Цвет сверхдержавы - красный. Восхождение. часть 3 (СИ) - Симонов Сергей - Страница 55

   Что, если нам с вами организовать совместную транспортную компанию? Вы могли бы взять у нас дирижабли, самолёты и вертолёты в лизинг, это обойдётся вам заметно дешевле прямой покупки. Первое время на них могли бы работать смешанные советско-читральские экипажи, чтобы вы смогли подготовить свои собственные кадры лётчиков и прочих авиационных специалистов.

   Выплаты за технику и обучение мы согласны принимать вашей сельскохозяйственной продукцией, в частности, фруктами. Мы также поможем вам строительной техникой, чтобы удлинить взлётную полосу вашего аэропорта.

   Советский Союз заинтересован в импорте фруктов, особенно тех, что у нас растут ограниченно, и при этом пользуются спросом у населения – прежде всего – персики, абрикосы, виноград, киви, а также грецкие орехи. Если ваши крестьяне возьмутся их выращивать, мы готовы закупать у вас весь урожай, кроме части, предназначенной для вашего собственного потребления. В обмен мы будем поставлять вам различные советские товары – от автомобилей, мотоциклов и прочей техники, до товаров каждодневной необходимости. Что скажете?

   Когда Суходрев перевёл слова Хрущёва на английский, в глазах у регента и принца загорелся огонёк интереса.

   – Мы каждый свободный клочок земли засадим фруктовыми садами, – заверил регент. – Ваше предложение для нас очень ценно и весьма интересно.

   Никита Сергеевич правильно оценил ситуацию. После ухода британцев затерянное в горах маленькое княжество оказалось в сложном экономическом положении, и искало любые возможности для экспорта своей немудрёной продукции. Пакистану в этот период было не до них, да и вывозить те же фрукты через горы в Пакистан было абсолютно невыгодно. Читрал в этот период был депрессивным регионом, и пакистанцы не спешили вешать на себя лишний груз. К тому же долина 8 месяцев в году была отрезана от Пакистана снежными заносами на перевале Ловари.

   – Тогда я поручу нашему министру иностранных дел товарищу Громыко подготовить проект соглашения, – сказал Первый секретарь.

   – Конечно! Мы с радостью включимся в такое сотрудничество! – обрадовался регент.

   Хрущёв пригласил гостей перейти на правую сторону обзорной галереи. Принц, регент и министры остановились, поражённые открывшимся видом на горный хребет Гиндукуш. Вдали проступал из сгущающейся дымки заснеженный гигант Тиричмир.

   – Какая красота! – пробормотал ур-Рахман. – Можно всю жизнь прожить в долине и не увидеть этого...

   – Почему бы не сделать так, чтобы эту красоту могли увидеть люди со всего мира? – тут же предложил Никита Сергеевич. – А заодно – и оставить вам свои деньги?

   – Что вы имеете в виду? – удивился регент.

   – Почему бы нам с вами не организовать здесь горнолыжный курорт? – продолжал Первый секретарь.

   – Горнолыжный курорт? – удивлённо переспросил ур-Рахман.

   Видно было, что он ни о чём подобном даже не задумывался.

   – Ну да! – подтвердил Хрущёв. – Многим людям нравится скоростной спуск со склона на лыжах. Другие любят сплавляться на специальных лодках по быстрым горным рекам. Мы в Союзе недавно начали развивать такой экстремальный туризм. Любителям активного отдыха нравится пробовать каждый раз что-то новое. Поэтому отдых в таком необычном месте, как Читрал, будет интересен многим.

   Возьмите, к примеру, Швейцарию или Францию. Там горы по 4-5 тысяч метров – и нет отбоя от туристов. А у вас тут – нехоженые семитысячники. Да люди поедут только чтобы посмотреть на них!

   Конечно, нужно организовать бесперебойное сообщение, и вложиться в инфраструктуру – построить отели, подъёмники, оборудовать лыжные трассы, закупить снаряжение, нанять инструкторов.

   – Мы ничего такого никогда не делали... Даже и в мыслях не было, – признался регент. – У нас нет никого, кто смог бы заняться таким проектом.

