Люди до (СИ) - Грачева Аня - Страница 52

Глава 22.

Солнце уже начало садиться. Сейчас около восьми часов вечера, а мы все еще тащимся по нейтральной территории, между городов. Мы устали, но Лён не дает нам лишний раз отдыхать, он упорно тянет нас вперед. Как и Тим, он тоже, когда поставил себе цель, вовремя доставить нас до Нового города, выжимал из нас все соки, лишь бы успеть к назначенному времени. Сейчас на себя эту роль взял Лён, и я вижу как ему тяжело, ведь как бы мы не шли, нам не успеть вовремя. Если судить по расстоянию, пройденному нами, то нам еще идти примерно столько же, до Основного города. А еще пустующая территория до здания Советов, такой долгий путь. Мы сможем добраться до туда к утру, но будет уже поздно. Лён, уже перестал оборачиваться, а я продолжаю, перехватывая эстафету. Не знаю, что он хотел там увидеть, почему опустил руки, но я стараюсь держаться из последних сил. Может быть нам удастся хоть что-то сделать? А может члены правления отложат наступление и мы успеем сделать все, что задумывали.

Мои мысли прерывает звук едущей машины и мы поворачиваем головы на звук, вместо того, чтобы падать в кусты, становясь невидимыми. Я опомнилась первая и тяну Лёна за рукав.

- Лён, ты что застыл, падай, у нас еще есть время! - Кричу я ему прямо в ухо, но он как завороженный пытается разглядеть машину, едущую на нас. - Да что с тобой! - Кричу я, уже колотя его в руку кулаками.

- Это наша надежда, и если не сейчас, то уже никогда. - Говорит он, а  я не понимаю ни слова из того, что он сказал. Какая надежда? Если он о нашем разговоре, то причем тут машина, от которых мы укрывались и таились всю дорогу? Он говорил, что сообщит информацию, то как только надежда станет пустой. Или наоборот актуальной? Я не могу вспомнить, и стою, вместе со всеми. Мы смотрим на приближающуюся машину и разглядываем в стекле пассажиров. Но уже слишком темно, чтобы кого-то заметить. И мы просто стоим, освещенные фарами большой машины, на виду, как четыре деревца, раскачиваемые легким ветерком.

Машина останавливается, заглушая свой мотор, пышущий жаром. Дверь открывается и из машины выходит только один человек. Он идет к нам, и я слышу вздох облегчения вырвавшийся из груди Лёна. Во мне тоже начинает переворачиваться все внутри, когда я, не видя лица, узнаю походку и все движения идущего к нам человека.  Все оживают и бегут на встречу ему. Все, кроме меня. Я не могу поверить своим глазам и губам, которые шепчут его имя «Тим». Я не могу заставить себя, как раньше, броситься ему на шею, расцеловать и прижать к себе. Я слишком многое упустила, чтобы позволить себе такое поведение. Все растворилось и я не чувствую в себе тяги к человеку, которого я не достойна. И если он меня презирает, то я буду рада, обоснованности его чувств. Но если он станет снова утверждать обратное, я не смогу ему поверить. Уж если я не могу себя простить, за глупые, необдуманные поступки, то как может меня простить он? Я чуть не подбила его на решение, изменившее все в его жизни и в жизни многих невинных людей, которым пришлось бы ввязаться в чужую войну!

Тим кивает всем, перебрасывается несколькими словами и они садятся в машину. Он оборачивается и идет ко мне. Мои мышцы сковало и я не могу пошевелить даже пальцами рук, просто стою и не могу отвести взгляд от него.

- Лин, ты что здесь стоишь, пойдем скорее. - Говорит он и обнимает меня, когда подходит достаточно близко. Но не чувствуя ответных объятий отстраняется и смотрит мне в глаза. - Что-то случилось? Что с тобой?

Я открываю рот, но не могу произнести ни слова. Это шок, или я просто боюсь, сказать то, что должна. Тим осматривает меня и хочет сказать что-то еще, но к нам подходит Лён и зовет скорее садиться в машину. Тим берет меня за руку и тянет за собой к машине. Я передвигаю ноги и иду за ними, усаживаюсь на переднее сидение, куда Тим меня подводит и расслабляю мышцы, которые от долгой дороги ноют и болят.

