D/Sсонанс (СИ) - Тимина Светлана "Extazyflame" - Страница 126

    Я ничего этого не сказала. Могла только думать с каким-то несвойственным ранее злорадством, от произношения удерживал страх. И что-то еще. Первые минуты я думала, мне показалось, но с каждой последующей секундой я все сильнее это ощущала, впитывала кожей через шелк рубашки вместе с теплом его тела. Ментальные провода с наконечниками, выстрел электрошокера, слабый ток. Легкая, разрушишь одним дыханием, паутина чего-то, похожего на... Доверие?!

Да, твою ж мать. Ты е..нутый? Или у меня крылья на лопатках прорезались только что, царапают твои грудные мышцы? Или это очередная твоя игра под названием «Будь альфа-самцом, сбрось Беспалову с высоты»? А может, все куда примитивнее, привет, философия, бритва Оккама, самый простой ответ обычно и есть самый правильный? Может, просто не с кем поговорить, никто тебя никогда не слышал, а у «рабыни» нет особого выбора, должна слушать и соглашаться?! Круто этой бритвой будет тебе по шее, а? По кругу, повторяя контуры раздражения от грубой кожи на моей?  

    Я все еще отказываюсь в это верить. Меня чудом не подбрасывает на месте, нужно прийти в себя и не замечать этих сладких микро щупалец ментального единения. Они намерены впрыснуть сладкую отраву в мою кровь, жестокий яд под названием НАДЕЖДА. Они хотят заставить меня поверить в то, что ужас кончился, гребаный маньяк осознал свою неправоту и получил пиз..лей под названием РАСКАЯНИЕ. Да, получил и сходит с ума с мысленным сотрясанием мозга "Что же я наделал?!" Твои слезы ему по барабану, это катализатор его ненормального вожделения. Твоя боль это вообще глоток человеческой крови для его вампирской сущности. Да, Юля, ври себе, заставь поверить в это свою гордость, которую и так недавно еле откачали. От твоей боли он тащился, а от пары маминых фраз сразу стал хорошим.

       Вырываюсь из теплого бункера его рук. Мне надо в ванную и направить на ладони ледяную струю воды. Как жаль, что этим не охладишь мозг.    

  - Ты куда собралась?

"я еще не прицепил поводок к твоему ошейнику... Не смей дергаться!"

       Его слова вызывают улыбку.

       - Мне это объяснить, да? - надеюсь, в туалет меня сопровождать ты не собираешься. Я шерстила инет после нашего знакомства, есть там и такие психи, им дай понаблюдать. 

       Ладони с неохотой размыкаются. Стараюсь не ловить его взгляд

       - А у тебя глаз-алмаз.

       - Ты о чем сейчас?

       - Это действительно Джон Варватос. Только как ты узнала? Терпеть не могу лейблы, срезаю сразу.

 Я как-то догадалась, что это не творение дядюшки Ли с китайского рынка. Действительно, откуда? Неужели мое сознание настолько интуитивно прошито двойным крестом, что я начала ловить его мысленные сигналы?! Бред, спешу успокоить разгулявшееся воображение. Слишком много журналов Cosmopolitan и иже с ними ты проштудировала, наверняка где-то видела, подсознание сфотографировало и выдало в удобный момент, притом, что ты этого можешь даже не помнить.  

