Заклинатель драконов - Вернер Анастасия - Страница 59

Рогатый Дог устало махнул рукой.

— Зря ты вернулась, — сказал он, почесав нос. — Тим Донг с тебя три шкуры сдерет.

— Не сдерет, — выдавила лишь потому, что нужно было что-то ответить.

— Сдерет, уж поверь мне. Я с ним не первый год общаюсь. Это та еще тварь.

Я огорошенно уставилась в землю. Что мне делать? Бежать? Но тогда Дог запросто растреплет всем о моей тайне. Попытаться уговорить его этого не делать? Получится ли?

— Я могу тебе помочь, — вдруг сказал он. — А ты взамен поможешь мне.

— В смысле? — не поняла я.

— Смотри. Я прикрою тебя перед Донгом, он тебя не прикопает в ближайшей яме, а ты сделаешь кое-что для меня.

— Спасибо, конечно, но меня не нужно спасать от Донга, — сказала спокойно.

— Детка, ты даже не представляешь, насколько он силен. Он тебя раздавит, как таракана, и, поверь, твое тело никто не найдет.

Я даже почувствовала укол зависти. Какую же потрясающую репутацию создал себе мой муж! Интересно, он пустил слух или правда кого-то… того?

— Спасибо, мне покровительство не нужно, — ответила твердо.

Рогатый Дог тяжело вздохнул:

— Ладно, крошка. Тогда пойдем другим путем. Ты же понимаешь, что, если я скажу о том, кто ты на самом деле, путь сюда тебе будет закрыт? Мм?

— Шантажируешь, — догадалась я.

— Именно. Помоги мне, и я буду молчать. Обещаю.

Слышать такое проникновенное «обещаю» от жилистого мужчины с неряшливой щетиной и огромным, устрашающим лицом было странно.

— Может, я тебе просто помогу? — предложила оптимальное решение.

Рогатый Дог об этом, кажется, не задумывался.

— Я вообще-то не хотел тебя шантажировать, — пожал он плечами. — Но если ты откажешься, придется это сделать. Серьезно, мне плевать, что с тобой будет. Расскажу о твоей двойной жизни без всяких угрызений совести.

— Что тебе нужно? — вздохнула я, присаживаясь рядом.

Он вдруг хмыкнул и взглянул на меня близко посаженными глазами.

— Черт побери, я сначала думал, что ты дегенерат. Мы с Донгом даже ставку делали, любишь ты мальчиков или нет.

— И кто победил? — обиделась я.

— По сути, он. На самом деле твой родной голос слушать намного приятнее, чем пыхтение подростка.

— Так чем я могу помочь? — решила вернуться к насущной теме.

— У меня, к сожалению, не так много знакомых магов, владеющих льдом. Ты хорошо справляешься со своей стихией?

— Ну… нормально. А что?

— Ты должна спасти меня.

Это заявление даже немного напугало.

Дог почесал бровь, а потом посмотрел на меня как-то странно.

— Напоминаю, Джон, если ты мне не поможешь, то на эти гонки больше не вернешься.

Я нахмурилась, а наездник схватил ворот моего шерстяного свитера и начал его оттягивать. Но внезапно мы услышали гонг, возвещающий о начале гонок. Рука мужчины замерла.

— Твою мать, — выругался он. — Ладно. Я поймаю тебя после. И только попробуй сбежать. Серьезно, не стоит шутить со мной.

— Ладно, — пробормотала я, совершенно запутавшись в том, что происходит.

Казалось, что Ричард облепил меня взглядом с ног до головы, словно желе. Мужчина смотрел не отрываясь. Ни на секунду не отводил глаз.

Я этого не видела, потому что упорно продолжала глядеть в пространство перед собой. Но не нужно было видеть, чтобы почувствовать, как муж медленно и с наслаждением пропитывает меня своим гневом.

Покрепче сжав тросы, которые оплетали шею Феньки, я с холодной головой дождалась сигнала, означавшего начало гонок. И взмыла в небо, со всей силы ударив дракона в бока.

Сегодня я стремилась к тому же, к чему стремилась всегда, — к победе. Только вперед. Несмотря ни на что.

Ледяные порывы ветра ударили в лицо, заставив с непривычки закрыть глаза. Крылья рассекали воздух, создавая пугающий свист. В первые мгновения я постоянно сжималась, думая, что это шипы летят в мою сторону. Потом сообразила, что последствия травмы не должны повлиять на разум, и постаралась собрать всю силу воли, которую только могла в себе найти.

