Серые будни богов (СИ) - Гельфер Дмитрий - Страница 5

— Вы отправили им курсовую на рецензию? — Ее голос прозвучал еле слышно. Мариса знала ответ, но просто обязана была спросить.

— Не только ее. Предыдущие тоже, но эту… — Нефёдов развел руками. — Эту тоже. До того как сам прочел. К сожалению.

Если бы она только знала, чем обернется ее легкомысленность… Мариса сжала кулаки, стараясь удержать наворачивающиеся слезы. Ногти больно впились в кожу. Дура! Как есть дура. Еще бы пошла выяснять у бездомных, какие коробки они предпочитают для ночлега. И чем только думала?

— Тем не менее, — Продолжал профессор. — С вами очень хотел пообщаться Иван Юлианович. И вы уж постарайтесь его убедить, что это просто досадное недоразумение.

— Я постараюсь.

Мариса захлопнула дверь авто-такси и вдохнула свежий воздух. Офис корпорации «Ответ» располагался не в деловой части города, а в пригороде. Она, конечно, знала об этом. Знала еще до того, как профессор продиктовал адрес.

От парковки к главному входу вела аллея из каштанов. Само здание — два-три этажа максимум. Поверх деревьев не видно даже крышу. Только в конце аллеи виднеется крыльцо с зеркальной дверью. Скромность построек, представших перед Мари, совсем не сочеталась с имиджем корпорации. Всем известно, что цена, которую выставляет «Ответ» за свои услуги, содержит неприличное количество нулей. И этот факт никогда не отпугивает клиентов. У них и выбора то особого нет. Вернее есть, но все альтернативы можно емко охарактеризовать двумя словами: или «неэффективно», или «незаконно».

В свое время конкуренция между крупнейшими корпорациями привела к так называемым «маркетинговым бунтам». Борьба за потребителя вынуждала их вынюхивать о «своих» покупателях самое сокровенное. И методы, которыми собиралась такая информация, были далеки от понятия «этичные». Все чаще происходили громкие разоблачения, вспыхивали скандалы. Недовольство обывателей достигало такого накала, что, еще вчера лояльные покупатели, назавтра полностью игнорировали любимый бренд. А без поддержки покупателей непотопляемые титаны бодро шли ко дну и их остатки по частям скупались конкурентами.

Правозащитные организации, что называется «правили бал». Особо отличились «Нетерпимые» — наиболее агрессивная организация, которая в итоге добилась законодательного запрета на подобные методы, отбросив всю сферу исследований на десятилетия назад.

Корпорация «Ответ» вышла на рынок с «революционным» методом. Суть его держалась в секрете, но давал он потрясающе точные прогнозы. Многие подозревали, что это все те же «неэтичные» методы, просто выведенные на новый уровень. Достаточный, чтобы не попадаться. «Нетерпимые» вновь обрели цель и с прежним напором стали топить корпорацию, но, кроме слухов и домыслов, ничего предъявить не могли.

С точки зрения обывателя, Марису не особо интересовала правда. Подавляющее большинство, как и она сама, за прошедшие годы банально свыклось. Выросло новое поколение, которое все эти волнения воспринимало как сказки на ночь. А вот с профессиональной точки зрения, она, что называется, готова была душу продать за возможность приобщиться. Мечта была близко, но «кое-кто» сам все испортил.

Мариса не уставала корить себя за проявленное легкомыслие. Если есть хоть малейший шанс все исправить — она им воспользуется. Готовилась к встрече она тщательно и была намерена произвести должное впечатление. Единственный строгий костюм в ее гардеробе отутюжен, прическа идеальна, неброский макияж. Точь-в-точь девушка из каталога одежды в деловом стиле. Мариса остановилась перед зеркальной дверью и в последний раз окинула себя критическим взглядом. Отражение смотрело на нее глазами испуганной девчонки.

Мужчина в кресле напротив чем-то неуловимо напоминал Марисе ее любимого профессора Нефёдова. И вроде костюм на порядки дороже, и в целом вид более ухоженный. Даже лысина блестит как-то благороднее. Наверное, все дело в необъяснимой тяге к старомодным вещам. Глава корпорации «Ответ», Иван Юлианович Хромов задумчиво постукивал карандашом по краю стола. Обычным, деревянным карандашом, которым нынче пользуются разве что дети.

