Взрослые игры (ЛП) - Джонс Кристина - Страница 6

бессвязные абзацы; как это связано с вашим (слабо развитым) тезисом?; необходима

цитата и, бла, бла. В конце концов, она оставила приятное небольшое замечание в конце

о том, что это была сильная попытка, но «сильная попытка» как-то не вязалась с «82,5%».

По крайней мере, не для меня.

Поскольку я уже был в здании, то собрал свои вещи, распечатал копию своего

сочинения и пошел наверх в кабинет профессора Бриант. Я не знал ее расписания, были

ли у нее приемные часы или же она была на занятии, но если бы я смог с ней пересечься, то хотел бы поговорить о моем сочинении.

Когда я добрался до кабинета, то увидел что дверь открыта, поэтому я заглянул в

него и осмотрелся. Кабинет профессора Бриант был достаточно большим для того, чтобы

удобно разместить два стола и по-прежнему выглядеть просторным. За большим столом, несомненно, принадлежавшим профессору, никого не было.

За другим столом сидела принцесса.

Ее голова была опущена, пока она что-то писала в своей записной книжке. Под ее

косичками исчезали тонкие пурпурные шнуры наушников, и мне пришлось приложить

усилие, чтобы перестать пялиться на ее округлые полные груди, выпирающие через

синюю футболку с V-образным вырезом с эмблемой «БГУ».

Я прочистил горло, и ее голова дернулась, глаза широко раскрылись. С громким

хлопком она закрыла записную книжку и выдернула наушники.

– Чем могу помочь? – немного взволнованно спросила она и встала.

Не прошло и недели, как мы друг с другом столкнулись, и с тех пор я ее не видел.

Сегодня был четверг, значит, завтра она будет в лекционном зале, но почему-то сейчас все

было немного по-другому. Только я и она, относительное уединение... какого черта она

только что была такой вежливой?

– Хм, – начал я, слегка покачав головой, чтобы убрать грязные мысли о моих

руках на ее бедрах. – Я искал профессора Бриант.

– Ее здесь нет.

Я поднял бровь.

– Да, я вижу. Можешь сказать, когда она вернется?

– Ее приемные часы, для удобства указаны там, на двери.

– Я не об этом тебя спросил.

Принцесса скрестила руки на груди, из-за чего ее груди прижались друг к другу, и

было еще тяжелее на них не пялиться.

– Ты тот парень, который натолкнулся на меня на днях, не так ли?

Я ухмыльнулся.

– Не-а. Это ты на меня натолкнулась, но вижу, что ты думаешь иначе.

Она закатила глаза, бормоча себе под нос что-то, что звучало подозрительно

похоже на « ублюдок», затем перевела взгляд на меня с выражением абсолютной

незаинтересованности на лице.

– Что ты хочешь?

– Поговорить с профессором.

– О чем?

– О моей оценке за сочинение.

На ее лице появилась неприятная маленькая ухмылка.

– Что не так? Ты провалился?

– Нет, – усмехнулся я, покачав головой. – Я не провалился, я просто недоволен

оценкой. Когда я могу поговорить с профессором Бриант?

– Она не будет разговаривать. Оценки окончательные.

Сузив глаза, я шагнул в кабинет.

– Я хочу это услышать лично. Когда она будет свободна сегодня?

– Это пустая трата вашего времени. Она не изменяет оценки.

Я нервно сглотнул, чувствуя, как с каждым мгновением теряю терпение.

– Когда Я смогу С НЕЙ поговорить?

– У профессора Бриант нет приемных часов по четвергам.

Любой возможный намек на веселье исчез с моего лица и я пошел на нее.

Выражение лица принцессы было сладким, как кукурузный сироп с высоким содержанием

фруктозы, а ее глаза сверкали из-за едва сдерживаемого смеха.

Я глубоко вдохнул и покачал головой.

– Ты не могла сказать это дерьмо сразу, а?

Она пожала плечами, затем обошла стол и направилась в мою сторону с

самодовольным видом. Я наблюдал за ее попкой, когда она проходила мимо, а затем снова

перевел взгляд на ее лицо. Она остановилась у двери и показала на ламинированный лист, прикрепленный к двери.