    - Для ребенка, воспитанного на Dolce&Gabbana, нет ничего невозможного, - это безобидная ирония. Я очень на это надеюсь. Как и на то, что мне в спину сейчас полетит снежная буря, составив остроконечными гранеными микрольдинками абсолютный ноль его голоса "ты забыла свое место?". Почему мне хочется именно этого? Это уже привычно. Что-то другое заводит в тупик. Испуг-надежда гаснет, не получив подтверждения, пока меня не отрезает от мира моей темницы белая дверь ванной комнаты, а в голове рождается хит Сереженьки Зверева... Привет, безумие. "Чуваки западают на Dolce&Gabbana"... Сергей, ты что-то знал. Долбаный пояс из кожи питона с аналогичной надписью стоил мне сегодняшнего кошмара. Виноваты Доминико и Стефано.       Холодная вода... Проходит чуть-чуть времени, прежде чем руки начинает колоть иголками, а веселая мелодия утихает в голове. Закрываю кран, подношу их к щекам. Холод с некоторых пор стал моим постоянным спутником, и мне скорее комфортно, чем нет. Человек привыкает ко всему, выходит? Что это - зарождающийся стокгольмский синдром или же меня начинает затягивать эта извращенная бездна под названием БДСМ? Ловлю свое отражение в зеркале. Привет, родная, давно не виделись. Я и не знала, что шелк цвета индиго с серым отливом настолько мне к лицу, с ним глаза кажутся такими зелеными, что потрясенно моргаю и подаюсь вперед с намерением рассмотреть себя в деталях. Теперь понятно, почему Настя сравнила меня с персонажем вампирской трилогии, в силу неестественной постстрессовой бледности. Скулы стали более очерченными без всяких румян, все черты лица приобрели циничную заостренность. Модельное агентство Models imegement, в которое меня с первого курса безуспешно пытается затащить Лекси, сейчас бы пообещало полцарства за право заполучить меня в свои ряды. Невзирая на то, что глаза словно запали. Темные тени... Рваное движение, два росчерка консилера. Я не привыкла видеть себя такой. Расстегиваю пуговицы, опустив рубашку с плеч. Твою мать, вот, к чему были его приколы насчет того, что меня плохо кормят. По выступающим ребрам и ключицам впору изучать анатомию. Это уже не я. Это какая-то другая Юлька Беспалова. Стараясь не замыкаться на этом умозаключении, обвожу взглядом периметр комнаты... Останавливаюсь на душевой кабине, на мозаике черно-песочных плиток и такого же керамогранита, чувствуя, как внезапный жар, зародившись в области сердца, поднимается выше, и поспешно отвожу взгляд... Да лучше б я этого не делала. Отражение мстит мне за проявленную слабость - пугающая уязвимость в глазах, порозовевшие скулы... После того, что он со мной вытворял, я еще могу чего-то стесняться?! Писец, ранимое создание...

 Ранимое... Я, нет. Что ты хочешь мне сказать, подсознание? Ты решило реабилитироваться за свое бездействие? Подумаю, дать ли тебе шанс. В твоих же интересах сейчас не кидать намеки и ребусы с судоку, поскольку я дико устала, а сказать напрямую. Ну? Ты не умеешь говорить? Запиши этот десятичный код на извилинах, утомленного противостоянием, мозга, а я считаю...

       Сканер. Вспышка ультрафиолета. Зебра штрих-кода обретает значение, и злорадство рисует на моих губах улыбку предвкушения.

       Враг не круче тебя. У него есть свои слабости, возможно, в чем-то ты даже сильнее его. Остановись. Выдохни. Отключи эмоции. Оставь холодный расчет... 

       И вот теперь, спрятав коготки на недолгое время... Анализируй. Захвати его доверие. Изучай. Влезь под шкуру. Раскрой. Разорви. Растерзай ласковым касанием. Доберись до самого сердца. Разуй глаза! Ты все это время не знала, с какой стороны вскрыть этот кевлар жестокой беспощадности, которую не пробивали твои серебряные пули и даже платиновые боеголовки. Расстреляла о его неуязвимый бронежилет весь свой арсенал, до последнего сухого щелчка курка... А что мешало тебе подобраться с иной стороны? Расстегнуть ремни кожаных креплений ласковыми прикосновениями, сбросив оборонительную амуницию на пол, пробежаться массажными сжатиями по напряженным плечам... Шепнуть в изумленно раскрытые или подозрительно сжатые губы старую как мир, фразу "я не воин, я любовница!", пусть будет дезориентирован, осознав, что ты не хочешь войны, и готова сдаться, но зачем, если можно заключить перемирие?..

       Все секретные топографические данные пунктирными линиями на его сердце. Он больше не хочет скрывать их от тебя. И первый раз, стоя на коленях, ты обрела больше власти, чем было у него изначально. Сожми в кулачке, только нежно, чтобы не повредить ее крылья. Не потеряй. Не раздави. Еще не время. Это только начало...  

    Спасибо, подсознание, ты прощено окончательно и безоговорочно.

...Дождь не думает прекращаться, монотонно стучит по подоконнику, рисует разводы на стеклах... Долгий летний день, но в комнате приятные серые сумерки, я очень люблю подобную погоду, с самого детства. Я люблю поговорить откровенно. Я люблю поддержать советом. Иногда резким, как вот Лекси при разрыве с Вовой, а иногда теплым... Этот метод лучше использовать со всеми врагами. Держать их ближе.