Там, где холод и ветер (СИ) - Северная Ирина - Страница 9

Он помолчал и добавил:

— Там на холме еще стоит старый, разрушенный придорожный паб. Помнишь, мы в детстве хотели туда добраться и посмотреть, что там внутри?

— Не помню, — я и правда ясно не помнила ничего такого, но какие-то смутные, обрывочные картинки все же возникли в голове. — Это не то место, про которое всякие страшилки рассказывали, вроде того, что там ведьмы на шабаш собираются?

— Про это, — кивнул Брайан, — как и про десяток других заброшенных домов в округе.

Мы повернули на развилке вправо, и дорога, петляя, побежала под холм, скрыв на время от глаз, оставшийся позади город. Перед глазами раскинулась сказочная картина — холмистые просторы, покрытые густой, свежей изумрудной зеленью, словно плотным ярким ковром. Деревья в дымке молодой листвы, домики, разбросанные по возвышенностям и долинам. Холмы перетекали один в другой, пересекаясь дорогами и извивающимися каменными ограждениями, смешиваясь, соединяясь всеми оттенками зелени и образуя причудливый «узор» ландшафта.

Живя в большом городе, я и позабыла, как прекрасен наш край, похожий на волшебные иллюстрации в книгах о древних мифах и сказаниях.

***

…Квартирка оказалась маленькая, слишком маленькая, но она понравилась Кейрану. И старый, по-классически солидный дом с чистым и светлым парадным, и ковровым покрытием в холлах тоже понравился. И большие арочные окна, вид из которых открывался просто шикарный. В этой квартире он мог бы найти то убежище, о котором столько мечтал — небольшое, уютное и только для него. А в своем нынешнем жилище — лофте, занимающем целый этаж, он сделает студию и офис.

Словом его почти все устраивало, и очень не хотелось снова заниматься поисками вариантов жилья. Но вот хозяйка квартиры, кажется, сомневалась и не была расположена к быстрому заключению сделки.

Кейран посмотрел на сидящую рядом с ним Шону. Она послушно пристегнула ремни и углубилась в чтение журнала. Кейран разглядывал нежный профиль, округлый абрис щеки, сливочную кожу, маленькое ухо, за которое девушка с небрежным изяществом заправила золотистую прядь волос.

А у хозяйки квартиры волосы были темные, как горький шоколад и небрежно убранные в тяжелый, длиннющий хвост, спускающийся вдоль всей спины.

Взгляд настороженный, хоть она и пыталась улыбаться, но выходило это у нее натянуто и раздраженно. И вообще вид у девицы был такой, словно она недовольна их визитом.

А не все ли равно ему, что с ней не так? Зачем он вообще о ней думает?

Кейран раздраженно сдернул очки с носа, сложил их и сунул в нагрудный карман рубашки. Провел пятерней по волосам, зачесывая их назад со лба, откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.

Он фотограф, смотреть на людей и замечать необычные, неправильные, выразительные, запоминающиеся лица получалось у него само собой. У девицы лицо как раз такое. Вот потому он о ней и думает. Но снимать ее он бы не стал, нет. Ну, если только как иллюстрацию к материалу на тему “Недовольные домохозяйки”. Но он таким не занимается.

И все-таки длинноволосая брюнетка еще пару раз заглянула ему в голову за то время, что они провели в полете до Столицы. Первый раз она прошлась в его сознании, мимоходом взглянув серьезными оливковыми глазами. Второй раз к визуальному образу вдруг добавился неожиданный акцент: вместе с девицей в сознание вплыло облачко аромата, теплого, соблазнительно-сладкого, утонченного, напоминающего что-то очень знакомое.

Покидая квартиру и проходя мимо хозяйки, Кейран в самом деле ощутил аромат, который зацепил его внимание на миг. Они с Шоной вышли на улицу, мимолетная связь порвалась, и он быстро все забыл.

А сейчас снова вдруг вспомнил и навязчивая дымка витала теперь на горизонте восприятия, тревожа чем-то заманчивым и необъяснимым.

______

* “темный” — имя Кейран с ирландского означает “темный”

** “Таун” — тип городского поселения в Ирландии, небольшой город.

Глава 4

Глава 4

— Ну, вот, приехали, — сказал Брайан, пока я сидела, разинув рот, и смотрела в окно, как зачарованная. Уши мои словно заложило плотной ватой, сквозь которую едва долетал голос о чем-то рассказывающего мне Брайана. Но я настолько погрузилась в созерцание окрестностей, что ничего больше не слышала, и даже снующие в голове мысли вдруг деликатно «притихли», позволив мне любоваться завораживающей красоты видами.