– Как я и сказала: ее расписание написано на двери. Вы видите его вот здесь?

ЧАСЫ РАБОТЫ указаны прямо здесь, сверху, чертовыми заглавными буквами?

– Да, по-фиг, – сказал я, кидая распечатанную копию моего сочинения на стол

профессора Бриант. Я направился на выход, остановившись прямо перед принцессой. Я

вдохнул аромат ее парфюма, и эта смесь жасмина, сандала и ванили, чуть не вынудила

меня забыть то, что я собирался сказать. – Если увидишь ее сегодня, то скажи ей, что

заходил Джейсон, оʹкей?

Она прижалась спиной к двери, уставившись на меня со скучающим выражением

на лице.

– О к

ʹ ей, Джейсон, – она прошла бочком между мной и дверью, дождалась, когда я

отступил в коридор и взялась за дверную ручку. – Но чтобы ты знал... оценки

окончательные.

У меня даже не было шанса ответить, так как она закрыла дверь перед моим

лицом.

Глава 3

Риз

Я закрыла и вдобавок заперла дверь. Мне нужно было отключиться от его

присутствия, от его запаха, от необъяснимого жара между моими ногами, который

становился все горячее и горячее, пока мы с ним препирались.

Это не сработало.

Я опустила голову, прижимаясь спиной к двери. Было очень, очень похоже на то, что меня завел этот грубый засранец. Мы с ним столкнулись второй раз и, учитывая его

поведение в обоих случаях, я довольно точно выразилась, когда на прошлой неделе

назвала его «мудаком». Я приложила большие пальцы к своим соскам, пытаясь их

успокоить, и надеялась, что мои стратегически скрещенные руки спрятали их от взгляда

мистера «Кто-то мне засунул палку в жопу».

Последнее, что мне было нужно: что бы один из студентов моей матери думал, что

он как-то на меня влияет. Его кожа была аппетитной, как жареные орехи пекан, его

точеные черты лица напоминали мне обложку журнала «GQ», умело ухоженная, но

выглядящая неряшливой щетина на лице, была достойна обморока, а его бицепсы были

такими накачанными, что их хотелось облизать, а его… дерьмо.

Грррррр!

Почему он обязательно должен быть таким дерзким и привлекательным? Два

качества, которые я обычно избегала в мужчинах, потому что они были постыдно

неотразимыми для меня. Но , ха-ха, повезло же мне. Добрый старый Джейсон, несомненно, был автором одного из прочитанных мной сочинений, так как появился тут, жалуясь на

свою оценку. У него явно низкий балл.

Это умерило мой пыл и поставило крест на его достоинствах.

С ухмылкой на лице я подошла к столу, который занимала моя мать, и взяла

распечатанную копию его работы. Быстро добралась до конца, чтобы посмотреть его

оценку.

82,5.

Подождите… что?

Я снова посмотрела на эти цифры, чтобы убедиться что не ошиблась, и вот опять…

Это нормальная оценка. Я просмотрела комментарий, который оставила в конце моя мама, затем перевела взгляд на верхнюю часть страницы, чтобы прочесть пару предложений из

его сочинения.

Святое дерьмо.

Страницы выскользнули у меня из рук. Мне не нужно было на них смотреть,

чтобы знать, что будет написано дальше, потому что я много раз читала эту работу для

собственного удовольствия и практически знала ее наизусть.

Первая страница приземлилась на стол лицевой стороной прямо ко мне.

Программа, которую я использовала для критического анализа документов, позволяла

сохранить анонимность студентов. Все, что я обычно знала – это фамилия и инициалы, и

это в университете для «черных», да ну, нафиг. У нас было так много Джонсонов, Браунов, Вашингтонов и Джексонсов, и зная лишь фамилию и инициал имени, вы не

можете быть уверенны, что читаете работу конкретного студента.

Но я кое-что знала.

Теперь я знала, что Дж. Райт, на чье сочинение я запала, был тем самым чуваком, у