История. Тетралогия - Быков Сергей - Страница 110

   Вода лучше огня, в ней хоть побарахтаться можно, в огне же, сразу смерть. Мыши войдут в воду и Хрусталька унесёт их от нас к Бененой маме. Я так думаю. Если успеем, то за траншеей положим ещё один вал сухостоя, просто на землю, если, не дай бог прорвут первую линию, подожжем вторую. Тут главное лес не запалить заодно, а то будет нам погоготать. Лесной пожар, да в такую погоду, хуже не придумаешь, лучше мыши . Поэтому под чутким руководством чёрного дембеля пожарной охраны мы проводили контролируемые выжигания травы на опасных направлениях, создавая зону в которую огонь не пойдёт ни в коем случае.

   Через три дня прибежал Ярик. Уставший, слегка осунувшийся. Худшие предположения Хатака подтвердились.

   - Мы почти на два дня уже удалились в степь, когда заметили далеко на горизонте тёмное непонятное облако. - Рассказывал парень. - Странное какое-то, мельтешит всё время, а дед Хатак сразу сказал - птицы это. А я спрашиваю, "разве ты их видишь, дед Хатак", а он говорит - "я знаю, видел уже такое. Это хищники над лавой кружат. Пируют! Им сейчас раздолье, еда сама в лапы идёт - хватай и жри!". А потом уже и стада увидели, как поближе подошли. Всё бегут, не так что бы галопом, но поспешают! Дед Хатак не стал дожидаться, когда самих мышей разглядим, сразу меня послал обратно. Пусть готовятся, говорит, а я пока буду наблюдать.

   Да, что сказать... не пронесло! Немного придя в себя после быстрого бега, отдохнув и поев, Ярик посмотрел на наши приготовления и быстро сообразив, что к чему, сразу прибежал ко мне и с горящими от возбуждения глазами предложил.

   - Дядя Пётр, а ведь ветер уже дней пять от нас в степь дует. Что если мы отойдём от леса подальше и пустим пал навстречу мышиной лавине? Хоть сколько-то их сгорит?!

   Я на несколько секунд задумался. А, что, мысль-то здравая. Только сделать всё нужно по уму. Эх, мне и тут нужно ещё много сделать, и там бы всё организовать. Но на двух стульях одной жопой не усидишь, хороший руководитель должен уметь делегировать полномочия своим подчинённым и верить в них. Тут уже все имели опыт, пусть и небольшой, по контролируемому выжиганию, поэтому, по здравому размышлению оставив при себе только Сильвера и Батора, бегунов так себе, навтыкав ЦУ остальным охотникам, отправил их обратно в степь. Надеюсь, они всё сделают правильно. А мы продолжили изнуряющую работу, затыкали дыры в погребах, подвешивали на растяжках всё, что мыши могли поточить, начиная от съестного кончая одеждой и разнообразной утварью. Наиболее ценные вещи и стратегический запас посадочных семян, который мы всегда хранили, на всякий случай, перекочевал в катамаран и две лодки. При самом плохом раскладе, не дай бог, конечно, мы просто отступим в воду .

   Через два дня мужики вернулись домой. Целые и невредимые, хотя и слегка, так сказать, с дымком. Пал не только удалось удачно пустить по ветру, но также удалось не поджечь лес.

   - Знатная хрень вышла! - прокомментировал уставший Хатак, почёсывая опаленную бороду. Было видно, что эти побегушки дались ему нелегко. По оценке старого охотника, мышиное нашествие остановить не удалось, но вот сдвинуть основную массу в бок получилось. Теперь самым опасным, как я и предполагал, будет только наш берег Хрустальки. Что ж, первый удар мы нанесли. Теперь осталось готовиться и ждать .

   Ещё через день проявились первые признаки надвигающеёся "орды". Из леса потянулось мелкое зверьё. Лисы, зайцы, еноты всякие, косули . Мы были начеку и контролировали полосу с горящими факелами. Размахивая ими и колотя в барабаны, мы заворачивали всё нарастающий поток животных на другой берег Хрустальки. Слава богу, особо крупных и слишком многочисленных животных на нас не выходило. В отличии от отчаянной мелочи, те же кабаны, лоси, волки или олени, как только оказывались на краю леса, тут же останавливались, тревожно прислушивались к громким, пугающим звукам, втягивали ноздрями опасный запах дыма, и стараясь вовсе не выходить на открытое пространство, перебирались через речку. Исход продолжался пол дня. А потом как-то всё вдруг затихло, лишь в вышине, над лесом, показались парящие птицы. Значит - скоро!

