Нэпман и Шановный. Супергерои Сталина (СИ) - Мендяев Пюрвя Николаевич - Страница 51

  - Не выйдет ли у вас конфликта с Федором? Вы известный бандит, Федор ловил бандитов. Не окажется ли вам тяжело работать в одной группе с таким человеком? - спросил Служака. - Знайте. Федор наш человек, мы его в обиду не дадим!

  - Не будет у нас никакого конфликта - ответил батька Кондрат. - Один человек в нашем коллективе - это огромный риск. Нужен второй человек. Тут нет сомнений. Я не буду лишним, как и Федор. А с людьми находить общий язык я умею. Вижу, что Федор тоже умеет с людьми ладить. Так что готов поклясться, что всё у нас будет нормально.

  - Хорошо. Тогда считаем, что ты принят в наше братство батька Кондрат - сказал важно Паныч. - Надеюсь, возражений нет?

  - У меня все же есть пара вопросов - сказал Федор.

  - Задавай свои вопросы. Постараюсь тебе на них ответить - быстро ответил батька Кондрат.

  - Насчет ситуации в лесу. Как ты допустил, что палач тебя едва не застрелил? Если ты такой известный бандит, что ты сразу с водителем не разобрался? - спросил Федор. - Он тебя чуть не убил.

  - Молодец. Хороший вопрос пан Федор - сказал с улыбкой батька Кондрат. - Думаешь, что я не совсем тот, кем себя выдаю? Всё же чекист есть чекист везде и всегда. Всех подозревает. И правильно делает. Но тут всё логично, я тот, кем себя перед вами назвал. И дело даже не в том, что Шановный меня знает с юности. Чекист вел меня подальше в лес. Меня это устраивало. Я не мог напасть на водителя возле машины. Старший чекист сразу бы узнал о моем нападении. Поэтому я и пошел безропотно в лес. И при этом всячески старался создать у своего палача иллюзию своей беззащитности. Вы это видели. Я лежал на полу. Я всячески изображал свой страх. Вы видели, как я дрожащими руками пытался раздеться. Я рвал пуговицы и мог порвать рубашку. Я подумал про себя, что такой хозяйственный мужик не вытерпел бы долго и подошел бы ко мне и начал бы помогать, освободиться от одежды. Тут я бы его и убил. Так что план мой был вполне рабочим.

  - Хорошо. Принимается. Теперь ответь мне на второй вопрос. Как тебе удалось узнать о кладе? - спросил Федор.

  - Опять похвалю тебя, Федор. Молодец! Правильный вопрос ты задал. Этот момент очень важен, без него дальнейшее сотрудничество воистину невозможно - сказал, восхищенно цокнув языком, батька Кондрат. - Отвечаю, всё как есть на самом деле! Не стану я ничего от вас скрывать. У меня есть в этих краях, точнее была, одна старая подруга. Мы с ней расстались много лет назад. С тех пор я об этой женщине не имел никаких известий. Так вот. Однажды, мне мой информатор сообщил о том, что к нам в местное губернское управление ОГПУ прислали женщину из соседней губернии. Зовут Александра Евтушенко. Я сразу же начал расспрашивать, как она выглядит. По всему выходило, что на работу в нашу губернию перевелась моя давняя подруга.

  - Я слышал о такой женщине - подтвердил Федор.

  - Так вот - продолжил свой рассказ батька Кондрат. - Я узнал, где поселилась моя бывшая любовь. И нашел, возможность встретится со своей старой подругой. Старая любовь не ржавеет. Наши чувства прошли испытание временем. Мы снова почувствовали себя юными влюбленными парнем и девушкой. Мы практически каждый день находили время для встреч. И в одну из наших встреч мне моя подруга поделилась своими опасениями.

  - Какими опасениями? - спросил Шановный.

  - Я сначала не обратил на её слова никакого внимания - ответил батька Кондрат. - Но потом вник в суть её рассказа. Оказалось, что она случайно стала свидетелем разговора между старшими чекистами о том, что они присвоили какой-то ужасно богатый клад помещика, который жил в своей усадьбе недалеко от деревни Варенцовка. Они его зарыли где-то недалеко от деревни.

  - Это были Шварц и Крылов! - воскликнул Служака.