Слова Брайана вернули в действительность, хотя я даже не заметила, как мы остановились на улице, на которой едва могли разъехаться две машины. Узкие тротуары, ряды плотно льнувших друг к другу строений — жилые дома, магазинчики, кафе. Двухэтажные коттеджи — постарей, поновей, аккуратные, отделанные камнем и оштукатуренные, подкрашенные, любовно обновленные, с газончиками, прочными и надежными крышами, разноцветными дверями и ставнями.

Прохожих совсем немного и они никуда не спешили. Пригород он и есть пригород. Я представила себя, неторопливо идущую в местную лавочку за пучком сельдерея или буханкой свежего хлеба. И каждый встречный — поперечный будет кивать головой и задавать какие-то вопросы, и надо будет любезно отвечать на приветствия. Ведь здесь наверняка все знают друг друга и рано или поздно мне тоже придется познакомиться со всеми. Такое будущее напрягало до дрожи.

Я тряхнула головой, шумно выдохнула, словно выходя из транса в конце сеанса занятий йогой, и открыла дверцу машины.

— Коттедж где-то здесь, — Брайан стоял возле машины (я и не заметила, когда он успел выйти) и, опираясь на открытую дверцу, оглядывался вокруг, — поищем? — Он мотнул головой туда, где дорога с покрытием, походившим на крупнозернистую наждачную бумагу, потихоньку начинала взбираться вверх.

— Конечно, поищем, — согласилась я, — иначе зачем было сюда приезжать.

— Резонно, — ухмыльнулся Брайан. — Честно говоря, я уже решил, что ты передумала.

— С чего бы?

— С того, как ты затравленно смотришь вокруг. Словно в кроличью нору провалилась.

Я фыркнула, решительно вышла из машины и захлопнула дверцу. Стало как-то зябко после поездки в теплом салоне, ветерок здесь разгулялся на славу, сразу пробравшись под свитер и футболку. Я передернула плечами и застегнула куртку до самого подбородка.

— Замерзла? — спросил Брайан.

— Да, что-то здесь чересчур свежо, — пробормотала, начиная сомневаться, что дрожь вызвана только весенним ветерком.

— Да уж, — Брайан бросил на меня быстрый взгляд, — ты совсем отвыкла от здешней жизни. Забыла, какие бывают ветра? Хочешь дам свой свитер? — предложил мой друг, подходя ко мне.

Я решительно помотала головой.

— Тогда посиди в машине, а я узнаю, где находится коттедж, и мы туда доедем.

Я снова ответила отказом и, забросив ремешок сумки на плечо, засунула руки в узкие кармашки джинсов, чтобы согреть абсолютно заледеневшие пальцы.

Брай прав — я отвыкла от здешней жизни и совсем не хочу привыкать заново. Планировала идти только вперед, а пришлось возвращаться назад и вовсе не как победитель.

— Давай лучше оставим машину здесь, пройдемся, осмотримся, я подвигаюсь и согреюсь, — заявила бодро, стараясь, чтобы зубы стучали не так громко и подбородок не трясся.

Признаваться другу, что он угадал мое состояние, я не собиралась. Не столько замерзла, сколько разнервничалась, и теперь едва не подвывала от внезапно накативших, странных тоскливый ощущений. Брайан быстро обнял меня и крепко притиснул к себе.

— Пошли, малокровная, — вздохнул он, — надо же так посинеть от майского ветерка, — пробормотал он себе под нос, качнув головой.

Я тихонько хмыкнула: пусть лучше думает, что малокровная, анемичная, да как угодно, все лучше, чем трусиха и истеричка.

Мы шли по главной улице, которую пересекали улочки поуже, где виднелись уходящие вдаль, бесконечные аккуратные заборчики, цветники и прочие прелестные внешние атрибуты жизни в пригороде. Не так гламурно и не с таким размахом, как в сериале «Отчаянные домохозяйки», но общее явно имелось. Никогда не понимала всего этого застывшего вне времени «очарования пасторали». Я человек городской, до входа в прихожую моего дома меня должен доставлять лифт, в крайнем случае — широкая лестница вестибюля, а не пара ступенек крылечка. И соседи от скуки не должны отслеживать мои передвижения через занавешенные цветочно-узорчатым тюлем окна напротив-слева-справа.