Год Людоеда. Время стрелять - Кожевников Пётр Валерьевич - Страница 69

Ребенок не подлежит учету в психиатрии, не нуждается в нем. Моя героическая благородная роль спасителя (и целителя) людских душ, перемещенных по Высшему велению в тела братьев наших меньших, никак не позволяет мне столь гадко лгать.

Виктория Следова. Авдеиклорстя. Ятсролкиедва

Борис дочитал письмо, тяжело вздохнул и начал складывать лист, чтобы вновь спрятать его в конверт, как вдруг раздался звонок. Он машинально подошел к дверям, открыл их и, уже разглядывая гостей, вспомнил о том, что Борона наказал всем работникам приюта в целях безопасности очень ответственно относиться к любым визитерам, смотреть на них в глазок, выяснять, кто они и зачем явились, и только потом, убедившись в том, что этот визит действительно безопасен, открывать дверь.

— Что ж вы людей без воды и света оставили? — осуждающе покачивал массивной головой мужчина, по виду водопроводчик. — Очень некрасиво, молодой человек, получается!

— Каких людей? — Следов недоуменно уставился на гостя. — У нас все в порядке!

— У вас-то все в порядке, я не сомневаюсь! — мужчина укоризненно посмотрел на растерянного Бориса. — Вы меня спрашиваете, каких людей? Хороших людей, молодой человек! Хороших и добрых людей, которые вам, например, ничего плохого покудова не пожелали и не сделали! — мужчина замолчал, ожидая реакции Следова. Ее не последовало, и он продолжал: — У дома пятнадцать два этажа обесточены! А у вас с ними общая запитка! Вам тут кто разводку делал?

— Да я этого и не знаю! И что вы об этом меня вдруг спрашиваете? — Борис выразительно пожал узкими плечами. — Я этого все равно не знаю. Я здесь детьми занимаюсь, а не электричеством!

— Ладно, мы все своими детьми занимаемся! — мужчина как бы даже нехотя шагнул в дом. — Как говорится, «лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать»! Правильно? Ну, показывайте мне ваше хозяйство!

— А мы к себе чужих людей не пускаем! У нас техника безопасности! Мало ли что у вас на уме? — встал на пути гостя Следов. — Сейчас знаете, как детей воруют?! А может быть, вы кто-то из родителей, которые своих детей истязали? Откуда я это знаю?

— У меня на уме только одно, гражданин воспитатель, чтобы всем вам было светло и уютно и чтобы через вас другие жильцы не страдали! — мужчина уверенно отстранил молодого человека. — А про всякую шушеру я и сам знаю не понаслышке! Сейчас люди на все готовы! Сегодня ты его своей пайкой кормишь, а завтра он тебя, прости господи…

— Хорошо-хорошо, Сергей Петрович! Значит, вы уже окружили дом, а пятеро бойцов, которых вы оставили у нас внутри, займут свои позиции здесь! — раздался с площадки второго этажа голос Данилыча. — Да, у них автоматы, а у меня — тоже боевой! Конечно, я буду сразу стрелять на поражение! Остальные в курсе!

— Черт побирай, все инструменты в машине забыл! Придется сбегать! — гость резко развернулся, выражение его лица мгновенно изменилось и вместо простоватого и даже чудаковатого стало злобным и каким-то доисторическим, словно из музея антропологии, из отдела далеких предков современного человека.

Проходя мимо оторопелого Бориса, мужчина злобно сверкнул налившимися кровью глазами и немного задержался, словно соображая, что бы такое причинить молодому человеку, но, видимо, счел сейчас невозможным основательно с ним разделаться и продолжил свой марш к выходу.

— Дверь закрывай, быстро! На все замки! — закричал педиатр в онемелую спину Следова, а сам уже мчался вниз по ступенькам с газовым пистолетом в руках. — Да давай же ты, я же с тобой не шучу!

— Что такое, Федор Данилович?! Это маньяк, да? Я это сразу понял! — Борис захлопнул двери и начал запирать замки, прислушиваясь к тому, что происходило на улице. — Это людоед, правда, да, Людоед Питерский?

— Да никакой это не Питерский, а это Руслан Драев, криминальный авторитет, который сейчас находится во всероссийском розыске! — Борона отодвинул Следова и прильнул к глазку. — Вот так, как я сейчас делаю, никогда не делай! Он тебе стрельнет в глаз, и все — сквозная дырка в черепе! Или какой-нибудь дрянью ткнет, тогда тоже неприятностей не оберешься!

