Маленький секрет - Гудвин Рози - Страница 8

Он медленно кивнул, втайне соглашаясь с ее словами.

— Милая, но мы здесь ничего не можем поделать, — рассудительно сказал ее муж, — ты достаточно долго жила по соседству с Карен Мак-Маллен, чтобы убедиться в этом. Упрямая как осел эта Карен. Совсем как ты. Поэтому, наверное, вы друг друга терпеть не можете.

Мэри Толли улыбнулась, зная, что он прав, но затем снова стала серьезной.

— Не расстраивайся ты так из-за этой работы, Сид. Вот увидишь, тебе обязательно что-нибудь подвернется.

Он хмыкнул.

— Да, хотелось бы мне, чтобы ты оказалась права. Но пока что ничегошеньки у меня не выходит. Как только работодатели узнают, сколько мне лет, они больше не желают иметь со мной дела. По правде говоря, я не знаю, удастся ли мне вообще найти работу.

Мэри было больно видеть его в таком состоянии. Сид всегда был хорошим работником, он гордился этим и честно зарабатывал деньги. Но он сильно изменился в последнее время. Плечи поникли, чего никогда не бывало раньше, а глаза погасли. Она почувствовала себя виноватой в том, что забивала ему голову сплетнями. И дала себе слово никогда больше не беспокоить его своими разговорами о Клер и Трейси. Приняв это решение, Мэри предложила разобраться со всеми проблемами проверенным способом.

— Заварю-ка я нам по чашечке отличного чаю, — сказала она и побежала ставить чайник.

На улице с лица Клер сползла улыбка, она уже не торопилась. Девочка с беспокойством вынула деньги из кармана и пересчитала их в свете фонаря. Она быстро вычислила, что после покупки пирога и хлопьев денег едва хватит на хлеб и молоко на два дня. А ведь она еще пообещала Трейси шоколадку. Клер успокоила себя тем, что мать, по ее словам, может вернуться завтра вечером. И в этом случае ей не о чем тревожиться. Кроме того, Трейси заслуживает, чтобы ее иногда баловали лакомствами.

Клер подумала о чужих коробках с завтраками, которые иногда видела в школе. Они просто трещали от сладостей, чипсов, шоколада, фруктов и сэндвичей с разнообразной вкусной начинкой. Им же с Трейси приходилось довольствоваться сэндвичами с джемом, в которых часто даже не было масла. Но и их Клер приходилось готовить самостоятельно, потому что в большинстве случаев они уходили в школу, когда мама еще спала. А теперь еще и это. Она просто уехала и оставила их на произвол судьбы. Клер пугала ответственность, ложившаяся на ее плечи. Она уже давно поняла, что их мать вовсе не лучшая на свете. И в последнее время убеждалась в этом все чаще. Но другой матери у них не было, и до сегодняшнего дня она хотя бы всегда находилась рядом.

Когда девочка подошла к магазину, ее настроение все еще оставляло желать лучшего. Свет от красиво оформленной витрины падал на тротуар, а когда она вошла внутрь, над дверью мелодично звякнул колокольчик. Мистер Грехэм, толстенький продавец, приветливо ей улыбнулся.

— Привет, милая. Что, мама снова тебя послала за покупками?

Клер кивнула, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Так что тебе сегодня понадобилось, крошка? Ты как раз вовремя. Через десять минут магазин закрывается.

— Дайте мне, пожалуйста, коробку сладких хлопьев и пирог с мясом и почками, — вежливо попросила Клер.

Мистер Грехэм кивнул, достал с полки у себя над головой хлопья и поставил коробку на прилавок.

— Одну минуточку, милая. Мне нужно сходить в кладовку и достать из морозилки твой пирог.

Весело насвистывая, он пошел направо к двери и исчез за ней. Оставшись одна, Клер посмотрела на соблазнительную полочку с шоколадками. Она снова на ощупь пересчитала монетки в кармане, а затем, не в силах устоять, молниеносно протянула руку и схватила большой батончик «Милки вэй». Через несколько секунд он был уже надежно спрятан в кармане. Клер покраснела от запоздалого чувства вины, но класть шоколадку на место было уже поздно, потому что мистер Грехэм вернулся. Его приветливая улыбка только усугубила ее терзания.

— Держи свой пирог, крошка, он тебе понравится.

Он положил пирог рядом с коробкой хлопьев. Клер сунула ему деньги. Она так разволновалась, что ушла бы без сдачи, если бы мистер Грехэм ее не окликнул.

