Если я сломаюсь (ЛП) - Мур Порша - Страница 27

– Это комплимент? – спрашиваю я, смеясь.

– Комплимент, – говорит он с небольшой улыбкой на лице.

Я убираю руки с его плеч и нерешительно обхватываю шею.

– Ты довольно хорош в этом, – говорю я, слегка удивленная.

Кэл – первый парень из тех, с кем я когда-либо танцевала, и кто не оттоптал мне все ноги за первые десять секунд.

Он умело кружит меня.

– Не знаю, о чем ты говоришь, – невинно отвечает парень.

– Конечно, не знаешь.

Снова прижимая меня к своей груди, он продолжает танец. Его рука начинает поглаживать мою поясницу, и по спине пробегает дрожь. Его прикосновение наряду с этой музыкой почти что опьяняет. Я закрываю глаза и кладу голову ему на грудь. Пока мы качаемся вперед и назад в такт музыке, он ведёт меня во всех отношениях.

– Я никогда еще так себя не чувствовала, – тихо говорю я, сама не узнавая тон своего голоса.

– В хорошем смысле? – спрашивает Кэл. Я не могу даже произнести ни слова, а просто киваю. – Я могу сделать так, что ты будешь чувствовать подобное каждую ночь.

– Правда? – слегка смеюсь я, ощущая себя так, словно парю в воздухе.

Он неожиданно останавливается. Поднимая на него свой взгляд, я вижу, что парень пристально смотрит на меня.

– Я абсолютно в этом уверен.

– Но стал бы ты так делать? – спрашиваю я.

Не уверена, почему я так сказала. Я чувствую, что слегка не в себе, хоть и выпила сегодня всего лишь один бокал шампанского. Не хотела, чтобы Кэл чувствовал себя некомфортно, принимая во внимание, что он не пьет. Ну да, я чувствую себя слегка не в своей тарелке, но совсем не в плохом смысле.

– Если бы ты попросила, – отвечает он. Сарказм снова вернулся и испортил момент.

Я тихо смеюсь.

– Так вот, что ты говоришь всем девушкам?

Парень ещё раз кружит меня под своей рукой и прижимает к груди мою спину, обнимая руками за талию и покачиваясь под гитарный ритм в песне.

– Кто сказал, что мне приходится что-то говорить, – тихо отвечает он.

Его губы находятся на опасно близком расстоянии от моего уха.

– Уверена, что тебе и не приходится, – говорю я, стараясь показаться безразличной. – Так это отличает меня от всех остальных?

– Ты другая. С того момента, когда впервые увидел тебя, я знал, что ты другая.

– Как? – мне любопытно.

– Ну, ты не бросилась мне на шею, как только увидела мой «Астон Мартин», – смеется Кэл.

Я не могу сдержать улыбку.

– Что ж, у меня невероятная сила воли, – отвечаю я с сарказмом, – и высокие личностные стандарты.

Я обнаружила, что использую сарказм как защитный механизм, когда я с ним. Правда состоит в том, что я не могу винить тех девушек, которые бросались ему на шею. Он определенно сам так на них влияет, даже без машины. Я ощущаю легкий смешок, рокочущий у него в груди, но парень не говорит ни слова.

– Итак, скажи мне, что будет дальше?

Я закрываю глаза, концентрируясь на его руках, пока они ползут вверх и остаются на моих плечах, а затем медленно скользят вниз по предплечьям, от чего по телу пробегает дрожь. Я поворачиваю голову, чтобы снова посмотреть на него.

Он лукаво улыбается.

– Это зависит от тебя.

– Правда? – говорю я. Снова закрывая глаза, я чувствую его дыхание на шее, и это заставляет меня закусить губу, чтобы удержаться и не сказать ему, как это на меня действует. – Если бы я не знала наверняка, то сказала бы, что ты пытаешься меня соблазнить, – мурлычу я, пока его рука медленно переползает на мой живот.

– Скажи мне, я справляюсь? – его голос становится сиплым, почти что опускается до шёпота. Мой маленький внутренний голос сейчас сойдет с ума, крича на меня. Вот, когда я должна пожелать ему «спокойной ночи» и сказать, что хорошо провела время и мне пора идти, но у меня с этим проблемы.

Удар грома вытаскивает меня из состояния транса, в которое я вошла. Высвобождаясь из его объятий, я подхожу к окну и наблюдаю, как капли дождя раскрашивают город. Кэл подходит и становится рядом со мной. Я не смотрю на него, но знаю, что он наблюдает за мной.

– Я не хотел, чтобы ты почувствовала себя неудобно, – тихо говорит он.

