Разочарованные. Трилогия (СИ) - Фадеев Артем - Страница 63

  Паша неуверенно кивнул головой в знак согласия, не зная еще, куда клонит Петя. Полина воздержалась от ответа.

  - В газете четко написано. Любому, кто даст какую - либо информацию о нахождении сребреника, или же вернет монету городскому музею в обязательном порядке будет выплачено вознаграждение, - процитировал отрывок из статьи Петр: - Неужели мы с вами откажемся от гонорара? Любая работа должна быть оплачена по заслугам. Мы помогли Марине, нашли древнюю реликвию, спасли мир от нашествия потусторонних сил, поймали преступников, наконец. И, неужели за все за это нам не причитается хотя бы маленький гонорар? В конце концов, для чего же тогда мы открываем наше агентство?

  - Я почему-то считала, что для того, что бы помогать разочарованным, - проговорила девушка.

  - Это конечно так, - согласился с Полиной Петя: - Но и о материальной стороне вопроса забывать не стоит. От уплаты налогов укрыться нам не удастся. Да и средства, потраченные на реставрацию этого помещения, хотелось бы вернуть. К тому же ремонт только начался и нам понадобиться еще не одна сотня рублей. Вот только не говорите, что вы не согласны со мной.

  - Мы и этого и не говорили, - произнес Павел: - Любое дело, даже самое доброе должно быть хоть как-то поощрено. Например, простым человеческим "спасибо".

  - Несколько минут назад я услышал даже два человеческих "спасибо", но чувство удовлетворения от этого так и не получил. Предпочитаю, звонкую монету в кармане даже самым искренним человеческим словам. Если хотите, можете меня осуждать, но перед этим загляните поглубже в самих себя. Где-то там, вы, наверняка, полностью и безоговорочно согласны со мной, - разразился Петр длинной тирадой.

  - Я всегда подозревала, что ты меркантильный тип, - улыбнулась девушка: - Но, что делать? На этот раз, я вынуждена признать, что ты прав.

  - Вот это да! - удивился Паша: - Сейчас выпадет снег. В коем-то веке Полина и Петя сошлись во взглядах. Однако, как же мы после этого станем смотреть в глаза полковнику Скавронскому? Получиться, что мы съедим его хлеб.

  - Ну, что поделать? - пустился в размышления Петр: - При встрече с ним, нам придется опускать глаза. А что касается хлеба. Ему и так достанется вся слава от поимки сектантской группировки. Хотя, если уж разобраться, то мы с вами приложили к этому куда больше усилий, чем вся его команда. Думаю, он не обидится, когда узнает, что мы совсем немножко обошли его на повороте.

  - Ну, что ж, - поставила последнюю точку в этой беседе девушка: - У нас есть еще целые сутки для того, чтобы обдумать создавшуюся ситуацию и окончательно решить, стоит ли лично нам, возвращать монету музею, или же лучше будет передать ее Скавронскому.

  - Какие сутки, Пол, ты, о чем говоришь? - нахмурился Петя: - Завтра же пойдем в музей. Мы же, по-моему, уже все решили.

  - Завтра понедельник, - напомнила девушка: - У городского музея вы-ходной день. В любом случае, придется ждать до вторника.

  - Да, действительно, ты права, - согласился с Полиной Петр: - Придется подождать.

  - Ну, раз мы решили все глобальные проблемы, тогда, может быть, отправимся домой? Или здесь заночуем? - поинтересовалась девушка.

  - Разумеется, домой, - сказал Павел: - Вот только куда девать монету? Надеюсь, мы не станем устраивать междоусобицу относительно того, у кого же останется сребреник до вторника?

  - Как ты мог подумать такое, Паша? Разумеется, не станем, - заверила Павла Полина. Она лихо выхватила из его руки монетку, и осторожно положила ее в сумочку: - Какие могут быть вопросы? Конечно же, у меня. Я аккуратно очищу ее от крови. Ко вторнику она будет как новая.

  - Ладно, - не стал спорить с девушкой Петя: - У тебя, так у тебя. Только, пожалуйста, не посей ее где-нибудь.

  - Обещаю, сеять я ее не буду. Помню еще печальный опыт Буратино, - пообещала Петру Полина.

  - Ладно, тогда по домам, - Петя выключил свет, и друзья направились к выходу.

  Закрыв железную дверь на замок, Петр первым спустился с лестницы, за ним негромко переговариваясь, следовали Паша и его спутница.

