Плохой Ромео (ЛП) - Рэйвен Лиса - Страница 70

И снова.

И снова.

Смотрю на часы: 1:52 ночи.

Проклятье!

Беру телефон с прикроватного столика и проверяю его.

Полностью заряжен. Нет пропущенных вызовов. Нет сообщений.

Не знаю, почему я так удивлена. Я серьезно думала, что моя маленькая речь под дождем положит конец его комплексам? Я же не столь наивна!

Но все же вот она я: лежу в два часа ночи, задетая отсутствием его звонков и сообщений.

Кидаю телефон обратно на столик, потом отворачиваюсь и закрываю глаза.

Просто перестань о нем думать. Если он захочет прийти, то придет. А если нет…

Что ж, если он не придет…

Я подтягиваю ноги к груди, пытаясь подавить расцветающую внутри боль.

Если он не придет… жизнь продолжится. Я буду в порядке.

Я буду в порядке.

Лежу в темноте и повторяю одну и ту же фразу снова и снова, и даже когда сон наконец завладевает мной, мне все еще не верится в это.

— Ого, дерьмово выглядишь, — замечает Руби, когда я, волоча ноги, захожу в кухню.

— Спасибо.

— Он не звонил?

— Нет.

— Идиот.

— Да уж.

Я сажусь за кухонный стол, Руби же ставит передо мной тарелку с серой яичницей.

Я с сомнением кошусь на нее.

— Не начинай, — предупреждает она. — Даже такие как я могу готовить яйца.

— Серьезно?

— Не знаю. Раньше никогда не пробовала. И все же, уверена, получилось вкусно.

Я закидываю немного в рот, в то время как она открывает холодильник. Меня едва не выворачивает. Не знаю, как возможно так сильно испортить яйца, но Руби это как-то удалось.

— Вкусно? — оглядываясь, спрашивает она.

— Объедение, — отвечаю я с набитым ртом. — Тебе стоит попробовать. — А то с чего бы мне страдать в одиночку?

— Ты собираешься звонить ему? — спрашивает она, наливая мне сока.

— Нет.

— Хорошая девочка. Ты сделала все, что могла. Пусть теперь побегает за тобой.

Я с трудом проглатываю яйца и заодно свою паранойю.

— А если нет? В смысле, что если он не станет бегать за мной?

— Он станет.

— Но что, если нет?

— Он точно станет.

— Руби, блин, но что если нет?

Она прекращает возиться с едой и смотрит на меня.

— Кэсси, этот парень просто без ума от тебя. Ему может потребоваться какое-то время, чтобы понять, что он жить без тебя не может, но он поймет. Поверь мне.

Вздыхаю и начинаю водить яйцами по тарелке.

— И что же мне делать, когда я увижу его сегодня?

— Веди себя равнодушно.

— Я не знаю, как это делать.

Она ставит свою тарелку на стол и садится рядом со мной.

— Просто… будь вежливой. Дружелюбной, но не слишком. Если он затронет тему ваших отношений, тогда и говори об этом. Если же нет, придерживайся нейтральных тем: погода, политика, спортивные команды, как сильно ты хочешь оседлать его пульсирующий твердый член. Ой, подожди. — Она хмурится и поднимает палец кверху. — Вычеркни последнее. Он уже знает об этом.

Я смеюсь и стараюсь не морщиться от отвращения, доедая остатки ужасной яичницы.

— Он уступит, Кэсси. — говорит Руби, поднося вилку ко рту. — Поверь мне. Он наверно заснул вчера весь в слезах, и теперь не может дождаться встречи с тобой, чтобы признаться в своей вечной любви. Может он даже сделает предложение.

Я закатываю глаза, она же кладет немного яичницы в рот и тут же давится.

— О, черт! Какая гадость! Почему ты не предупредила меня?

Я отпиваю сок с самым невинным выражением лица.

Должна признать, я уделяю себе чуть больше внимания, когда собираюсь на занятия. Крашусь немного ярче обычного и выпрямляю волосы. Надеваю облегающий топ и обтягивающую юбку.

Никогда не думала, что стану одной из тех девушек, которые пользуются своей внешностью, чтобы показать мужчине, какую красоту он упускает, но, как видно, я одна из них. А ведь одна из причин нашей ссоры в том, что я хочу, чтобы он хотел меня не только физически.

