Цвет сверхдержавы - красный. Восхождение. часть 3 (СИ) - Симонов Сергей - Страница 91

   От средиземноморских стран ВЭС присутствовали Али Сабри, Сулейман Набулси и Шукри аль-Куатли – от ОАР, (Египет, Иордания, Сирия). Маршал Тито представлял Югославию, Лири Белишова – Албанию.

   Присутствовали румынский лидер Георге Георгиу-Деж, Болгарию представлял Тодор Живков. Помимо де Голля, от Франции на встрече были лидеры французской компартии – Морис Торез и Жак Дюкло. Оказавшись в таком откровенно «красном» окружении, де Голль пошутил:

   – Мой бог! Господин Хрущёв, куда вы меня привели? На заседание Исполкома Коминтерна?

   – Привыкайте, господин президент, – ответил Никита Сергеевич. – В нашей компании Франция сможет получить куда больший политический вес, чем в ЕЭС и НАТО.

   В начале встречи с коротким приветственным словом выступил король Греции Павел. Уложившись в несколько минут, далее он, в соответствии с согласованной повесткой дня, пригласил к трибуне югославского лидера. Иосип Броз Тито, в своём традиционном белом костюме, смотрелся как никогда респектабельно. Он вышел к микрофону:

   – Товарищи и господа! Я рад приветствовать вас на этом прекрасном греческом острове. Всех нас с давних времён, ещё до образования Римской империи, объединяет наш общий дом – Средиземное море. Недавние события присоединили к нему и бассейн Чёрного моря, с прилегающими к нему странами. В нашем средиземноморском регионе сложилась уникальная политическая ситуация, и грех было бы не воспользоваться ею для укрепления наших экономик.

   Он нажал кнопку на пульте трибуны, свет погас, занавеси раздвинулись, включился проектор, и перед собравшимися появилась огромная карта. В центре её находилось Средиземное море, вокруг были изображены прилегающие к нему страны, их промышленные центры были помечены условными обозначениями, в легенде внизу была их расшифровка, показывающая наглядно, какие товары где производят.

   – Ещё две тысячи лет назад всеми землями по берегам Средиземного моря владела Римская империя, – продолжал Тито. – Его воды объединяли экономику провинций империи в единое целое. Море не разъединяло, а соединяло наши народы. Рим не только объединил весь регион под своей властью, но предпринял первую в истории попытку поднять экономику всех его стран на единый, общеимперский уровень. В условиях античного мира это была безусловно прогрессивная политика. К сожалению, использование неэффективного , хотя и дешёвого, труда рабов и общий уровень политического сознания не позволил тогда развить этот успех. Тем не менее, экономические успехи Рима были впечатляющими.

   Маршал сделал короткую паузу, взглянув на Пальмиро Тольятти. Лидер итальянских коммунистов кивнул и добавил:

   – Тогда мы называли Средиземное море на латыни: «Mare Nostrum» – «Наше море».

   – Именно! – подтвердил Тито. – И пусть Римская империя пала, но осталось главное – объединяющее всех нас Средиземное море, наше море, единое, принадлежащее всем нам, удобнейшее торгово-транспортное пространство. Теперь, после впечатляющей победы Греции (АИ, см. гл. 03-11), к нему присоединилось и Чёрное море, а с ним – Советский Союз, Болгария и Румыния.

   – На встрече в Индии мы обсуждали поставки оливкового масла из Югославии и Албании в СССР, – продолжал Тито. – Вполне естественно, что у многих лидеров Альянса возникла мысль: а почему только масло, почему только в СССР, и только из Югославии и Албании? Почему не создать торгово-экономическое объединение стран бассейна Средиземного и Чёрного морей, для совместного развития торговли, туризма, промышленности и сельского хозяйства, но – с минимумом искусственного разделения по политической принадлежности?

   Пусть оно будет в чём-то подобно Европейскому экономическому сообществу, без искусственных барьеров вроде высоких таможенных пошлин, но построенное на принципах союза суверенных наций, без каких-либо дополнительных наднациональных структур, вроде Европарламента или Европейской комиссии?