  Ни кто из троих друзей даже не обратил внимания на то, что громадный комок жевательной резинки, щедро политый кровью Кольского Максима Леонидовича, загадочным образом исчез с порога будущего офиса Поискового Агентства "Разочарованные".

  *

  Полковник Скавронский, на лице которого не было ни чего, кроме выражения усталости, подошел к огромному стеклянному окну, по периметру которого аккуратно была выведена надпись "Дежурная часть". Заметив его, двое мужчин, дежуривших в эту ночь в РУВД, сосредоточили свое внимание на мужчине.

  - Олег Федорович, вы уходите? - поинтересовался один из дежурных.

  - Да, мне необходимо хотя бы два часа сна, - устало проговорил полковник: - Денек сегодня выдался напряженный.

  - Это точно, - словоохотливо произнес все тот же мужчина: - Досталось вам сегодня.

  - И не говори, - согласился с ним Скавронский: - Кстати, вы сделали все, как я вам сказал? - сурово спросил он.

  - Обижаете, Олег Федорович. В лучшем виде, - ответил дежурный: - Этого, с фонарями, мы закрыли в отдельную камеру. Ему оттуда не выбраться. Замок там сложный. Имей он все супер навороченные отмычки мира, у него еще был бы шанс. А так, без вариантов.

  - И все-таки, не спускайте с него глаз. Этот парень способен на многое. Отключить сигнализацию городского музея то же не каждому под силу. Ну, завтра я разберусь, как это ему удалось сделать. А на сегодня, отбой, - еще раз предупредил дежурных полковник.

  - Спокойной ночи, - попрощался со Скавронским мужчина.

  - И вам того же, ребята. Дай вам Бог, спокойно отдежурить, - Олег Фе-дорович направился к дверям, которые тут же открылись. Он вышел на улицу и исчез в ночной темноте.

  - Ну, все, теперь можно, - дежурный, который беседовал с полковником, повернулся к своему напарнику, и заговорщицки подмигнул ему: - Нам больше ни кто не помешает.

  - Ты уверен, что это безопасно, Дим? - боязливо осведомился второй мужчина: - Какая-то ночь сегодня не хорошая. Бродят и бродят тут все.

  - Да не дрейфь, ты, - махнул рукой Дима: - Все обойдется, в первый раз что ли?

  - Боязно как-то, - протянул дежурный, раздумывая над предложением мужчины: - Ну, ладно, - тут же согласился он: - Пошли. Только для начала давай-ка, навестим этого, с синяками. Ну, на всякий случай.

  - Давай, если тебе от этого станет спокойнее. Идем, - дежурные без за-зрения совести покинули свой пост и, выйдя в узкий коридор, направились в сторону камер предварительного заключения, заперев перед этим тяжелую дверь, ведущую в "Дежурную часть".

  Мужчины подошли к решетке, за которой прямо на железной кровати, привинченной к полу, сидел, сгорбившись, Максим Кольский.

  - Ну, как дела, заключенный? Не спиться? - поинтересовался у Максима один из дежурных.

  Кольский даже не пошевелился. Он не удостоил мужчин ответом. Молча сидя, Максим тупо разглядывал противоположную ему стену.

  - Молчит, значит, порядок, - удовлетворенно проговорил Дима: - Ви-дишь, он даже не жалуется. Пошли отсюда.

  Дежурные развернулись, и стали удалятся прочь от камеры, в которой находился Кольский.

  Максим тут же вскочил с кровати и, подбежав к решетке, прислушался к разговору, удаляющихся мужчин.

  - Сейчас пропустим по стаканчику, и тут же вернемся. Пять минут, не больше. Да что может произойти за это время? - донесся до слуха Кольского голос Димы.

  Это был шанс! И Максим решил им воспользоваться. Протянув руку сквозь решетку, он дотронулся ладонью до холодного металла замочной скважины. Кольский повернул ладонь, и в ту же секунду раздался щелчок. Вот он, путь к свободе! Максим раскрыл решетчатую дверь камеры, вышел в коридор, и последовал в сторону "Дежурной части".

  Дойдя до двери, разделяющей "Дежурную часть" от общего коридора, Кольский проделал с ней тот же фокус, что и прежде. Теперь путь на улицу был прегражден только одной дверью, той самой, через которую некоторое время назад вышел полковник Скавронский.