших ради меня. Они могут устроить переполох.

– Ты сделала это! – Моя мама полна энергии.

– Да, сделала. – Я размахиваю дипломом перед их лицами.

– Именно поэтому я – банкрот. – Папа выхватывает диплом у меня из рук.

– Ха-ха. – Он целует меня в макушку и не отпускает.

– Я чертовски тобой горжусь, детка.

– Спасибо. Умираю с голоду. И ты платишь за обед, – я подмигиваю ему и присоединяюсь к маме и остальным людям, покидающим зрительный зал.

У меня не было возможности сказать им, что я возвращаюсь домой. Пришло время. Я готова. Здесь, в Вашингтоне (имеется в виду штат), находится одно из лучших агентств по международному усыновлению, но это не то место, где я вижу себя. Мне нужно за многое извиниться и исправить много ошибок.

– О, ты должна увидеть, какую беседку построил Бретт для Джеймса. – Джеймс был зациклен на беседке у нас на заднем дворе, и видимо, Бретт понял намек.

Мама хватает фотоаппарат и протягивает его мне. Пролистываю первый снимок; любуюсь видом, открывающимся с террасы, где я провела немало своих вечеров. Деревья в цвету, дым от гриля. В поле зрения попадает беседка, пейзаж умиротворяющий. Мне нравится.

Она спрятана в укромном месте и окрашена в светло-кремовый цвет, а шпалеры (решетки) увиты виноградными лозами. – Наверняка Джеймс от нее без ума. – Она … - Я замираю. На следующем снимке беседка, но в углу, почти за кадром, образ, от которого у меня перехватывает дыхание.

Улыбка, озаряющая его лицо, в глазах танцующий закат, кожа гладкая и загорелая.

Она смеется над чем-то, что он сделал. Она ощущает его пальцы под своим подбородком. Она с ним.

Я выключаю фотоаппарат и возвращаю его. – Беседка великолепна, держу пари, он от нее без ума. – Мама подпрыгивает, рассказывая, как Джеймс проводит в ней свои дни и каждый вечер желает ужинать под открытым небом. Я накалываю на вилку своего цыпленка, ком в горле и тяжесть в желудке не дают мне съесть его. Натягиваю улыбку, киваю в нужный момент. Я двадцать один месяц продолжаю жить во лжи, еще несколько минут ничего не изменят.

– Ты в порядке? – спрашивает папа.

– Ага, все отлично. – Ложь.

– Ты уже решила, вернешься ли домой?

– Не знаю, как сказать вам об этом. Я согласилась на должность здесь. – Ложь.

– Эмма. – Мама плачет. – Я хочу, чтобы ты была счастлива, но мы скучаем по тебе. Ты так далеко.

– Знаю. Я не могла упустить эту возможность. – Ложь.

– Это имеет отношение к Уиллу? Ему лучше. Вы все должны поговорить.

– Мам, то, что произошло – в прошлом. Я пережила это, и тебе стоит сделать то же самое. – Ложь.

– Ты и близко не подошла к тому, чтобы это пережить. Вот что я скажу тебе; когда ты находишься внутри каких-то рамок, ты не видишь то, что видят все остальные. Мы видим, что ты страдаешь, отдаляешься … он делает тоже самое. Он налаживает свою жизнь, добивается чего-то после трагедии, ты могла бы поучиться этому.

– Я только что, черт побери, получила степень магистра. Я бы сказала, что добилась чего-то.

– Эмма Николс. Мне не нравится твой тон. – Он на многое закрывает глаза, но неуважения к маме папа не терпит.

Киваю. – Я готова показать вам город. Пойдем.

Остальная часть дня напряженная. Я стараюсь притворяться, показывая им посещаемые мною места и обязательные для просмотра туристами достопримечательности, ничего не помогает. Мы все как на иголках из-за ожидания взрыва сгустившихся над нами туч. Я прощаюсь, обещая их навестить. Ложь.

Звоню Холли и рассказываю ей о своих планах.

– Мне плевать, что произойдет, когда я буду выходить замуж. Тебе лучше будет притащить свою тощую задницу домой и быть моей подружкой.

Я смеюсь. – Холли, в день, когда ты остепенишься и перестанешь заставлять Энди гнаться за тобой, я прилечу первым же рейсом. – Ей будет сорок, а она будет мяться и тянуть со свадьбой и постоянством.

– Ты проглотишь свои слова, Эмма.

– Я обмакну их в кетчуп.

– Скучаю по тебе.

– Я тоже скучаю, Холс. Ты могла бы приехать. – Я не поднимаю тему девушки на фото.

Она красивая.

Она счастливая.

Она заставляет его улыбаться.

Она – моя улучшенная версия … моя замена.

Если я не буду знать ее имя, она сможет быть плодом моего воображения. Если я не буду знать подробностей, это можно вообще проигнорировать.

Но нет. День за днем. Ночь за ночью. Мне снятся сны. Я плачу. Просыпаюсь с тоской по нему. Я собиралась извиниться. Собиралась молить о прощении, но я отказываюсь лишать его счастья … во второй раз.

***

Первым шагом в создании моей жизни в Вашингтоне было успешное прохождение собеседования. Получить должность – сложная задача.

– Почему вас интересует данная сфера, мисс Николс? – интересуется мистер Лудз, президент компании.

– Я была заинтригована с тех пор, как своими глазами увидела, какой вклад вносят социальные органы в некоторые ситуации. Будь то помощь больным, их семьям или, как в данном случае, в объединении семей … эта работа имеет значение. Она важна и играет одну из самых значительных ролей при усыновлении. Я прошла через потери и решила, что хочу помогать семьям расти. Международное усыновление – сложный процесс. В каждой стране свои правила и законы, отличающиеся аспектами.