   А затем из леса родился шум . Не громкий, и поначалу совсем не страшный, словно ветер разыгрался среди пожухлой листвы. Но по мере приближения, из этого шума начали выделяться некие звуки, которые лично я однозначно индифицировать не мог, но от которых волоса на голове начали шевелиться. Да что там, на голове, по всему телу дыбом встали, и мурашки с ноготь величиной!

   Мыши пришли! И имя им - легион!

   Поначалу было слишком далеко, чтобы разобрать подробности. Из леса показалась как бы чёрно-серая кайма, которая беспрестанно и непонятно шевелилась, растекаясь на всю ширь свободного пространства. Она не была ровной. То там, то тут из неё вырывались тёмные клинья, которые, довольно быстро, останавливались, и остальная масса наползала на них. Полное ощущение, что на нас движется гигантская амеба, выпуская и втягивая свои ложноножки. И двигалась эта "амёба" вроде и не быстро, но совершенно неумолимо, и так же как и реальная амёба, всё пожирала на своём пути.

   Звук становился всё громче и начал распадаться на отдельные фрагменты; писк, верещание, топот миллионов лапок и шум миллионов движущихся челюстей. Чем ближе подползала лава, тем отчётливей было видно, что она состояла, по крайней мере, из нескольких видов грызунов. "Ложноножки" которые выпускала основная масса - это передовые отряды, которые вырывались вперёд и тут-же "точили" всё, что попадало им в зубы. Мыши останавливались, хватали своими маленькими лапками то, до чего успели добраться и пихали это себе в рот, активно жуя. Следующие за ними мыши, перебирались прямо по ним, по телам, по головам, вторым, а то и третьим слоем, и устремлялись вперёд, выбрасывая следующую "ложноножку". И так раз за разом, безостановочно, неумолимо в своём движении . Интересно, смогут они заесть мамонта если тот им попадётся? - Промелькнул у меня чисто академический интерес - Наверное смогут.

   Над лавой лениво кружили отяжелевшие хищные птицы. У них теперь знатный пир. И как бы не было крылатых много, мышей было на порядки больше.

   Ознобом передёрнуло стоящую рядом Соле.

   - Страшно? - спросил я

   - Противно! - ответила она, пристально глядя на приближающуюся массу зверьков. А потом немного помолчала и добавила тише - И страшно!

   - Не бойся, моё солнце. Помнишь, что я говорил? На земле, самый ужасный и опасный зверь - это мы! И сейчас мы им покажем, кто в доме хозяин! Приготовились! - крикнул я остальным, потому что мыши, наконец-то добрались до полосы выжженной земли . И она им очень не понравилась. Ложноножки перестали вытягиваться, передние ряды застопорились, грызуны стали вставать столбиком, тревожно шевелить носами и громко попискивать. Но через них напирая, шла следующая волна, которая перевалив, тоже тормозила, не желая идти по сгоревшей и пахнущей свежим дымом земле. Инстинкт гнал их обратно, но третья волна напирала и толкала вперёд. И так, волна за волной с диким писком, который перешел, казалось в инфразвуковую область, масса голодных грызунов катилась на наше заграждение. Ближе, ещё ближе пятнадцать метров, десять - пора!!!

   - Давай - закричал я - поджигай! - И мы разом, сунули свои факелы в траншею. Пламя практически мгновенно охватило сухую, как порох, древесину, да ещё и обильно политую всяческими смолами и маслами.

   Над траншеей встала стена жара, от которой пришлось даже нам отступить подальше. Ну, так я ж всё по фэн-шую проделал. Как говорят у нас в пожарке - "Пожарник, прежде чем научиться хорошо тушить, должен научиться хорошо поджигать! Дабы постичь и понять специфический процесс горения!". Так что, гори-гори ясно, чтоб подольше, мать вашу, не погасло!

   Сквозь языки огня было видно, что напирающая масса забурлила, остановилась, опаляемая жаром, и замерла в зыбком равновесии. Надо простимулировать мышек к принятию "правильного решения"