— А его сейчас поймают, да? Ой, давайте мы за ним тоже в погоню отправимся, а? — Борис покраснел, а его дыхание стало прерывистым. — Это же здорово — настоящая погоня за настоящим бандитом! Ну правда, ведь это уже не та ерунда, когда мы перед домом Сучетокова в мусорных бачках сидели или возле офиса Игоря Семеновича в машине парились!

— Да уймись ты, Боря! Каждый должен делать свое дело! Надо будет, и тебя позовут! — Федор отпрянул от глазка и обратился к мобильнику. — Сейчас мы с тобой все узнаем! А ты же, кстати, собирался с Олегом идти своих собачек выгуливать? Там вас уже мамочка поди заждалась. Давай-ка дуй, пока есть возможность! Хорошенько проветрись, только смотри в эти дела не суйся! Ты нам живой нужен, запомни это! Что я вместо тебя твое чучело поставлю, что ли?

— Да ну, вы тоже скажете, Федор Данилович, чучело! — осторожно приблизился к глазку Следов. — Да вы не думайте, я не буду к нему глазом прилипать, я осторожно!

— Сергей Петрович? Он удрал. Нет, он был один. Остальные в машине? Если вы на хвосте, значит, все будет в порядке! Будьте с ними осторожней! Я на связи! — Борона прервал соединение и ликующе посмотрел на Бориса. — Гонки с преследованием! Ты на кого ставишь?

Покинув приют, Руслан огляделся и быстрым шагом двинулся к оранжевой «двойке», ожидавшей его во дворе. Возле машины стоял Стрелок и пристально смотрел в сторону Левши, который делал ему жесты, означающие скорейшую эвакуацию с этого несчастливого для них места.

— Может быть, это и туфта, но береженого и Бог бережет! — назидательно произнес Драев, проникая в машину. — А, вот и они! Значит, прав был докторишка! Ничего-ничего, мы еще поквитаемся! Погнали!

— Ну, это, значит, в натуре-то, еще как… — начал Стрелок.

— Он говорит, что плохо знает город, — упредил долгое вступление своего друга Чистый.

— Я сам поведу! Офелия, выходи! Тебя нам только и не хватало! На тебе бабки, дуй домой и жди моего сигнала! — Руслан мягко выпроводил из машины свою спутницу. — Если не позвоню — не дергайся, значит, так надо! Значит, судьба! Все — без слез и зароков!

«Двойка» со свистом слетела с места. Удерживая руль левой рукой, Драев достал правой мобильник и набрал номер.

— Бакс, за нами погоня! — Левша продолжал маневрировать во дворах. — На хвосте два точила! Попробую слинять! Не знаю! Не уверен! Давай, если что — маякну!

— Ребята, ну что, вы идете? — в прихожей показалась Зинаида. — У нас уже все готово!

— Сейчас, Зинуля! — Федор подтолкнул Следова. — Забирай Олежу и — марш на воздух!

— А как они их вычислили? — не мог уняться Борис. — А что бандитам у нас-то понадобилось? Тут что, такие большие деньги? Нет, я не понимаю!

— Да тебе и не надо ничего понимать, сынок! — увереннее подтолкнул своего помощника педиатр. — У меня был один американский друг, так он знал только одно слово по-русски: «до свидания»! И вот мы к нему приходим, а он уже с порога улыбается и кричит: «До свидания!»

— Федя, что опять стряслось? Вы от меня опять что-то скрываете? — Зинаида подошла к мужу и ласково на него посмотрела. — Вы все в войну играете?

— Да нет, Зинуля, это с нами играют! — Борона обнял жену и повел ее на кухню. — Боря, позвони мне от мамы! И дверь закрой, чтобы к нам опять какая-нибудь крыса не забежала!

Глава 31

СЕМЯ СМЕРТИ

Когда я еще очень хотел быть хорошим и хотел не расставаться с Богом, я читал разные правильные книги, и как-то мне попалась история про одного нашего святого, который, чтобы уже вообще никогда не грешить, еще в детстве так перетянул себе все свое мужское хозяйство, что оно у него вскоре загнило, а позже напрочь отвалилось. Вот это характер! И главное, он же все точно понял! Оно же самое во всяком грехе и виновато! Я это достоверно изучил на самом себе, как на подопытном кроле! Я бы тоже стал Божьим любимцем, если бы не семя! От него, по большому счету, и все наши напасти! Я же чувствую, как оно начинает на меня напирать: чем дальше, тем сильнее, и все сильнее толкает меня во власть Люцифера. А я, ничтожный, не могу этой силе противиться!