Единственная на всю планету - 3 (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 85

Прошло лето, и Ольга опять приступила к занятиям. Из‑за малыша она не могла надолго отлучаться из дома, и отбор новых кандидатов в целители вел Нор. Все уже знали, для чего собирают детей, поэтому проводить их осмотр стало легко. Достаточно было объявить жителям время и место, где будет проводиться отбор детей для школы целителей, чтобы там с утра выстроилась огромная очередь. Благодаря этому, осмотрев почти тридцать тысяч юношей и девушек, Нор выбрал шестьдесят пять кандидатов, причем одиннадцать из них были сильнее всех тех, кого они отбирали раньше.

Шло время, и те страны, в которых экономический кризис не вызвал сильных социальных потрясений, начали постепенно восстанавливать производство. Россия в полной мере использовала стабильность своей экономики, укрепив торгово–экономические отношения со многими государствами, с которыми раньше все связи были чисто символическими. Страны Европы, избавившись от влияния США, по–новому строили отношения с Россией. Многие по–прежнему ее боялись, а у некоторых на отношения накладывалась традиционная неприязнь. Всплеск страха вызвал демонстрационный показ возможностей боевых скафандров, снабженных пулевым, плазменным, лазерным и ракетным вооружением. Эти скафандры защищали от крупнокалиберного стрелкового оружия, осколков гранат и любых отравляющих веществ и позволяли передвигаться по неровной почве с полным вооружением со скоростью до пятидесяти километров. Кроме того, благодаря генераторам электричества, бойцы в этих скафандрах могли долго действовать автономно и нуждались лишь в пополнении боезапаса для закрепленного на правом плече пулемета. Никто не представлял, как воевать с армией таких солдат. Но Россия демонстрировала миролюбивую политику, всемерно развивая со странами Европы торговые и экономические связи, поэтому страх понемногу утих. В США дела шли плохо. Американское общество было монолитным в пору благоденствия, но когда пришла беда, к которой никто не был готов, от этой монолитности не осталось и следа. Каждый, у кого еще хоть что‑то сохранилось, был готов на все, чтобы это удержать, и плевать он хотел на всех остальных. Страну захлестнула волна преступности. Правительство пыталось бороться с ней, применяя вооруженную силу, но это помогало мало. Большая часть банд состояла из темнокожих, которые после своих набегов укрывались в районах, где проживали исключительно афроамериканцы. Попытки руководства Национальной гвардии организовать там рейды вылились в кровавые межрасовые столкновения. Вторым бичом была безработица, которая достигла сорока процентов. Правительство было вынуждено тратить скудный бюджет на выделение безработным продовольственных пайков. Попытка заткнуть дыры печатанием денег моментально привела к инфляции. Страну еще можно было спасти, если бы смогли избавиться от балласта в сто миллионов человек, но такой возможности не было, и все постепенно шло к концу.

Был еще только конец ноября, но в Подмосковье установилась по–настоящему зимняя погода. Сильных морозов пока не было, но снега выпало много. Сегодня он опять шел почти весь день, да еще поднялся ветер, и в окна было видно, как несутся и кружатся мириады снежинок.

— Всегда любила такую погоду, — сказала мужу Ольга. — Есть в ней какое‑то очарование.

— Это из‑за того, что ты сидишь дома в тепле, — ответил Нор, — и подсознательно этим довольна. Наверное, еще присутствует злорадство в отношении тех, кому не повезло оказаться на улице.

— Приземленный ты человек! С тобой бесполезно говорить о красоте!

— Ну почему же? — он подошел к жене и обнял. — О твоей красоте я готов говорить часами. Ты заметила, что почти не меняешься? Тебе уже двадцать лет, а никто не даст больше семнадцати. Магия, конечно, продлевает жизнь, особенно если маги этим занимаются целенаправленно, но обычно это проявляется в пожилом возрасте. А у нас с тобой, наверное, действует сила Гарлы.

— У меня уже не столько ее сила, сколько то, что дают люди, — сказала Ольга. — Особенно приток силы увеличился после того, как наши ребята начали тысячами исцелять больных. А ведь с новыми выпусками это должно усилиться многократно. Хорошо, что я могу делиться этой силой с другими, и плохо то, что в тебе она долго не держится.

