Танец на осколках души (СИ) - Трусс Анастасия - Страница 68

Глава 24

Глава 24.

«И почему, почти всегда, после секса, мне хочется спать?» — с досадой, подумала я, проснувшись.

Я открыла глаза, села на постели, огляделась. Аббадона в спальне не было. О его присутствии здесь недавно напоминали, лишь, следы на моём теле, которые медленно-медленно заживали.

«По крайне мере, в этот раз он мне ничего не сломал» — пришла я к утешительному выводу, определив, что наиболее серьёзные повреждения на моём теле — это царапины и синяки на бёдрах.

— Никогда бы не подумал, что крылья могут быть эрогенной зоной, — весело сказал Асмодей.

— Ты это к чему и про кого? — не совсем поняла я.

— Про тебя, сладкая, про тебя. Ты так остро реагируешь, когда к твоим крылышкам прикасаются.

— С чего ты взял, что мои крылья — это эрогенная зона? — резко ответила я. — Это — чушь! Просто под твоим заклинанием всё тело становится эрогенной зоной!

Я очень не хотела, чтобы Асмодей знал о моих крыльях. Это было для меня слишком личным и интимным. Кроме того, знать, где у того или иного человека (или не человека) находится эрогенная зона… знать, где он получает больше всего удовольствия… Это, всё равно, что знать слабое место! А любая слабость для меня была нежелательна. Даже такая.

— Лжёшь, сладкая моя. А я так не люблю, кода мне лгут!

Ощутив угрозу в голосе мужчины, я поняла, что деваться мне некуда.

— Ладно, признаюсь. Мои крылья — это эрогенна зона. Доволен?

— Ещё как, — ухмыльнулся Асмодей. — Но, я недоволен тем, с каким недовольством ты мне отвечаешь, сладкая моя.

— Но, я не испытываю к тебе никакой симпатии, Асмодей. И ты это прекрасно знаешь. И ты сам, только что, сказал, что не любишь, когда тебе лгут.

— Сладкая, я не хочу, чтобы ты мне льстила, притворялась или что-то, вроде, этого. Я просто хочу, чтобы ты сдерживала свои негативные эмоции. Только и всего. Если же нет… — демон похоти махнул рукой, создавая портал в спальне. — Я покажу тебе, что тогда с тобой будет.

Он схватил меня за руку и потащил за собой в портал, не дав мне даже одеть что-нибудь.

Покинув портал, мы оказались у какого-то загона — небольшой территории, огороженной высокой металлической решёткой. И в этом загоне находились какие-то существа, отдалённо напоминающие собак, породы доберман. Огромные, размером с телёнка, с короткой чёрной шерстью, твари с горящими жёлтыми глазами. Когда одна из них зевнула, я, в шоке, увидела ряда три острых зубов — не собачьих, а каких-то… акульих, что ли. Также, мелькнул в пасти раздвоенный змеиный язык, что навеяло мысль о том, что зубы могут быть ещё и ядовиты.

— Кто это? — спросила я Асмодея.

— Одни из моих питомцев, — ответил тот. — Честно говоря, одни из любимых.

Асмодей свистнул, привлекая внимание монстров. Вся эта свора, мгновенно, обернулась, увидела хозяина, радостно заскулила, завиляла хвостами и, почти вся, столпилась возле решётки, стараясь, через прутья, лизнуть руку демона похоти, стоявшего очень близко. Я же, рефлекторно, попятилась от этой стаи, воспользовавшись тем, что Асмодей меня больше не держал. Но, не тут-то было. Я, сразу же, вновь, оказалась схвачена им. А затем, он сделал то, чего я совсем не ожидала. Он, своими ногтями, расцарапал те раны на моём плече, которые оставил Аббадон. Многочисленные царапины, снова, за кровоточили.

— Что ты делаешь?! — с изумлением, воскликнула я.

Вместо ответа, Асмодей подтащил меня к решётке, от которой я успела отойти на пару шагов и сказал:

— Посмотри на их реакцию на себя, сладкая моя.

Я посмотрела. Эти существа, которые недавно преданно смотрели на своего хозяина, смотрели теперь на меня. Но, совершенно по-другому. Было такое ощущение, что они видят перед собой кусок мяса. Они смотрели на меня своими жёлтыми глазами… с их челюстей капала слюна… Они радостно повизгивали, но не так, как собаки визжат при виде кого-то, кто им нравятся. Так визжат при виде жратвы. А потом, я увидела то, чего, вообще, повергло меня в состояние ужаса. Я увидела их большие возбуждённые гениталии. Я хотела отвернуться, но Асмодей крепко держал мою голову, не давая этого сделать:

— Не отворачивайся, сладкая. Смотри внимательно и запоминай.

