Грешник (ЛП) - Стивотер Мэгги - Страница 36

Бейби рассмеялась.

— Нет. Было задумано, что ты просто будешь ее ненавидеть.

— Прекрасно.

— Я проделала исследования. Изабел, ты все еще выглядишь несчастной.

Я была не несчастной, а подозрительной. Остальные крушения были такими полными. Такими убедительными. Было ли это потому, что я, как и остальная часть американского общества, была готова поверить, что катастрофы неизлечимы? Или просто потому, что я была готова поверить, что в частности Коул был неизлечим?

— В итоге, ты не враг.

— Изабел, — произнесла Бейби. — Я делаю это не для того, чтобы попасть в суд. Если что-то и разрушает моих героев, то это они сами. Говорю тебе. Я просто создаю для них ситуации. А как в них поступить решать только им. Если здесь и есть враги, то они внутри их самих.

Мне не стоило удивляться. Все в Лос-Анджелесе было прикрытием для чего-то другого. Уродство, замаскированное под красоту, и вышло так, что теперь красота притворятся уродством. Я задумалась, было ли в целом мире хоть что-то реальное.

— Итак, ты хочешь, чтобы я старался лучше? — в конце-концов сказал Коул. — Тебе нужно шоу. Шоу Коула Сен-Клера.

— Я знаю, что тебе известно, как это сделать, — сказала Бейби. — Я уже говорила, что проделала исследования.

— Это должно быть падение? — спросил он. Немного тоскливо, если знать его.

— Сделай это хорошо. Это все, что меня волнует. Ах…

Другая молодая женщина подошла к столику. Она выглядела еще менее дружелюбно, чем предыдущая, если это возможно. Совершенно неофициантским тоном она потребовала:

— Что ты хочешь?

Я потянула меню к себе.

— Я…

Она покачала головой. Она смотрела на Коула.

— Что тебе здесь нужно?

У него было по-прежнему озадаченное выражение лица.

— Она может заказать вместо меня.

Ее взгляд метнулся ко мне. А потом обратно к нему.

— Ты здесь из-за еды?

Теперь его лицо прояснилось.

— А. А, теперь я вижу. Да. Еда. Это ее любимый ресторан. Мне нравится, как эти круглые выглядят на фото, — своим указательным пальцем он очертил бесцветную фотографию ролла «Калифорния» на обложке. Бейби внимательно наблюдала.

Девушка стала выглядеть на восемь градусов недружелюбнее, а затем исчезла.

Я повернулась к Коулу:

— Ты был здесь раньше?

Голос Коула был немного рассеянным:

— Когда я сказал, что думаю, что бывал здесь раньше, я не имел в виду здесь. Типа в этом месте. Я думаю, такое могло случиться. Они должно быть узнали меня. Возможно, он подумали, что это… как раньше.

Как раньше. Под этим «раньше» подразумевалось, что он заходит сюда, а они вспоминают, что это тот самый парень, которому было нужно немного кокаина для начала? Меня замутило. Я не могла винить никого, кроме себя самой. Я прекрасно знала, кем Коул был до того, как я встретила его.

Бейби, тем не менее, просто продолжала улыбаться своей частной улыбкой. А почему бы и нет — Коул просто демонстрировал свою подноготную.

Хозяин вернулся. Позади него была девушка я крашенными волосами.

— Ты Коул Сен-Клер? — спросил хозяин.

Коул кивнул головой. Всего лишь одно небольшое движение. Сейчас он был совершенно уверенным и высокомерным, полностью вернувшись к своему публичному образу. Он стал слишком большим для своей стороны кабинки; он превратил ресторан в фон для своей индивидуальности. Вот, что получал от него весь остальной мир.

— Мы же говорили тебе никогда больше не возвращаться.

Коул склонил голову:

— Возвращаться?

— Мы сказали, что тебе тут больше не рады. Ни тебе, ни твоему другу. Вы все разрушили. Я не могу забыть твое лицо после этого.

Внезапное осознание и что-то более болезненное и пустое промелькнуло на лице Коула. Последнее было таким быстрым, что только я это заметила.

— Оу. Это. Слушай, это было давным-давно. Такого не произойдет в этот раз. Я чист. Я просто хочу мило пообедать здесь со своей девушкой.

Я могла бы убить его за то, как он случайно проронил это слово посреди всей этой фигни. Девушка.

