Все, что она хочет (СИ) - Лем Ирина Николаевна - Страница 85

- Ты с ума сошла! - Марк сдвинул ее с колен.

Дама пьяна, не соображает, что делает.

Или делает то, что давно хотела, но в трезвом виде стеснялась.

За помощь благодарен, но не до такой степени, чтобы расплачиваться сексом. Есть границы. Если у них с Заком свободный брак, еще не значит, что Марк желает в нем поучаствовать как друг семьи. Сомнительная привилегия. Чего доброго, дети привыкнут, станут называть его вторым папой...

Ха, «веселенькая» перспектива!

18.

Сумасшедший день. Непонятный, сумасбродный.

Постоянно происходит что-то, чего Марк не ожидает и не знает - как реагировать. Сначала спагетти-вестерн с погоней и стрельбой, теперь Натали с непристойностями. Сплошной сюрреализм. Как его научно определяют - совмещение сна и реальности, абсурдного и естественного? Вот именно это.

А Тиффани? В какой ипостаси она привиделась? В мечте или в жизни? Совершенно запутался. Потеря логической нити - первый шаг к помешательству.

«Что все это значит? -  вопросил себя. - Я падаю в Зазеркалье? Нет, скорее мир катится в пропасть. Открытие, в котором нет ничего нового - мир делает это уже не одну тысячу лет. Выход? Ничему не удивляться,  принимать происходящее за норму. Нет, не получится. В происходящем нормального - ни на грамм. Спокойно... спокойно... Не накручивать панические настроения... Тиффани. Это главное. Никогда не смирюсь с ее потерей, буду бороться за нее. Пора домой - прийти в себя, хорошенько обдумать. Позвонить Грибсу, спросить совета - стоит ли делать заявление о пропаже человека. Данных мало... Может, красная «Феррари» поможет выйти на след?».

Только собрался встать, хлопнула дверь - вошел Зак. Он держал тарелку размером с колесо, на ней гора еды, которой хватило бы на троих оголодавших пожарных. Сверху гору эстетично украшал пучок зелени - дамы постарались. Вошедший бросил быстрый взгляд на жену, на друга. Жена опустила голову к медикаментам и слишком суетливо принялась их собирать. Марк нервическими пальцами застегнул пуговицы на рубашке и уставился в пол. В воздухе витали напряженные флюиды.

У Зака имелись догадки на их счет.

- Натали, иди развлекать гостей. А то как-то неудобно, гости - отдельно, хозяева - отдельно. В конце концов, это твои родственники.

Супруга перестала копошиться в медицинском чемоданчике и, ни слова не говоря, вышла. Зак проводил ее глазами, поставил блюдо перед Марком.

- У тебя вид ошарашенный.  Она что, тебя соблазняла?

Тот деликатно промолчал, сосредоточился на разглядывании пищи, которая резко щекотала нос. Свиные ребрышки блестели от сока и источали аромат, за который Марк дал бы отстрелить второе зеркало. Палочки обжаренной в масле картошки - с ними вместе недолго пальцы откусить. Кусок самодельной пиццы с жирными кружочками салями, помидорами и моцареллой - попробовать ее выпадает раз в жизни. Нет, пока не насытится, не уедет...

Пока Марк выбирал - с чего начать, Зак подал ему вилку с ножом, сел рядом.

- Ладно, можешь не говорить. Знаю я. Натали вешается на всех подряд. Неловко перед знакомыми... Тебе кетчуп или майонез? Может, васаби?

- Кетчуп.

- Вот. Подкрепись. А то голова закружится. Ей и так сегодня досталось.

- Это точно. Ты еще не все знаешь.

- Расскажи.

Сначала прояснить ситуацию с Натали.

- Зак, не обижайся, но я к твоей супруге больше близко не подойду.

- Не обращай внимания, - спокойно сказал Зак, захватил с тарелки мясной шарик, отправил в рот. Закусил веточкой базилика. - Это она от скуки. Придумала, что все мужчины от нее без ума, и первая предлагает секс. Может, чтобы мне насолить. Может, кризис среднего возраста.

- Рановато ей.

- Не знаю. У женщин свои тараканы в голове. Я не против. Я сам метросексуал.

- Что еще за новое словечко? Гетеро, гомо, би - понятно. А метросексуал?

- ...любит прежде всего себя. Не отказывает себе в наслаждениях -  сексуальных и прочих. Жизнь коротка, мой друг, мужчина должен опробовать все. И не надо оглядываться на мнение окружающих. Я эгоист и горжусь этим. Ну, хватит про меня. Ты сегодня герой дня. Рассказывай, что произошло. Подозреваю, не простой дорожный инцидент.