В закрытую дверь спальни что‑то ударило, и она начала медленно отворятся. В комнату вполз шестимесячный Олежка, который улыбнулся родителям и, энергично перебирая руками и ногами, быстро пополз к ним на четвереньках.

— Соскучился? — спросил Нор, взяв сына на руки. — Кто же это тебя выпустил из манежа? Опять действовал на няню?

Сил в ребенке было не меньше, чем в Ольге, и он как‑то научился их использовать, чтобы добиваться желаемого. Действовать на родителей не получалось.

— Хоть надевай Вере защитный шлем, — вздохнула Ольга. — Ленка примерно так же использовала магию. Еще ничего не знала, но научилась внушать людям симпатию и желание помочь. Надо…

В прихожей их коттеджа прозвенел звонок.

— Кого это принесло в такую погоду? — сказала Ольга, сканируя крыльцо. — Нор, там маг! И довольно сильный! Быстро усиль защиту, а заодно защити сына!

Она подошла к небольшому комоду, выдвинула ящик и достала из него два пистолета.

— Если что, ты с ним не справишься, — сказала она мужу. — Держи пистолет и побудь здесь с Олежкой. Так, он подчинил Веру, и она уже открыла ему дверь. Наглец!

Ольга вышла из спальни и через гостиную пошла в прихожую, где снимал шубу незваный гость. Им оказался высокий и симпатичный мужчина лет тридцати.

— Извините, ради бога! — сказал он Ольге. — Вы почему‑то долго не открывали, а на улице метель, вот я и позволил себе некоторую вольность. Можете убрать свой пистолет. Я жрец Ардеса, а к вам пришел поговорить. Можете меня выгнать, и я уйду, но этот разговор и в ваших интересах. Угостите чаем?

— Вера, приготовь, пожалуйста чай, а потом унеси сына в детскую, — сказала Ольга няне, которая по совместительству выполняла и другие дела. — Прошу вас пока пройти в гостиную. Как проникли в городок?

— Я ничего не сделал вашей охране, — ответил он. — Просто заставил открыть ворота и забыть о моем визите. Конечно, когда просмотрят запись, поднимется переполох, но меня к этому времени здесь не будет.

«Нор, отнеси сына в детскую и присоединяйся к нам», — мысленно сказала мужу Ольга.

— Общаетесь с мужем? — догадался гость. — Надеюсь, вы не будете его от меня прятать?

— Не беспокойтесь, — ответила она. — Нор сейчас придет. Он все видит и слышит, поэтому, пока не приготовили чай, расскажите о себе. Кто вы такой и откуда взялись. Вы о нас знаете много, а я даже не знаю, как к вам обращаться.

— Мое настоящее имя вам знать необязательно, — ответил он. — Зовите Сэмом. Я уже год проживаю в Канаде под этим именем. Купил небольшую фирму, женился и даже участвую в местной политической жизни.

— Здравствуйте! — сказал вошедший в гостиную Нор. — Вы, Сэм, хоть и незваный, но все же гость. Я думаю, что мы не будем заставлять Веру нести чай сюда, попьем на кухне. Вы не голодны?

— Достаточно чая, — улыбнулся Сэм. — Я не был уверен в радушном приеме, поэтому пообедал в Москве. Просто немного намерзся. Я не стал сюда в наглую переться на своей машине и оставил ее за воротами, а до вашего коттеджа идти не так и близко. Учитывая погоду…

Они пришли на кухню и сели за стол, на котором стояли чашки с горячим чаем и ваза с эклерами.

— Излагайте, Сэм, — сказал Нор, когда гость выпил чей и съел пару пирожных. — Какая нужда вас сюда привела? Вам нужна наша помощь или что‑то понадобилось Ардесу?

— Вы должник, Нор, — сказал Сэм. — Вы это не отрицаете? Я имею в виду не долг жизни. Этот долг Ардес простил, когда вы закрыли путь Гарле. И это не вы водили его за нос, поэтому зла на вас у него нет. А вот золото вы получили, как здесь говорят, на халяву. Чтобы рассчитаться с Ардесом вам нужно вернуть мне часть полученных денег. Не бойтесь, для вас сумма будет небольшая.

— Зачем это вам, Сэм? — спросила Ольга. — Ведь Ардес может завалить вас золотом. Я спрашиваю не из‑за жадности, просто интересно.