— Не так быстро, крошка, летишь как на пожар. Ты забыла сдачу.

Сглотнув, Клер выхватила деньги у него из руки; она так спешила уйти, что споткнулась и чуть не упала. Шоколадка, лежавшая в кармане, казалось, жгла ее как огонь. Хрустящая обертка шуршала, и Клер ежесекундно ожидала, что продавец вот-вот заметит это и схватит ее за плечо.

— Спа… спасибо, — заикаясь, поблагодарила его Клер, пока мистер Грехэм удивленно на нее смотрел.

Она осмелилась замедлить шаг только после того, как завернула за угол и магазин скрылся из виду. Прислонившись к фонарному столбу, Клер почувствовала, что у нее подгибаются колени, а одежда, невзирая на холод, промокла от пота.

— Я воровка, — прошептала она в отчаянии, стоя на безлюдной улице. От стыда на глаза навернулись колючие слезы. Но затем девочка глубоко вдохнула, взяла себя в руки и успокоилась. Ну и что с того, что она ее стащила? Трейси заслуживает угощения, а мистер Грехэм такой богатый, что не разорится, лишившись одной несчастной шоколадки. Кроме того, раз я действительно такая дрянь, как постоянно говорит мама, почему мне нельзя воровать?

Из-за угла налетел порыв ледяного ветра, закрутив поношенное пальто вокруг тоненькой фигуры девочки. Она плотнее в него закуталась и с низко опущенной головой побрела домой.

Обе девочки лежали вместе на продавленном диване. Тепло камина и тихое бормотание телевизора навевали на них приятную дремоту и заставляли забыть об окружающем мире. Забежав на кухню, Клер сунула руку в карман, затем вернулась в гостиную и вручила Трейси шоколадку. Малышка с жадностью в нее вцепилась. Она уже наелась, но от вида лакомства у нее загорелись глаза. Трейси сорвала обертку, но прежде чем укусить, повернулась к Клер и спросила:

— А где твоя?

— Я не люблю шоколад. — Ложь далась Клер легко, а от вида радостной Трейси чувство вины исчезло без следа.

Позже этим вечером Клер проснулась и расправила затекшие ноги. Трейси крепко спала рядом с ней на диване. Клер вздрогнула. Огонь в камине почти погас, телевизор продолжал работать. Она выключила его и, обхватив плечи руками, поспешно подошла к окну, чтобы задернуть шторы. Чувство благополучия, бывшее с ней недавно, теперь исчезло. Ему на смену пришел страх. Она, лихорадочно торопясь, закрыла заднюю дверь на засов, затем бросилась через крошечную прихожую к передней двери, чтобы убедиться, что та надежно заперта. Где-то в ночи орал, завывая, кот, и у Клер на руках выступили мурашки.

Она вернулась в гостиную и несколько секунд разглядывала обстановку. Вид был унылый. Порванный линолеум, диванчик, лучшие дни которого давно закончились, и кресло, которое к нему не подходило. Дешевые шторы прикрывали окна, и такие же дешевые безделушки украшали каминную доску, вперемешку с косметикой Карен. Вздохнув, Клер посмотрела на Трейси. Сестра казалась такой умиротворенной, что Клер не осмелилась ее будить, а решила отнести в спальню на руках. Тельце девочки всегда выглядело хрупким и невесомым, но Клер было очень тяжело, пока она поднималась по лестнице с сестрой на руках. Она совсем выдохлась, поэтому осторожно положить Трейси на кровать не получилось. Ее сестричка проснулась и села. Но, увидев знакомое лицо, глубоко вздохнула и снова свернулась калачиком на холодной постели.

Клер на цыпочках спустилась в гостиную. В камин нужно было добавить угля, но корзинка для него была пуста, а одна мысль о том, что придется идти в угольный сарай, пугала. Девочка еще раз проверила засовы на дверях. И наконец, убедившись, что в доме все отключено, осторожно прокралась в свою спальню. Она знала комнату как свои пять пальцев, но сегодня по какой-то причине собственная спальня показалась ей зловещей. Клер напряженно прислушивалась, готовая вскочить от любого звука. Слабый свет фонаря, проникающий сквозь шторы, только подчеркивал черные тени, жмущиеся по углам. Ее начала бить дрожь, и вскоре Клер была уверена: это не ветер стучит неплотно пригнанной входной дверью, а кто-то пытается войти в дом.