Плохой Ромео (ЛП) - Рэйвен Лиса - Страница 63

Я смеюсь и ударяю его по руке.

— Коктейль с водкой, пожалуйста.

— Да все, что угодно. — Деланно дуясь, он пробирается через толпу к бару, и стоит ему только отойти, как мне тут же его недостает.

Я выхожу из ниши и делаю глубокий вдох.

Каким бы красивым, терпеливым и забавным он ни был, внутри меня все еще есть осколок чего-то, что извивается и пылает без каких-либо причин или предупреждений, и это пугает меня, ибо такое чувство словно призрак нашего прошлого всегда будет висеть над нами, заставляя меня отталкивать его, даже когда меня будет тянуть к нему.

Я чувствую скольжение руки по своей талии и вздрагиваю от неожиданности, когда поворачиваюсь и вижу знакомое лицо.

— Коннор!

О, боже, Коннор.

— Привет, Кэсси, — говорит он и наклоняется, чтобы поцеловать меня. — Ну как ты?

— Очень хорошо. А ты?

Что он здесь делает? Уйди. Пожалуйста, уйди сейчас же.

— Отлично. Со дня на день состоится премьера новой постановки «Аркадии» в театре имени Этель Бэрримор33.

— Я слышала! Это круто. Мне не терпится сходить на него.

— Тогда дай знать, когда захочешь прийти, и я забронирую тебе места в первом ряду.

— Было бы здорово.

Я никогда не пойду на этот спектакль. И он знает это. Я разрушила нашу дружбу.

Я – ужасный человек.

Мы погружаемся в тишину и несколько секунд просто смотрим друг на друга, пока неловкость селится между нами.

— Ты красивая, — говорит он, и я тут же опускаю взгляд, потому что больше не могу смотреть ему в глаза. — Как всегда.

— Коннор…

— Как дела с пьесой? — спрашивает он, меняя тему разговора. — Должно быть, странно снова работать с Итаном?

Я перевожу взгляд и вижу Итана рядом с барной стойкой, стоящего в ожидании своего заказа.

— Да уж. — Я заправляю прядь волос за ухо и подавляю подступающую панику. — Странно – не то слово. Он знает, что ты здесь?

Он качает головой.

— Нет. Я хотел сначала увидеться с тобой. Поздороваться. Я… я не был уверен насчет того, как много ты рассказала ему о нас. Не хотел причинять неудобства.

Вздыхаю. Неудобство, именно там я и живу последние дни. Прямо за углом Проспекта Паники.

— Я ему ничего не рассказывала, — говорю я, желая, чтобы Коннор ушел до возвращения Холта, — и буду очень благодарна, если ты не станешь поднимать эту тему. У нас премьера через неделю, и мне не хочется провоцировать драму.

— Только не говори, что вы снова вместе? — спрашивает он, и его лицо мрачнеет.

— Нет. Мы не вместе. Мы просто… мы пытаемся быть друзьями.

Когда я перевожу взгляд, вижу, что Холт уже идет к нам, и у меня возникает ощущение, что в любой момент меня может хватить удар, так быстро бьется мое сердце.

Коннор следует за моим взглядом, и ироничная улыбка появляется на его лице.

— Смотрю, некоторые вещи никогда не меняются. Не могу поверить, что после того, как он поступил с тобой, ты все также по уши влюблена в него.

Я резко вскидываю голову.

— Это неправда.

— О, да ладно, Кэсси. Даже когда ты утверждала, что ненавидишь его, ты была так зациклена на нем, что не видела других вариантов, которые были прямо у тебя перед носом.

— Коннор…

— Я бы никогда не сделал тебе больно так, как он. Но полагаю, теперь это уже просто история.

Он безразлично подергивает плечами, но я-то знаю, сколько вреда причинила и от этого осознания чувствую себя полной дрянью

— Я лишь надеюсь, что ты знаешь, какого черта делаешь, потому что если он снова причинит тебе боль… — Он качает головой. — Ты заслуживаешь счастья, Кэсси. Это все, что я пытаюсь сказать.

Я киваю. Все могло бы быть совсем иначе, сложись у меня отношения с Коннором. Но я не смогла. Пыталась. Мы оба знаем, что я правда пыталась.

— Привет, Коннор! — Холт протягивает мне напиток и потом пожимает руку Коннору. Надо отдать ему должное, с виду он искренне рад его видеть. Я же напротив, словно нахожусь на грани двух столкнувшихся миров и того гляди упаду в обморок. — Я слышал, ты играешь в «Аркадии». Поздравляю. Подбор актеров кажется удачным.

