Небесные корабли (СИ) - Соловьёва Кира Александровна - Страница 10

- Кто?

- Знакомые. Госпожа Нэлинта, господин Ишет и господин Дарштед из Братства Отверженных.

- Ничего себе у тебя знакомые, - вытаращился некромант.

Шейн пожал плечами:

- Люди как люди. Я тоже входил в это Братство. Я, Сима, Лефранса, Рикартиат, эльфийская принцесса Миленэль, упомянутые Нэлинта, Дарштед и Ишет, госпожа Виттелена Неш-Тавье, Кейла, Грейн... в общем, нас было много. И мы были очень сильны, но против инквизиции слепой силы недостаточно.

Эльва растянул губы в кривой усмешке, поправил ворот и встал, опираясь на спинку кресла.

- Выдвигаемся, - велел он. Бросил преисполненный грусти взгляд на топор, намереваясь отдать его лекарю - пускай перепродает, но седой вызвался тащить чужое оружие и сумку.

- Я мощный, я выносливый, я высокий, - бормотал он. - Что мне какой-то гномий топор! Ха! Тем более в Кадриде ты наверняка оправишься и дальше все понесешь сам.

- Ты дьявольски любезен, спасибо, - похлопал его по спине парень.

Руны перехода Шейн расположил в свободном от стеллажей и шкафов зале. Ровный круговой узор, похожий на скопление каштановых листьев, а внутри, за их остроконечными гранями - ряды символов. Когда маги оказались в центре ритуального рисунка, он медленно заполнился светом - что характерно, опять голубым. Эльва про себя отметил, что дару седого свойственен такой цвет, и опустил веки. Он никогда не любил смотреть на мелькание образов и на черную, непроглядную пустоту - а ведь именно сквозь нее прокладывали путь руны.

Второй, ответный узор был выведен на полу огромной библиотеки. Здесь грани слегка дымились, а свет сделался красновато-синим. Осмотревшись, некромант вежливо поклонился симпатичной светловолосой девушке с васильком за левым ухом.

- Шейн... господин Тиез... - в свою очередь присела в реверансе она. Карминовое платье зашелестело.

Повелитель северного ветра вышел вперед:

- Эльва, для меня честь вас познакомить. Это Нэлинта, заклинатель демонов.

- Очень приятно. - Некромант поцеловал девичью ладонь, прохладную и мягкую. Нэлинта улыбнулась, взяла его под локоть и сообщила:

- Я проведу вас к Ишету и Дарштеду. Они еще обедают, но, я полагаю, скоро закончат. Наши дела не терпят отлагательств.

- Важные, должно быть, дела? - осведомился Эльва.

- Ну конечно. Братство Отверженных ерундой не занимается, - рассмеялась демонолог. - Для ерунды существует Гильдия и Академии. Кстати говоря, вы ведь некромант? Я могу попросить вас об одолжении?

- Нэл, - вмешался седой. - Господин Тиез ранен. Ему трудно...

- Я буду рад, - перебил его парень, - помочь такой очаровательной даме. Что от меня требуется?

Нэлинта торжествующе взглянула на Шейна и вновь повернулась к Эльве.

- Понимаете, в тальтарской Академии Магии скоро начнется практика. На всех факультетах, кроме факультета некромантии, учителей пятеро-шестеро. А ваших юных коллег вынужден обучать искусству Смерти всего один человек, к тому же старенький. Если бы вы к нему присоединились - только на время практики! - я была бы чертовски вам благодарна.

- Тальтара, значит... - на бледном лице мага появилось мечтательное выражение. - А что? Я не возражаю. Сотрудничать с господином Сулшератом будет ужасно весело.

- О, так вы его знаете? - обрадовалась Нэлинта, шагая по узкой галерее с витражными окнами и картинами на противоположной им стене.

- Я много кого знаю, - кивнул некромант.

Девушка просияла, остановилась у двустворчатых дверей из темного дерева, прокашлялась и сказала:

- Сейчас я представлю вас нашим товарищам. Сохраняйте спокойствие и постарайтесь выглядеть дружелюбно.

- Они такие нервные? - уточнил Эльва.

Шейн мрачно усмехнулся:

- Да.

И заученным, легким, красивым движением толкнул створки.