Я закрываю глаза, но не сплю. Напряжение не дает мне возможности отключиться от реальности, хотя бы на некоторое время. Я просто делаю вид, что уснула, чтобы спрятаться от объяснений своего странного поведения. Я не хочу изливать то, что накопилось у меня внутри, при всех.

Мотор заводится и машина медленно приходит в движение, меня качает на сидении и Тим, наклоняясь ко мне, аккуратно пристегивает ремень безопасности.

- Что с ней? - Обеспокоенно спрашивает он, обращаясь к остальным.

- Наверное устала, а вообще я давно заметил, что она решила повесить на себя все случившиеся события. Наверное не может теперь себя простить, за то что втянула нас во все это! - Объясняет Тиму Лён.

«Предатель, вот я поговорю с тобой, как только останусь наедине. Врезать бы тебе как следует»

- Она даже не подошла ко мне, когда я приехал, может я что-то неправильно сделал? Может нужно было рассказать ей наш план, а не скрывать? Точно, мы договаривались не скрывать друг от друга ничего, а я скрыл. Заставил ее думать, что бросил. Зря мы так. - Начинает накручивать себя Тим и мне становиться не по себе. Ему не за что себя винить, это я во всем виновата. Я поставила его пред выбором. Из-за меня ему пришлось вернуться из Коммуны, где тихо и спокойно, в этот омут, где через некоторое время начнется война. Еле сдерживаю себя, чтобы не выдать своего притворного сна.

- Да нет, мы все правильно рассчитали. Никто не должен был знать, что ты задумал выехать из Нового города, чтобы предупредить людей в Коммуне и вернуться помочь нам. Кстати где водитель, который должен был возить тебя? - Спрашивает Лён, очень обеспокоенно.

- Не волнуйся, все в порядке. Я оставил его в Коммуне, чтобы он не выдал нашего расположения и того, что я скрылся на машине. Сейчас его никуда не пустят, а после я проведу с ним беседу.

- Хорошо, а то я уже надумал себе. - Смеется Лён. - Я достал отпечатки для нас. Теперь нас пятеро. Я чуть не поседел, когда ты стал задерживаться.

- Пришлось повозиться с управлением машины, а что с оружием?

- Все в порядке. Девчонки достали даже больше, чем требовалось, но есть проблема, никто из нас не умет из него стрелять.

- Я умею, а большего нам и не надо, я надеюсь. Остальное для устрашения. Чтобы наши слова воспринимались всерьез. Говорят, раньше, это всегда действовало. - Отвечает Тим.

- А где ты научился стрелять? - Спрашивает Су, вмешиваясь в разговор между Леном и Тимом.

- В Коммуне есть оружие. Никто не говорил вам, что мы не придерживаемся такой же позиции как соседствующие города. Если есть человек, то оружие всегда будет преследовать его жизнь. Поэтому, чтобы не оказаться в ненужный момент с поднятыми вверх руками, мы заранее позаботились о том, чтобы в наших руках было средство защиты. И к тому же у нас не было такого купола, как у вас, и нападение животных никто не отменял.

- Понятно. - Отвечает Су. - Вот не понятно только одно. Как они могут спать, когда меня трясет от нервного напряжения?

«Значит Рон спит, везет же ей. А Су? Хотела бы я послушать, что она еще скажет относительно меня.»

Но она молчит, не вмешиваясь больше в разговоры между ними.

- Что говорит Зоин? - Спрашивает Тим.

- Зоин сказал, что все правление настроено серьезно и никто не прислушивается к его советам. Последнее слово в этот раз за членом правления по безопасности. Именно он принял решительные меры. Это его план, за который ухватился председатель правления, как за единственно верный.

- Плохо, - задумавшись, отвечает Тим, - значит Зоину не удастся тянуть время. Его не будут слушать и принимать во внимание его мнение. Надеюсь на его мудрость, может у него что-то получится?

- Как там Лин? - Спрашивает Лён,  озадаченным голосом.

«Надо же, какая забота?»

Тим наклоняется надо мной и слушает мое дыхание. Я стараюсь дышать как можно медленнее и спокойнее, но от того, что он рядом у меня с трудом получается. Он вскользь целует меня в щеку и продолжает следить за дорогой.