Хозяин не улыбался.

— Чистота — не гарантия.

Теперь Коул утратил свое хорошее настроение.

— И что же гарантия, мой друг?

Девушка с крашенными волосами сказала:

— Тебе нужно уйти из Чайна Вайт в местечко получше.

Бейби продолжала улыбаться. Миру нравились неудачники.

— Я здесь, — ровно проговорил Коул, — за чертовыми суши.

— Выметайся, — ответил хозяин. Он отступил назад, чтобы позволить нам выйти из кабинки. — Тебе не рады.

— Что же, мой друг, — по-зловещему открыто произнес Коул, — это выглядит как дерьмовое бизнес-чутье. Вы обычно проверяете ваших покровителей прежде, чем они садятся? Это ресторан для святых? Только для монахинь? Будды? Других забредших в Корейский Квартал ангелов? Однако вы все равно остаетесь открытыми, вышвыривая всех грешников?

Он привлек все внимание суши-шефов и официантов. Они пялились на нас обоих. Я знала, что, чтобы не случилось, после этого я навсегда останусь для них девушкой Коула Сен-Клера. Никакого хорошего конца.

Я больше никогда не смогу снова заказать здесь сашими.

— Большинство грешников не запоминаются нам, как это случилось с тобой, — холодно произнес хозяин. — Вон.

Я отрезала:

— Что ты сделал, Коул?

Бейби наблюдала за нами: туда-сюда, как за теннисным матчем.

— Это было очень давно, — повторил он.

Хозяин сказал:

— Не так уж давно.

Я была так унижена, как если бы сделала что-то сама.

— Отлично. Давай просто уйдем.

В глазах Коула что-то вспыхнуло, но он вышел из кабинки и презрительно швырнул свою салфетку на стол.

— Эффект бумеранга, — сказал он хозяину.

Один из парней за стойкой медленно крутил свой нож, что только свет отбивался от него.

— Ой, я вижу тебя. Я в ужасе, — сказал Коул. — Попридержи коней. Мы уходим.

Я не могла вспомнить, когда мне в последний раз было так стыдно. Один из плюсов пофигизма. Я не могла связать и двух слов.

Я провела так много послеобеденных часов, делая домашку в Юзу, просто в одиночестве, тут, где никто не знал, кто я или как выглядит мое обычное выражение лица, а теперь мое время здесь изменилось из нынешнего и в прошлое всего за несколько минут.

Выйдя в мертво освещенный торговый центр у черта на куличках, Коул сказал Бейби холодным и отстраненным тоном:

— Перенесем на потом. У меня пропал аппетит.

— Ты уверен? — спросила Бейби, когда мы направились на эскалаторе обратно вниз. — Это могло бы стать идеальным моментом для съемки классного шоу.

— Ага, — сказал Коул. — Да, я уверен. Я могу подумать о чем-то получше.

Бейби сказала:

— Тогда сделай это. У меня есть величайший сюрприз на твой день рождения, но ты должен его заслужить.

Мы разошлись с ней на тротуаре. Он был отвратительно белым и бетонным после тусклого торгового центра, в котором время остановилось. Мы не разговаривали, пока не вернулись к внедорожнику.

— Что это было? — выплюнула я. — Что ты сделал этим людям?

Коул покачал своей головой на пассажирском сидении.

— Я не знаю.

— Как ты можешь не знать? Я видела твое лицо. Ты знаешь.

— Изабел, я не помню.

— Не лги мне! — отрезала я. — Я видела. Что ты сделал?

— Виктор и я… — сбоку от меня Коул сжал пальцами переносицу и, спустя секунду, отбросил их, как если бы выбрасывал идею из головы. До этого он был обеспокоен. Теперь он метался внутри собственного тела.

Я вела внедорожник мимо светофора, миновав жилой дом с линией крыши пагоды.

— Я надеюсь, это значит, что ты пытаешься придумать, как сказать мне, почему я больше никогда не смогу вернуться в свой любимый ресторан.

Коул сказал:

— Изабел, Господи, дай мне секунду.

— А еще, — зарычала я. Теперь гнев развивался должным образом. — Девушка?

— Что? Ты и за это хочешь извинений? Есть, вероятно, документ, который я должен заполнить, прежде чем сказать это, верно? Господи. Из всех событий…