Они открылись вовнутрь, в роскошную столовую. Заняты были всего два места - по оба конца прямоугольной столешницы, накрытой зеленой скатертью и уставленной блюдами с мясом, разнообразными салатами и картошкой с зеленым луком.

Справа устроился инфист. Его серые с красным отблеском глаза выглядывали из-под синей челки, а на левой надбровной дуге, скуле и щеке виднелись застарелые шрамы. Они складывались в контуры переплетенного с диким виноградом шипастого побега.

Слева сидел человек - с легкой горбинкой на носу и угольно-черными, длинными, заплетенными в косу волосами. Он приподнял уголки губ, указал на свободные стулья - как раз три штуки, - и пригласил:

- Присоединяйтесь, ребята.

- Господин Тиез, - опомнилась Нэлинта. - Перед вами господин Ишет - тот, что предлагает составить ему компанию, - и господин Дарштед - тот, что молчит.

- Господа. - Эльва поклонился повторно.

- Давайте оставим все эти рамочки этикета, ладно? - скривился Ишет. - Мы собрались тут ради убийства. Какой смысл кланяться, здороваться, называть свое полное имя и бурчать, что подобное знакомство - для него честь?

Некромант бросил предупредительный взгляд на Шейна, готового начать спорить, и покладисто опустился на стул. Подвинул к себе чистую тарелку и вооружился салатом, искоса наблюдая за людьми, которые свергли инквизицию и установили нынешний порядок вещей.

- Эльва Тиез де Лайн, верно? - заговорил Дарштед. Его голос оказался хрипловатым, явно простуженным и едва различимым на фоне звяканья столовых приборов. - Я о вас наслышан.

- Да, сегодня я популярен, - с грустью отозвался парень. - Сначала Аулталь, городской маг из Ландары, а теперь вы.

Инфист нахмурился и благоразумно отказался от дальнейшей речи. Эльва обратился к Ишету:

- А кого, если не секрет, вы намереваетесь угробить?

- Одного мерзкого человека, - туманно пояснил тот. - Я рассчитывал, что Шейн вам расскажет, но, как видно, рассчитывал зря. Около месяца назад, в Бертасле, под покровительством народа гномов и прикрытием народа инфистов, мы поймали опасного, - тон Ишета стал откровенно саркастическим, - еретика.

- Еретика? - удивился некромант. - Я думал, что подобные понятия остались в прошлом. Вместе с инквизицией.

- Нет, - помотал головой Ишет. - Инквизиция пока не в прошлом...

- ...но после обеда мы ее туда отправим, - зловеще пообещал Дарштед.

Они, разумеется, сдержали свое слово. Когда с тарелок исчезли последние кусочки мяса и картошки, инфист поднялся и вытащил из скобы факел. Молча показав, что сейчас надо идти прочь, он выбрался в коридор и зашагал к одинокой лестнице. Одинокой и сильно потрепанной - перила были вывернуты, ступени пестрели дырами, а на камнях чернели темные пятна копоти.

Миновав несколько пролетов и спустившись на восемь ярусов, Эльва увидел дыру в полу - и, соответственно, в потолке яруса следующего. Дарштеда она не смутила - инфист через голову стянул рубашку, расправил перепончатые крылья, до поры обернутые вокруг тела, и спрыгнул. Ишет завистливо вздохнул, прошептал нечто путанное и гортанное, нарисовал указательным пальцем круг - и провал накрыло магическим щитом, белесым и полупрозрачным. Ступать по нему было довольно жутко, но спустя еще два пролета Эльва благополучно забыл о маленьком приключении, потому что вышел на границы тюрьмы.

Широкий коридор, тяжелые добротные решетки. Повсюду валяются сломанные кандалы и осколки каменных плит. А еще - нависает мрак, едва-едва разгоняемый светом факела.

Дарштед первым достиг единственного узилища, где был заперт и прикован к стене живой человек. Тощий, с давно не мытыми патлами цвета воронова крыла, он посмотрел на своих тюремщиков... и оскалился.

Шейн заливисто рассмеялся:

- Добрый день, отец Еннете!

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

КЕОРН

Пленный мужчина - основатель инквизиции, тот, кто усердно продвигал ее к верхушкам общества, - попытался вырваться. Цепи загрохотали так, что по тюрьме пробежало эхо, настолько оглушительное, что передернуло даже самого виновника происшествия.

- Любопытно, - произнес Эльва. - Я думал, что он иначе выглядит.