Коннор приклеивает на лицо улыбку.

— Привет, Итан. Да, все идет путем. Билеты разлетаются, поэтому мы надеемся на хороший и продолжительный период работы.

Холт улыбается и делает жест в сторону бара.

— Угостить тебя выпивкой? У них есть приличное импортное пиво. Или если ты предпочитаешь что-то покрепче, я могу принести тебе один из этих жутких розовых напитков, которые пьет Тейлор, хотя я уверен, их делают только из водки и сахара.

Коннор смотрит на меня и улыбается, но в его глазах грусть.

— Да, ну… у нее всегда был сомнительный вкус.

В воздухе что-то меняется, и когда я смотрю на Холта, вижу, как его улыбка увядает. Вот теперь Коннору действительно необходимо уйти.

Словно почувствовав нарастающее напряжение, Коннор говорит:

— Что ж, рад был повидаться, ребята, но я должен вернуться к остальным членам команды. Надеюсь, вам удастся выкрасть вечерок и прийти на спектакль. — Он смотрит на нас обоих, произнося это, но я знаю, что обращается он только ко мне.

— До скорого, Итан, — говорит он уже менее дружелюбным тоном. Потом он целует меня в щеку и шепчет: — Береги себя, Кэсси. Пожалуйста.

Он удаляется и хоть зал и полон людской болтовни и смеха, я могу сосредоточиться сейчас только на абсолютной тишине, окружающей Холта. Он отпивает несколько солидных глотков пива и делает вид, что смотрит на что-то на другом конце зала, но мне все же видно, что его взгляд туманен и рассеян. Он не видит перед собой ничего, так сильно пытается не смотреть на меня. Я вся сжимаюсь внутри, потому что точно знаю, что он сейчас скажет.

— Ты спала с ним, да? — тихо спрашивает он. В его голосе нет ни злости, ни даже боли. Лишь… смирение.

Когда я не отвечаю, он смотрит на меня, и я вижу, с каким трудом он пытается сдержать переполняющие его чувства. Его губы плотно сжаты вместе, а мое сердце бьется так громко, что звук отдается в ушах.

— Итан…

— Просто скажи мне, Кэсси. Я не собираюсь закатывать сцену. Мне просто нужно знать.

— Ты уже знаешь.

Он досадно фыркает.

— Мне нужно услышать это от тебя.

Я делаю глубокий вдох и подавляю прилив тошноты.

— Да. Спала.

Он моргает, но взгляда не отводит.

— Когда?

— Ты знаешь когда.

— После выпускного?

— Да.

— Сразу после моего отъезда?

— Да.

— Как долго?

— Три месяца.

— Три месяца?! — Он смеется, но смех отдает горечью. — Три гребаных… — Он кивает и делает еще один глоток пива, выражение его лица напряженное. — Так вы двое… что? Были в отношениях? Встречались?

— Нет. То есть… отчасти. Он хотел этого, но я просто… не могла. У меня не было к нему таких чувств. Это был просто секс.

Он снова смеется и устремляет взгляд куда угодно, только не на меня.

— Итан… я была зла и задета. Он был там. Ты – нет.

Он отпивает еще больше пива, его челюсть сжимается и разжимается.

— Ты не можешь злиться из-за того, что случилось после твоего ухода. Это нечестно.

— Я знаю, — говорит он низким голосом. — Знаю, что не должен хотеть набить морду Коннору, но… боже, Кэсси, три месяца?!

Он делает глубокий вдох, медленно выдыхает и затем смотрит на меня.

— Я знал, что ты была с другими мужчинами, после моего ухода, — говорит он. — Я подслушал ваш разговор с Тристаном в тот вечер, когда был у тебя в квартире. И как бы сильно эти слова ни убивали меня, я справился, убеждая себя, что это были безымянные, безликие парни. Случайные связи на одну ночь, которые утолили некую сексуальную потребность в тебе. Что они ничего не значили…

— Они ничего не значили. Никто из них ничего не значил.

— Коннор значил что-то.

— Нет.

— Кэсси, ты не можешь говорить, что у тебя был с ним секс целых три месяца и это ничего не значило. Одно дело – трахаться с кем-то, кого ты подцепила в баре и больше никогда не увидишь. И совсем другое – заниматься сексом с кем-то, кто тебе дорог. По меньшей мере, он был твоим другом, так что у тебя должны были быть к нему какие-то чувства.