   – Достаточно назначить одного из министров, которому наш управляющий мог бы докладывать, и кто смог бы решать проблемы с местными властями и населением, в случае их появления, – пояснил Никита Сергеевич. – А организацию мы возьмём на себя. Опыт есть, мы не так давно строили высокогорный спортивный комплекс «Медео» в Казахстане. (Имеется в виду первый высокогорный каток с естественным льдом, построенный в 1949 г, первые соревнования на нём прошли 4-5 февраля 1951 г. Современный спорткомплекс «Медео» строился в период 1970-72 гг)

   – И что, это может принести доход? – с интересом спросил один из министров. – Ваше превосходительство, – обратился он к регенту. – Полагаю, этим стоит заняться, когда начнёт работать совместная транспортная компания.

   – Я могу дать указание нашим специалистам проработать предварительные варианты, – предложил Хрущёв.

   – Мы были бы вам весьма признательны, – с благодарностью наклонил голову ур-Рахман. – Это предложение представляется весьма интересным.

   Стороны договорились тщательно изучить перспективы организации курорта – всё-таки полёт в достаточно отдалённый район на тот момент могли себе позволить далеко не все желающие.

   Дирижабль пролетел над селением Аюн, и повернул направо, ориентируясь по узкому ущелью, на дне которого протекала река Калаш. Командир дирижабля по радиотрансляции попросил кого-нибудь из местных жителей пройти в кабину пилотов, побыть лоцманом. В кабину отправился этнограф Петров.

   По его указаниям дирижабль долетел до развилки. Впереди лежала долина Румбур, налево, извиваясь змеёй между гор, убегала на юго-запад долина Бамборет. Воздушный корабль не спеша повернул налево. Вскоре долина расширилась, внизу проплыло селение Аниш, затем впереди появилось ещё одно селение – Брюн. Здесь дирижабль сбавил скорость и начал осторожное снижение. По дну долины текла узкая речушка, её берега поросли деревьями, земля была расчерчена разноцветными многоугольниками полей.

   Никита Сергеевич, вооружившись мощным артиллерийским биноклем, с интересом разглядывал долину. В горах ему бывать приходилось, но не в таких высоких, как Гиндукуш. Он видел, что внизу, по дороге, бегут люди, они увидели дирижабль, и, вероятно, подумали, что он привёз очередную партию товаров.

   Наконец, «Киров» почти остановился в воздухе, и сбросил якоря. Хрущёв забеспокоился, чтобы падающие якоря кого-нибудь не убили, но, как оказалось, местные уже знали, что стоять прямо под швартующимся дирижаблем опасно, и держались на расстоянии.

   Воздушный корабль медленно подтянулся на лебёдках к ввинтившимся в землю якорям. Подъёмник в несколько приёмов опустил пассажиров на землю.

   Селения калашей не имели чёткой планировки и выглядели беспорядочной россыпью отдельных домов или групп домов между садов и полей. Дома были «многоквартирные», многоэтажные, ступенчатые, сборной конструкции из камня, дерева и глины. Крыша нижестоящего дома служила открытой террасой для дома этажом выше.

   (типичная калашская постройка http://avator1.livejournal.com/15898.html)

   Первое, что заметил Никита Сергеевич из привычного русскому человеку, была привязанная к столбику коза. Затем он обратил внимание на более современный предмет – двенадцатиметровый зелёный стальной контейнер, но с поднимающейся на 90 градусов, как навес, боковой стенкой. Её подпирали два простых деревянных столба, а в контейнере располагался … магазин. За подъёмной стенкой была ещё одна, с дверью посередине, застеклённая поверху. Ниже стекла, слева от двери, была сделанная крупными буквами надпись «СССР», а справа, теми же русскими буквами – «Промтовары».

   Вокруг гостей уже начала собираться толпа местных жителей. Никита Сергеевич почувствовал, что их прилёта ждали. Откуда-то издали уже тянуло дымком и чувствовался запах жареного мяса.

   Оглядев местных жителей, Никита Сергеевич обратил внимание, что примерно половина из них были похожи на русских – светловолосые и светлоглазые, с типично европейскими лицами, а остальные выглядели уже более похожими на читральцев из народности дард. Видно было, что процесс ассимиляции идёт, и явно интенсивнее, чем хотелось бы самим калашам.