— Что запоминать?! Чего они хотят?!

— Они хотят тебя, сладкая моя. И, опережая твой вопрос, хотят тебя во всех смыслах. Они хотят лакать твою кровь. Они хотят жрать твоё мясо. Они хотят трахнуть тебя, сладкая моя.

— Они не могут хотеть последнего! — возразила я, хотя, в этот момент была, наверное, близка к потере сознания. — Они — звери!

— О, нет, сладкая, они — не звери, — ответил Верховный демон. — Они — низшие демоны. И потребности у них несколько выше, чем у зверей. Да и мозгов у них побольше. А теперь, ещё раз посмотри на них очень внимательно и послушай меня. Если ты будешь мне грубить, окажешься в этом загоне. Конечно, ни твою драгоценную кровь, ни твоё нежное тело, они не тронут. Они будет просто, долго-долго, иметь тебя, как обыкновенную собачью суку. А я буду, с огромным удовольствием, наблюдать, как вся эта свора трахает тебя. Кстати, в этом же есть и хорошая сторона. Ты получишь, поистине, необычный и незабываемый опыт, сладкая моя.

— Т… ты не сможешь этого сделать! — заикаясь от страха, сказала я. — Ты н… не сможешь отдать меня этим тварям!

— Да? Интересно, почему? — с насмешкой, спросил Асмодей.

— Из-за… из-за приказа Люцифера! Ты же сам говорил, что со мной могут спать, лишь, Высшие и Верховные демоны!

— Верно, но эти демоны, по сути, не являются личностями.

— О чём ты?

— Видишь ли, сладкая моя, любой демон — высший или низший — является личностью. Но! Если демон принадлежит кому-то, то личностью он уже быть не может. Эти зверушки — моя собственность. Они — мои вещи. Использовать их на тебе — это, всё равно, что использовать свои цепи или наручники. Моя собственность, в том числе и живая, от меня неотделима. Так что, приказ Люцифера тебя, в этом случае, не спасёт.

— И тебе, действительно, доставит удовольствие смотреть на такое?! — не могла я поверить в услышанное.

— Ты даже не представляешь — какое, сладкая моя.

— Знаешь, ты, на самом деле, демон сексуальных извращений!

— Сочту за комплимент, — усмехнулся Асмодей, отпустил меня и толкнул в портал, чтобы мы с ним, снова, оказались в его спальне. — Теперь сладкая будет сдерживать свой негатив?

— Да, — вынуждена была ответить я — то, что Асмодей исполнит свою угрозу, сомнений не вызывало.

— Умничка. Но, хочу сразу предупредить. Если скажешь мне что-то с явным недовольством в голосе, я не стану прощать на первый раз. То, что я сказал, я исполню тут же. Потому, что я очень хотел бы посмотреть на это. В какой-то степени, я даже мечтаю о том, чтобы ты не сдержалась, сладкая моя.

— Мечтаешь? Значит, очень может быть, что ты специально будешь пытаться вывести меня из себя? — пришла мне в голову очень неприятная мысль.

— А почему нет? — не стал скрывать своих намерений демон сексуальных извращений. — В любом случае, это будет твоя вина, если ты не сможешь удержать себя в руках.

Мне очень хотелось, в этот момент, обозвать Асмодея конченой тварью, но я сдержалась огромным усилием воли.

«А ты чего ждала от демона? — с упрёком, обратилась я мысленно к самой себе. — Доброты и ласки? Хрен тебе, а не доброта от них! А ласка, если и будет, то очень специфическая. Но ты, всё равно, должна держать себя в руках. Ты будешь слушаться их, спать с ними, исполнять их прихоти… Ты будешь делать всё, Милена, чего бы тебе этого не стоило. Ведь, по сути, будут они тобой довольны или нет, зависит то, как ты будешь жить».

Эй, сладкая, а ты, кстати, помнишь, в чём поклялась Аббадону? — вдруг, спросил Асмодей.

— В чём я поклялась Аббадону? — растерянно переспросила я. — Но… я ни в чём ему не клялась…