  - Всё было просто, как в сказке - продолжил свой рассказ батька Кондрат. - Документы Василия говорили, что я бывший житель деревни Варенцовка. Так что всё складывалось самым лучшим образом. Я готов был всё бросить и отправиться в соседнюю губернию за кладом. С таким богатством можно было бы перебраться за кордон и жить там припеваючи вместе с моей подругой! Я рассказал ей о своих мыслях. Но моя подруга сказала, что опасается того, что старшие чекисты всё же её заподозрили. Не зря же они от неё избавились, направив на работу в соседнюю губернию. И она опасалась, что за ней и здесь может вестись слежка. Нужно признать, что я не отнесся к её опасениям серьезно. И зря!

  - И что случилось? - спросил Паныч.

  - Мы с подругой договорились встретиться вечером у неё в квартире - сказал, помрачнев от неприятных воспоминаний, батька Кондрат. - Я к назначенному сроку пришел и стал своим ключом медленно открывать дверь. Тут я почувствовал, что в квартире что-то неладно. Я весь собрался и ворвался внутрь. На кровати лежала вся в крови моя подруга. Я подошел и наклонился к ней. Она приоткрыла глаза и сказала мне, что она ничего обо мне не рассказала, хоть её и жестоко пытали. После этих слов моя подруга вздрогнула и умерла. А тут раздались вопли на улице. Ловите бандита. Батька Кондрат зверски убил женщину из ОГПУ. Короче. Не стану рассказывать, как мне удалось уйти из этой западни. Только после этой истории появилось у меня твердое желание разобраться с этим кладом, да и должники у меня тут завелись. И долг этот я прощать, не намерен.

  - Я слышал рассказ о том, что чекистку зверски убил в соседней губернии местный главный бандит. Так что всё подтверждается. Будь нашим товарищем батька Кондрат - сказал Федор.

  - Добро! - согласился старый разбойник.

  Глава 21

  Крылов, вернувшись с кладбища в деревню, сразу же быстрым шагом направился к дому почтальона Вадика. Подошло время обеда, и чекист уже успел сильно проголодаться. Хозяин дома, куда спешил попасть старый чекист, между тем нетерпеливо дожидался гостя из города у ворот, сидя на скамейке и нервно дымя папиросой. Завидя издалека своего чекистского начальника почтальон быстро зашел в дом и попросил двух пожилых женщин, помогавших ему с готовкой блюд для гостя, срочно завершить свои хлопоты на кухне и покинуть помещение. Старушки быстро собрались и, попрощавшись с почтальоном, оставили его одного дожидаться прихода гостя.

   Крылов без стука вошел в дом к почтальону и сразу же увидел, что всё готово к началу обеда. Стол собрал почтальон для знатного гостя богатый в этот день. К обеду было так же припасено хозяином дома еще и большое количество спиртных напитков. Крылов недолго думая занял место за столом. Застолье действительно получилось знатным. Выпили за богатым столом почтальон со своим гостем много водки и коньяка, так словно все дела у них на сегодня были завершены. Во время обеда Крылов незаметно, но очень тщательно расспросил почтальона о том, что делала в деревне Наталья до его приезда сюда, с кем она общалась, что могла узнать.

  Информация, полученная от хозяина дома, сильно встревожила чекиста. Опасения его подтвердились. Наталья все же смогла узнать от одного из пожилых людей, историю о кладе старого помещика. Теперь, при её способностях к аналитическому мышлению, она быстро сообразит, что к чему и всё доложит своему грозному шефу. Берия точно не упустит возможность вновь отличиться и начнет эту историю разрабатывать. Раскручивать запутанные дела он умеет хорошо. Всё говорило о том, что Берия получив новую информацию, сможет разобраться в ситуации на месте и найти виновников преступлений, быстро и эффективно. И тогда он, Крылов, и его друг Шварц совершенно точно завершат свои дни в подвалах Лубянки, признавшись перед неминуемой гибелью во всех своих злодеяниях и вернув все украденные сокровища государству.

  - Но не бывать этому! - решил про себя Крылов. - Меня так просто не взять!

   Не в меру дотошную следователя теперь точно нужно было срочно ликвидировать. Сомнений в этом больше не было у старого чекиста.

  - Уберу её. Уберу старика, что помнил всякие сказки о старинных делах. Почтальона тоже придется убрать. На него и спишу все убийства. Мол, сбежать хотел враг к своим хозяевам за кордон, по их приказу убрал кучу народа. Пришлось его убрать. Свидетелей вновь не будет. И тогда мы еще посмотрим, кто кого одолеет. Чтобы не думал этот горец про себя, как не злился, а предъявить мне ему будет нечего - решил Крылов и немного успокоился.