Доброе утро, химеры ! (Летящая - 2) - Дмитрук Андрей Всеволодович - Страница 4

Вплотную под чешуей открылся глубокий рельефный отпечаток в породе вероятно, лава сожгла это небольшое существо, но отвердела, не заполнив пустоты. Формой и размером - сущая буханка хлеба, однако с трехгранным хвостом, продолжающимся в виде валика по всему брюху, и чем-то вроде боковых плавников с когтями. Под головной частью порода словно просверлена веночком круглых отверстий...

- Универсальная химера, - страшно прошептала Наиля.

Ее поправил один из копателей:

- Еще не универсальная - видишь, ни крыльев, ни жабр...

Упали первые капли дождя, и "кроты" поспешили опустить плиту на место...

На очередном собрании в салоне "Перуна" Куницын вертел перед зрителями отливку "протохимеры" из пластика, похожего на стеарин. С брюха ниспадал пучок извилистых сосулек, вросших снизу в бок обрубка бревна.

- К нашему счастью, - с натугой шевелил губами шеф отряда, - лава сохранила все внутреннее строение бронешара и несколько таких вот отпечатков. По-видимому, предки универсальных химер паразитировали под чешуей бронешаров, питаясь через проводящие пути "хозяина". Не очень лестное прошлое для разумного вида - впрочем, природа сраму не имет. Тем более что такой симбиоз позволил химерам не только выжить среди массы действующих вулканов, но даже, по-моему, заложить основы своей диковинной цивилизации...

Заерзали в креслах, зашептались: капитан "Перуна" Нгуен Чонг увесисто хлопнул по столу, восстанавливая тишину.

- Нет, все это пока мои предположения, просто не с кем делиться ими, кроме вас... ("В своем репертуаре", - шепнула Найдя в ухо натянутой как струна, самозабвенно слушавшей Виолы.) Шеф ксенозоологов Хассель утверждает, что в настоящее время на планете бронешаров нет вовсе...

- Да, это так, - важно пробасил рыхлый, с багровыми щеками мопса Хассель, вопреки комплекции совершенно неутомимый человек, облазивший, кажется, все закоулки на трех материках Химеры. - Всякой твари много, но такую мелочь, как двадцатиметровый бронешар, мы не прозевали бы.

Деревянно кивнув и положив отливку на стол, снова держал монотонную речь Куницын:

- Вот это работает на мою идею. Видимо, бронешары вымерли полностью, и химерам пришлось приспосабливаться... Каким же образом? Срастание химеры с шаром было столь же тесным, как у плода с плацентой. Вернее, химера выступала в роли трансплантата, который идеально приживался. Идеальная совместимость, вот с чего началось торжество химер. В процессе вымирания бронешаров они, вероятно, стали искать новых "хозяев". Кого подводила совместимость - погибал, другим удавалось с кем-нибудь срастись. Надо полагать, "хозяева" были самые разные. Некоторые из них попадали в полную зависимость от своих "наездников", становились послушными придатками... Куницын хрипло перевел дыхание, налил себе сока. - Улавливаете мысль? На Земле разум зародился в тот момент, когда антропоид, не дотянувшись до плода, впервые удлинил свою руку с помощью палки, то есть прибавил к наследственной программе крупицу творчества. На Химере началась разумная жизнь, когда вот эта хвостатая буханка впервые осуществила целенаправленный _произвольный_ выбор "хозяина" с определенными, нужными на сегодняшний день свойствами. Конечно, это произошло в борьбе за какие-то блага или с каким-то врагом. Не знаю. Вообще я ничего не утверждаю, я только решаю логическую задачу...

Устав стоять, он плюхнулся в кресло, вялой рукой провел по безукоризненно расчесанным на пробор, неестественно черным волосам. Налил и выпил стакан сока, сильно дергая кадыком. За корягой, оплетенной лакированным плющом, два ксенобиолога уже спорили, чертя на планшетах.

- У вас все? - осведомился невозмутимый капитан.

Куницын ответил не сразу - очевидно, доклад в самом деле стоил ему больших усилий. Посидел, тускло блестя линзами, - ни вспотеть, ни побледнеть его кожа не была способна. Виола подивилась в который раз, какая сила загнала настолько искалеченного человека за тысячи световых лет от шезлонга на дачной веранде.

- Пожалуй, теперь закончить может каждый... (Найдя снова фыркнула в ладонь.) Сознательный поиск наилучшего "хозяина"; возможно, сращивание нескольких "хозяев"; затем выборочная пересадка в собственное тело отдельных чужих тканей и органов - совместимость давно гарантирована - и наконец, умение передавать приобретенные органы по наследству, - наверное, так выглядел научно-технический прогресс у химер. Так сказать, большое ограбление животного мира планеты. _Зоологическая цивилизация_...

Алексей Сидорович обернулся к Нгуен Чонгу и махнул рукой в знак окончания, свалив пустой стакан на пол.

- А что? Убедительно, - не то отметил, не то спросил капитан, поскребывая седой ежик. - Ну, господа ксенобиологи, бить будем?

- По-моему, вполне корректная гипотеза, - быстро, пошептавшись с коллегами, отозвалась "шефиня" группы, томная, изысканно-красивая Тосико Йоцуя. - Хорошо бы найти для подтверждения промежуточные формы химер.

- Хорошо бы, - громко вздохнула Наиля, и стало тихо: все поняли, что вздохнула девушка совсем не из-за отсутствия промежуточных форм. Гоняясь друг за другом, из коридора с резким писком влетели волнистые попугайчики - голубой и желтый. Покружившись, сели на висячую лампу и прижались щеками.

- Доклад группы Прямого Контакта, - объявил капитан Нгуен Чонг.

Прошло несколько дней, и шеф "прямых" Костанди пригласил Виолу посмотреть что-то необыкновенное на Теплых Озерах. Выпросив у Куницына отпуск, Виола с Наилей полетели туда, где шестьдесят второй день бесплодно трудилась группа Прямого Контакта. Третьим в гравиходе был Рагнар Даниельсен, сердечный друг Наили, счастливец, имевший право переключать цвет скафандра с лилового на оранжевый: будучи ксеномикробиологом, он работал также у "прямых", поскольку имел труды и в области семантики.

С высокого кряжа, куда выполз гравиход, сказочной страной выглядели эти широкие старые кратеры, чистые озера ультрамариновой воды, отороченные оранжевым пухом. Чуткие апельсиновые "зонтики" прядали в стороны от машины, скатывались в тугие, сразу темневшие кулачки. Через полосу сгнивших растений, покрытых бурой пеной, нечувствительно скользнули на синее зеркало и полетели, оставляя хвост легкой ряби.