Мы с Фенькой постепенно переходили в атаку. Бомбочки, ледяные иглы, обгон и подрезание — в ход шло все, что только удавалось придумать во время опасных маневров.

Я подрастеряла навыки. Нас частенько зажимали сразу с двух сторон, пытались атаковать стихией и оружием, которое не могло причинить существенного вреда, но запросто выводило из равновесия. Вот только до нас ничего не долетало.

Когда начался заход на второй круг, я вдруг сообразила, что мы с Фенькой находимся будто бы в коконе. Те, кто остался позади, до нас не добирались, а те, кто пытался подбить сбоку, исчезали в ночной мгле.

Я видела перед собой дракона Рогатого Дога. Он и еще несколько наездников вырвались вперед в самые первые секунды.

Забыв на мгновение о необходимости постоянно отражать атаку, я присмотрелась ко всем, уверенно летевшим к финишу.

Среди этих спин не обнаружилось только одной.

Той, что всегда, всегда была впереди. За все три месяца, что я участвовала в гонках, Тим Донг ни разу не летел в хвосте.

До сегодняшнего дня.

Он обеспечил нам «кокон». Он разгонял всех, кто имел несчастье нас атаковать. Он выводил из строя любого, кто пытался подобраться сбоку или хоть на мгновение замахивался бомбочкой.

Я пересекла финиш четвертой. Тим Донг был пятым.

Никто так и не понял, что произошло. Почему непобедимый наездник вдруг пропустил вперед себя того самого выскочку, который однажды подленько присвоил себе чужую победу? Никто не понял, в чем причина. Мелкий Джон Рут — по недавнему прозвищу еще и Мясо Донга — тоже.

Муж в привычной для себя манере объяснений давать не стал. Он просто направил Кару к земле и, спрыгнув с седла, повел дракона в стойло.

Я продолжала висеть в воздухе, не понимая, то ли догонять Ричарда, то ли попытаться что-то сказать тем, кто удивленно смотрел на меня, ожидая хоть какой-то реакции.

— Похоже, все ставки на то, что кто-то из них убьет соперника, обнуляются! — первым расхохотался Рогатый Дог.

Я смутилась и поняла, что теперь точно пора спускаться.

Направила Феньку вниз. Услышала, как остальные наездники начали подшучивать над нами прямо в воздухе. Наверное, им это доставляло особое удовольствие, не сравнимое ни с чем.

Но мне — нет.

— Ты что это делаешь?! — прошипела я, когда завела Феньку в стойло.

Ричард холодно бросил перчатки на деревянную ограду и, даже не взглянув на меня, направился к выходу из загона.

— Смысл гонок в том, чтобы наездник сам боролся за победу, — тихо говорила я, семеня за ним следом и ловя на себе насмешливые взгляды тех, кто уже привел своих питомцев в загон. — Нельзя, чтобы за него боролся кто-то другой, — возмущалась я.

Мы направились в кабак.

Передо мной была непреклонная, молчаливая спина.

— Тим Донг выгораживает мелкого Джона, — продолжала тихое наступление, — какая нелепость. Ты не имеешь права. Ясно? Ты не мой опекун. Я сам могу о себе позаботиться. — Я на всякий случай продолжала басить и говорить о себе в мужском роде. — Ты в небе сам за себя, а я сам за себя.

Ричард не оборачивался. Упрямо шел вперед, словно даже не слышал моих злобных речей.

На пути стали встречаться смеющиеся наездники и девушки, вышедшие подышать свежим воздухом. Я вынуждена была утихнуть.

Муж, заходя в кабак, резко открыл дверь, из-за чего та чуть не заехала мне по носу. Молчаливый Донг уверенной походкой приблизился к деревянной стойке и просипел:

— Пиво. Как обычно.

Я подошла менее уверенно.

— Привет, Эрл, — сказала разливающему низким голосом, — мне тоже кружечку налей.

— А ему стакан воды, — холодно поправил меня Ричард.

Странно было слушать, как он разговаривает таким ненормальным хриплым голосом, скрывая свое настоящее «я». Возражать не имело смысла.

Муж схватил кружку пива и, когда отходил от стойки, прошипел:

— В тридцать шестую. Живо.

Даже не удивилась, что он прекрасно знал номер, в котором мы укрывались с Симоной.