Лицемерка, вот кто ты, Кэсси!

К тому времени когда я занимаю место в аудитории, где проходит занятие по истории театра, я уже сплошной клубок нервов.

Но оказывается, что мое беспокойство неоправданно. Холт не появляется. В начале, мне кажется, что он просто опаздывает, но к обеду приходится признать, что этот день он прогулял.

Не могу поверить в это.

Я думала, к этому времени он обдумает наше положение и захочет поговорить, но не тут-то было, он снова выбирает легкий путь и уклоняется от проблемы.

Мысленно обозвать его подонком никак не поможет приглушить чувство разочарования, но я все же делаю это.

Он не звонит весь четверг – ни днем, ни вечером, и не объявляется на занятиях в пятницу. К субботе, Руби уже вне себя оттого, что я то и дело проверяю телефон и бормочу под нос непристойности, когда не вижу на экране новых уведомлений.

— Кэсс, может уже угомонишься? Дай парню немного времени. У него больше проблем, чем печатают в журнале People. Нельзя ожидать, что он изменится волшебным образом только потому, что ты этого хочешь.

— Я знаю, Руби. Знаю, что мои ожидания нереалистичны и неразумны, но почему он не звонит?! — Откидываюсь на спинку дивана и обхватываю голову руками. — Нет, серьезно, я сойду с ума, если не поговорю с ним. Как он может просто оборвать все связи? Не понимаю.

— Мальчики странные.

— Как будто я ничего для него не значу.

— Рискну и предположу, что это не так.

Сажусь прямо.

— Я позвоню ему.

Руби вырывает телефон из моих рук.

— Нет, не позвонишь. Ты пойдешь со мной в спа-салон, чтобы на пару часов прекратить убиваться по нему. Я не доверяю тебе. Стоит мне оставить тебя одну, как ты позвонишь ему.

— Я скучаю по нему.

— Знаю.

— Мне хочется знать, скучает ли он по мне тоже.

Она садится рядом и обнимает меня за плечи.

— Кэсси, он скучает по тебе. Я уверена.

Мне все больше и больше кажется, что она не права.

В воскресенье, я чувствую онемение.

Ну, онемение большей части моего тела. Моя вагина адски болит, а все потому, что вчера Руби убедила меня, что процедура бразильской эпиляции поможет мне выкинуть из головы Холта.

И она не ошиблась.

На протяжении получаса, что заняло удаление лобковых волос с корнем, я напрочь забыла о Холте и сосредоточилась на составлении способов, которыми смогу поранить Руби и не угодить за это в тюрьму. В итоге, я составила двадцать три способа.

Теперь она делает мне педикюр, чтобы загладить свою вину, но она все еще в моем черном списке.

Звонит мой телефон, мы обмениваемся взглядами и одновременно тянемся за устройством. Он взлетает в воздух, и мы бросаемся за ним, как кошки, потом Руби ловит его и протягивает мне. Смотрю на номер абонента и быстро нажимаю «ответить».

— Привет, Элисса.

— Кэсси! Слава богу, ты ответила! Итан с тобой?

Я смотрю на Руби.

— Хм… нет. А что?

Руби хмуриться и наклоняется ближе, чтобы подслушать.

— Я не могу дозвониться до него, а когда я разговаривала с ним в четверг, его голос звучал ужасно. Сейчас же он не отвечает на звонки. Боюсь, он совсем нездоров и не в состоянии сходить к врачу.

— Тебя не было дома на выходных? — спрашиваю я.

— Нет. До вторника я буду в Нью-Йорке с мамой и папой. Так ты не видела его?

Провожу рукой по волосам.

— Нет. Мы как бы… поссорились в среду. С тех пор я не видела его и не разговаривала с ним. Я думала, он просто избегает меня.

Элисса выдерживает паузу.

— Такое возможно. Это на него похоже. Но он обычно отвечает, когда я звоню, а сейчас – нет. Могу я попросить тебя о большом одолжении?

У меня сводит желудок.

— Ты хочешь, чтобы я сходила и проверила как он?

— Да, пожалуйста, Кэсси.

Руби яростно мотает головой и шепчет: «Черта с два!», размахивая руками, как безумная.