– Ты не сделал ничего такого. Просто – просто всё это... Я не привыкла к такому, – признаю я, запинаясь.

– Я не хочу, чтобы ты сегодня делала что-то, чего не хочешь сама. Как бы сильно мне этого не хотелось, – Кэл вздыхает и смеется. – Я буду всю ночь держать руки при себе, – невинно улыбается он, скрещивая руки на груди, и специально прячет кисти рук под мускулистыми плечами.

Дело в том, что я не хочу, чтобы он держал свои руки при себе. Я хочу, чтобы они обнимали меня, и это пугает. Ещё никогда в жизни я так сильно не хотела кого-то, и это ошеломляет.

– Ты, правда, так делаешь? Я серьёзно, это привычное дело для тебя? – спрашиваю я его с комом в горле, боясь услышать ответ.

Он удивленно смотрит на меня:

– Ну, я не собираюсь лгать и скажу тебе, что не святой. Далеко не святой. Я люблю женщин, и мне никогда не надо было тратить много усилий, чтобы заполучить одну из них, – напрямик отвечает он.

Я тоже скрещиваю руки на груди. Думаю, где-то внутри себя я ревную, представляя всех этих женщин, которые стояли на этом самом месте, вошли в эту дверь и были в его постели.

– Но ты – первая женщина, которой могу честно сказать, если ты останешься здесь сегодня и не покажешь мне, что у тебя под платьем, то я всё равно тебе перезвоню, – говорит Кэл с легким смешком, и меня это шокирует.

«Какой надо быть сволочью, чтобы сказать такое!»

– Мне пора домой, – раздраженно говорю я.

«Определенно, мне пора уходить». Я разворачиваюсь, чтобы уйти, но он хватает меня за руку.

– Подожди! Я не это хотел сказать. Прости меня. Я не привык объясняться перед кем-либо, – говорит парень. Он проводит пальцами по своим темным волосам и смеется. – Ты мне нравишься! Я люблю быть с женщинами. Но обычно мне не нравится быть с женщинами, если это имеет какой-то смысл, – пытается он объяснить, и кажется слегка сбитым с толку. Это первое неприятное качество, которое в нём проявилось. Сегодня я впервые замечаю зеленые крапинки, мерцающие в его серых глазах, и они подмигивают мне.

– Похоже, ты из тех парней, кто не строит дальнейших планов. Я не такая, – говорю я ему.

Он делает шаг мне навстречу, и знакомая волна жара пробегает между нами.

– Ну, на тебя у меня дальновидные планы, – говорит Кэл, охватывая руками моё лицо.

Я прислоняюсь к его руке, закрывая глаза и не зная, что мне делать. Мой разум говорит мне уходить прямо сейчас, а тело умоляет остаться и позволить ему делать всё, что ему хочется. Моё сердце одиноко, ведь я так долго была одна. Даже с Майклом мне чего-то не хватало, и я знаю, что то чувство, которое тянуло его ко мне – это всего лишь страсть, но здесь есть что-то ещё. «Если бы это была лишь страсть, я бы так не боялась, правильно?»

Я отворачиваюсь и возвращаюсь к окну, пытаясь собраться с мыслями – мои желания против страхов.

– Чего ты хочешь от меня?

«Кого я обманываю? Я прекрасно знаю, чего он хочет».

– Я хочу, чтобы ты сказала мне, чего хочешь сама, – шепчет Кэл.

Секунду спустя его губы находят секретную точку на моей шее, и по телу проходит дрожь.

– Что, если я не знаю, чего я хочу? – мой голос подскакивает на целую октаву.

Кэл поворачивает меня к себе лицом, наклоняется и целует так, что у меня сбивается дыхание. Мне приходится крепче обнять его, чтобы сохранить равновесие. Я тихо стону, когда его язык начинает исследовать мой рот. Парень начинает плавно расстегивать молнию на моем платье, ожидая, что я остановлю его, и когда я этого не делаю, его рука проскальзывает под ткань. Жар его руки кажется чужим, но потрясающим.

Я открываю глаза. Вся комната кружится, но я фокусируюсь на нём. Каждое движение в такт, каждый поцелуй, каждое прикосновение – не следовало ему заставлять меня так чувствовать себя, будто он может читать мои мысли.

– Я хочу быть тем, кто покажет тебе, чего ты ещё не видела, – шепчет Кэл мне на ухо, пока расстегивает мой бюстгальтер. – Заставить тебя чувствовать то, чего ты никогда не чувствовала, – его голос льётся мне в ухо, пока его рука скользит вверх по моему бедру.