   За такое устройство Европы, насколько мне известно, выступает президент Франции? – Тито сделал паузу, поймав взгляд де Голля.

   – Совершенно верно, – подтвердил президент.

   – Точно такое же политическое устройство имеет и наш Всемирный экономический альянс, – продолжал югославский лидер.

   (Тито использует «кальку» с англоязычного названия World Economic Alliance, предложенного Неру. АИ, см. гл. 02-10)

   – То есть, эта модель политического устройства уже «обкатана» и доказала свою эффективность. Я сознательно не предлагаю прямого расширения Альянса за счёт принятия новых членов – этот вопрос каждая нация решает для себя самостоятельно. Альянс открыт для всех, кто согласен уважать принципы, по которым он работает, – заявил Тито. – Но в Западной Европе стараниями антикоммунистической пропаганды Альянс многими воспринимается как расширенное издание Организации Варшавского договора, хоть это на самом деле и не так.

   Поэтому я предлагаю сделать новую организацию чисто экономической, создать Средиземноморское экономическое пространство, где средиземноморские и черноморские нации смогут свободно торговать и сотрудничать друг с другом в рамках собственной организации, без оглядки на правила ЕЭС и без политических ограничений.

   Тито сделал короткую паузу. Хрущёв немедленно добавил:

   – Я также предлагаю Греции и Италии вспомнить своё прошлое, до того, как англосаксы «перетянули экономическое одеяло» на себя. Мировая цивилизация зародилась именно на берегах Средиземного моря. Эта солёная купель выносила Египет фараонов и греческую демократию, империю Александра Великого и Римскую республику, здесь пал Карфаген и возвысился Рим Цезарей, а затем и Византия. Здесь, на её берегах творили величайшие философы, писатели, художники и скульпторы.

   Наши страны – я имею в виду Русь, Грецию и Италию, имели экономические связи уже в те далёкие времена. На крымских берегах стояли греческие поселения, потомки понтийских греков живут в Крыму и по сей день. Там же, в городе Судак, до сих стоит средневековая генуэзская крепость. Мы охраняем её, как объект культурного наследия.

   Сейчас, благодаря победе Греции и освобождению Константинополя от многовековой турецкой оккупации, появилась возможность восстановить и упрочить существовавшие ещё в античности торгово-экономические отношения.

   Предложение маршала Тито – это шанс для всех средиземноморских наций развернуть историю другим путём, выйти из-под англосаксонского доминирования и сформировать подлинно многополярный мир, в котором ваши страны займут подобающее им место. То же касается Франции и Испании.

   К сожалению, очередной политический кризис в Италии помешал нам пригласить на нашу встречу итальянского премьер-министра, что до Испании, то какое-либо официальное сотрудничество с режимом Франко по понятным причинам для нас невозможно.

   (23 марта 1960 г в Италии правительство премьер-министра Сейни было сменено правительством Фанфани, просуществовавшим в свою очередь, всего 4 месяца)

   – Общую мысль мы поняли, – подал голос король Павел. – Сама по себе идея «Средиземноморского ЕЭС» заслуживает пристального внимания. Но как мы можем конкурировать с ЕЭС? Туда входят сильные промышленные страны – ФРГ, Франция, Италия, Бельгия, скоро туда, полагаю, войдёт и Великобритания.

   Объединенная Европа в то время ограничивалась лишь шестью странами – Францией, Западной Германией, Италией, Нидерландами, Бельгией, Люксембургом. Расширение ЕЭС до современного состава началось лишь с 1973 года. Сначала в него вступили англичане, датчане и ирландцы. Затем к ним стали присоединяться народы Южной, Северной и Восточной Европы. В 1960-м общеевропейские структуры ещё не имели реальной законодательной власти, и их инициативы носили лишь рекомендательный характер. Замысел Хрущёва состоял в том, чтобы не допустить расширения ЕЭС на всю Западную и Южную Европу, противопоставив ему другую европейскую экономическую организацию, основанную на принципиально иной, национальной парадигме.