Мариса знала, что директора и профессора связывает многолетняя дружба. Она даже попыталась представить этих двоих в непринужденной обстановке. Там, где не будет видна разница в доходах и статусе. Например: двое пожилых мужчин на совместной рыбалке. Мариса невольно улыбнулась, но тут-же вернула сосредоточенное выражение лица. Сейчас все очень серьезно.

Перед директором лежала увесистая стопка научных работ Марисы. По старинке распечатанных на настоящей бумаге. И по расчетам самой Марисы эта стопка должна была перевесить последнюю… несерьезную курсовую.

— Занятное чтиво, — Иван Юлианович отодвинул стопку работ, не просмотрев, даже бегло, и половины. — Но я бы хотел поговорить о последней.

— Это просто недоразумение, — Мариса не ожидала, что разговор так быстро свернет в неприятное для нее русло и стала лихорадочно оправдываться. — Поверьте. Просто неудачный эксперимент…

— Стоп. Стоп, стоп. — Иван Юлианович резко отложил в сторону карандаш и, наклонившись через стол к Марисе, продолжил. — Мне кажется, профессор Нефёдов настроил вас на эту встречу как-то негативно. Давайте для начала проясним ситуацию: если бы ваша курсовая была в том же духе, что и вот эта стопка, наш разговор никогда бы не состоялся.

— В смысле?

— В том смысле, что таких специалистов на рынке пусть и немного, но больше чем необходимо. Один только Нефёдов сватает нам каждый год человек по десять. Я его, конечно, безмерно уважаю. Он действительно прекрасный педагог. Но для нас, все, что вы изучаете, — вчерашний… нет, даже позавчерашний день.

— Вы хотите сказать, что моя курсовая — это день сегодняшний?

— М-м-м… — Ход мыслей Марисы его явно позабавил. — Не совсем.

Если бы речь шла о ком-нибудь другом, Мариса бы тоже с удовольствием повеселилась. Какая связь между «Динамикой потребительских предпочтений в условиях нарушения циркадианных ритмов» и сверхактуальными исследованиями корпорации? А по-простому говоря, какая связь между пьяной молодежью, трое суток без продыху шатающейся по клубам и интересами корпорации, зарабатывающей миллионы на исследованиях?

— Меня привлек немного иной аспект вашей работы, — Иван Юлиановыич посерьезнел. — Скажите, вы сами следили за ходом опроса, или вам кто-то помогал?

— Сама. Кто мне помогать то будет? Они все… Ну, выпили. А половина еще и уснуть умудрились.

— Значит сами, — Иван Юлианович снова стал постукивать карандашом по столу. Этот жест, похоже, сопровождал у него мыслительный процесс. — Занятно.

— Простите, Иван Юлианович, но я вас не очень понимаю.

— Это нормально, — Хромов отвлекся от размышлений. — Если согласитесь сотрудничать — поймете. Согласны?

Иван Юлианович выжидательно смотрел на Марису поверх очков. Она же только и смогла, что глупо хлопать глазами. Здесь точно какой-то подвох. Мариса чувствовала, что совершенно не понимает мотивов этого человека.

— Я предлагаю вам работу, — Директор решил, что лучше перефразировать предложение. — Вы согласны или вам дать время подумать?

— Д-да, — Растерянно пробормотала Мариса.

- «Да» — согласны? Или «да» — нужно время?

Иван Юлианович, не скрывая, потешался, и дожидаться вразумительного ответа не стал. Уверенным движением он набрал кого-то по селектору. На том конце — тишина. Вторая попытка и снова тишина.

— Занятно…

Явно теряя терпение, он сделал последнюю попытку. Из динамика донеслось неуверенное:

— Да?

— Вася, зайди ко мне.

— Юлианыч, это не я. Честное слово! Врут, ей богу врут.

Мариса не удержалась и сдавленно хихикнула, за что тут же удостоилась испепеляющего взгляда от директора. Нервное напряжение как рукой сняло.

— Значит так: чего ты там не делал — мы разберемся позже. А сейчас, зайди ко мне. У нас новая сотрудница.

— Я? Может…

— Да, ты. Остальные заняты.