- Как догадался? - спросил Марк с набитым ртом.

- Я осмотрел твой автомобиль, тщательно, с фонарем. Не нашел ни единой царапины или вмятины, ни одного повреждения. Кроме... - Зак остановился, предоставив закончить приятелю.

- ...бокового зеркала.

- Оно не отломано и не отверчено. Ножка оплавлена. В чем дело?

- Зеркало отстрелили, - после едва заметной задержки признался Марк.

В отличие от друга, он не любил откровенничать. Обсуждал личные дела   лишь когда требовалась помощь или совет. Сейчас именно такой случай.

В тот момент Зак нес ко рту палочку картошки-фри с золотистой корочкой - рука застыла на полдороге.

- Отстрелили?! С каких пор ты участвуешь в дорожных перестрелках?

- С сегодняшнего вечера.

- Причина?

- Стара, как наша планета.

- Деньги?

- Нет.

- Неужели из-за девушки? -  Старки заерзал на стуле. Щеки под рыжей щетиной порозовели, глаза загорелись веселым любопытством. - Бади, это здорово. Романтично. Не замечал за тобой... Рассказывай, не стесняйся. В какую историю  вляпался, с мафией, что ли? Кстати, насчет мафии. Если что - обращайся. У меня связи в итальянской общине. Вон их целая толпа ходит. И половина связана с криминальным миром. Ну, что произошло-то?

- Только не смейся. - Марк снова помолчал, будто все еще не решался открыться. Вытер губы. Отодвинул тарелку. Положил руки на стол. - Я, кажется, влюбился.

- Это нормально, бади. Я влюбляюсь чуть ли не каждый день...

- Нет, у меня серьезно. Может, даже слишком. - Марк вздохнул и отвел глаза. Вдруг стало жаль себя и Тиффани, до такой степени, что слезы навернулись.

Зак сочувственно тронул приятеля за плечо.

- В чем дело? Девушка не ответила взаимностью?

- В том-то и дело, что ответила. Только после двух встреч исчезла. И полагаю, что не по своей воле, - хрипло проговорил Марк и отвернулся.

- Ничего не понимаю. Исчезла не по своей воле... Как это понимать?

- Украли ее.

- Она что, дочка богатых родителей? Или хуже того - кинозвезды? Кто ее мог украсть и зачем?

- Не знаю я, - обреченно проговорил Марк и уставился на яблоки в вазе из металлических прутьев, похожей на клетку. - В этой истории слишком много тайн. Я сам не разобрался. Мы с Тиффани...

19.

- Подожди, с какой Тиффани? - Зак напрягся.

- Не с той, о которой ты подумал. Моя Тиффани работала у нас в фирме. Мы виделись всего три раза. Имели потрясающий секс...

- Потрясающий секс - самое главное, - вставил Зак и поднял указательный палец.

- Инициативу проявила она, в очень субтильной манере. Тонкими намеками, не то, что... - Махнул рукой в сторону двери, за которой скрылась Натали.

- Забудь. Больше не повторится. Во всяком случае с тобой. Я позабочусь. Рассказывай дальше. Почему расстроился, когда она пропала? Если вас только секс объединял, то не стоит огорчаться. Найдем замену, прямо сегодня, если хочешь.

- Не хочу замены. Таких девушек, как Тиффани, больше нет.

Старки сомнительно покачал головой, вслух возражать не стал.

- Чем же она отличается от других?

- Она не пустышка. Она качественная. Не могу словами объяснить. Это как произведение искусства. Мимо одних мы проходим равнодушно, перед другими останавливаемся, чтобы рассмотреть. Впитать. Прочувствовать. На хорошую картину смотришь и понимаешь - шедевр, хотя там не всегда ровные линии и безупречные цвета. Важно, какое настроение она несет, о чем заставляет задуматься. Так же с людьми. Качественных мало. Большинство - масса с примитивными мыслями и запросами. В самых тупых реалити-шоу участвуют девушки и парни, у которых главная забота - отлично выглядеть. Чем меньше у человека внутренней красоты, тем сильнее потребность во внешней.

- Точно. Эти шоу с «куколками» и «качками» пользуются бешеной популярностью. Продюсеры изощряются - как бы найти героев покрасивее и поглупее, чтобы перед камерами показывали дурь, на какую способны. А какие книги сейчас читают? Примитивный порнороман про оттенки серости побил рекорды. Самая покупаемая книга за всю историю. Как тебе? Хорошо, что принцип демократии не распространяется на искусство. Иначе графоманов провозгласили бы великими писателями, а сестер Кардашьян наградили бы Нобелевской премией за создание популярности на пустом месте.