Куда уехал цирк (СИ) - Лоза Елена - Страница 23

Федор, смотрел на пустой зал, и радостно возбужденных артистов поджав губы, в его душе царило раздражение. От того, что представление удалось, и от того, что пришлые решили устроить праздничный ужин. Даже не спросив у него согласия, просто повернулись и пошли в паб за едой, поручив оставшимся приготовить стол на заднем дворе. Конечно, обещали слушать его советы и хоть бы спросили! Хотя раздражение вряд ли стало бы меньше. Они же ничего не смыслят в цирке, а берутся делать и решать! И что самое скверное у них все, получается, решается и находится вроде бы само собой! Не успокаивала даже полная касса, которую кстати никто из них, даже не подумал считать бросили все на него Федора умотали…

Марья вынырнула между фургонов на задний двор, таща в руках стопку тарелок, и не сразу поняла, что происходит. Двое молодых мужчин пытались поймать девушек. Эни сумела спрятать Стаси себе за спину, а сама ловко уклонялась, от жадных мужских рук.

— А, ну стой на месте, увертливая сучка! — мужчины были явно пьяны.

— Что?! — Марья поставила тарелки и быстро отправила девочек уже к себе за спину, уперла руки в бока и прошипела. — Попрошу выбирать выражения!

— О мадам явилась! — мужчина постарше, расплылся в мерзкой улыбке. — Ну, хорошо мы заплатим за услуги твоих девок, вперед!

— Это цирк, а не бордель, — льдом в голосе Марьи можно было заморозить полгорода.

— А какая разница?! — расхохотался второй. — Все циркачки продажные!

— И чем раньше начинают, тем лучше работают! — поддержал его старший.

— А ты старая шлюха, из себя благородную корчишь? Ааа, понял, завидуешь молоденьким!

Марья в спокойном состоянии не являлась обладательницей сильного дара. Но при накале эмоций, не важно — положительных или отрицательных, способности усиливались многократно. Сейчас женщина испытывала сильнейшее отвращение, и желание прибить недоумков. Поэтому приказ убираться сформировался очень четко. Мужчины вздрогнули, недоуменно переглянулись развернулись и нырнули в промежуток между фургонами.

Со стороны шапито раздался счастливый смех Мары.

— Зараа, гаадалаа, — нараспев доложила девочка.

— Дальнюю дорогу и перемену в жизни! — пояснила, Люсиль идущая вслед за сестрой и вдруг всполошилась. — Ой, мы развлекаемся, а вы накрываете на стол!

— Да мы уже почти накрыли, — несколько натянуто улыбнулась Марья и отрицательно покачала головой на вопросительные взгляды Эни и Стаси.

Ужин прошел в веселом обсуждении представления, даже девочки, казалось забыли о происшествии. Только постная мина Федора несколько портила впечатление, но на него не обращали внимания.

Зара, отказала двум посетительницам, но первое представление посмотрела от начала до конца, и теперь советовала сделать отдельный номер с Неваськой. То как он собственным примером заставлял ходить, на передних лапах собак и прыгать вслед за собой через обруч, впечатлило даже видавшую виды циркачку.

— Мне вдруг показалось, — Зара наклонилась и посмотрела на кота уминавшего мясной пирог. — Он понимает, что делает! Невс оторвал морду от миски, убедился, что на него смотрит только гадалка и медленно ей подмигнул. Цыганка на мгновение закрыла глаза, потом снова посмотрела на кота, спокойно хрустящего корочкой, и облегченно выдохнула.

— Это ж надо такому показаться…

— У нас проблема с производством попкорна, — между тем вынесла производственный вопрос на общее обсуждение Марья. — Сегодня хватило в обрез, а на завтра просто не успеем наделать нужного количества.

— Значит, будем работать посменно, всю ночь, — решил Ло. — Нас шестеро, по два часа. И отдохнуть успеем нормально, а утром придет мама Иду с девочками и продолжат.

— Нас конечно, как маленьких отправляют спать… — синхронно насупились брат и сестра.

— Если вы не забыли, завтра у вас мастер класс по брейку, — напомнил ребятам дядя. — Платный кстати. Вы выучили жаргонное название здешней мелочи?

— Конечно. Цент — пенни, пять — никель, десять — дайм, двадцать пять — квотер, пятьдесят — халф, — отрапортовала Эни. — И вообще им, что трудно на монетах цифры нарисовать было?

— Претензии к монетному двору можете отослать в письменном виде. Мистер Федор, — подчеркнуто вежливо обратился Ник к партнеру. — Послезавтра суббота, мы можем дать два представления, дневное и вечерне?

— Для кого? — Федор единственный за столом выглядел хмурым. — В воскресенье, можно, — народу будет полно, а суббота рабочий день.

— Изя, а шабат в субботу таки в наличии? — поинтересовалась Марья у музыканта.

— Таки да, — старый музыкант удивился осведомленности женщины.

— А может, ты пригласишь, свою родню и друзей на представление? Угостим их попкорном, если он конечно кошерный…

— Всех? — очень заинтересовался Изя.

— Детей! Взрослым за мани, — спохватилась бережливая завхозша. — А Джонатан, между прочим, знает кучу анекдотов на идише.

— А шо он у нас таки тоже еврей?! — Изя хитро прищурился.

— Таки не тоже, — невозмутимо парировал Джонатан, — Хотя если хорошо подумать, то двоюродный брат, мужа моей тети, был женат на еврейской леди и жили они в городе Одесса.

— А ви говорите не тоже! — старый еврей погрозил пальцем Натану. — Схожу завтра и таки приглашу.

— Так, — Федор встал. — пора расходиться. — Ваше дело, будете давать представление в пустом зале! А завтра я посмотрю, как от боли в мышцах, пошевелиться не сможете. Артисты… На два представления замахнулись, тоже мне.

Однако утром Федора ждал большой облом. Откуда ему было знать, что команда, регулярно посещала тренировочный полигон, и тренажерные залы. А курсанты академии, не страдали недогрузом по физподготовке по умолчанию. Поэтому от крепатуры страдал один Робин. Как только он появился на территории цирка, ходоки поняли, что у сержанта большие проблемы. Мужчина двигался осторожно, поворачиваться старался всем корпусом, а руку поднимал так как будто к ней был привязан груз. При этом каменному выражению лица, могли бы позавидовать даже сфинксы. Робина без долгих разговоров, наплевав на разглашение некоторых секретов, запихнули в сундук с горячей водой. Правда, запихиваемый, увидав емкость, в которой днем раньше мыли посуду, а сейчас предложили полежать ему, слегка по упирался. Но, уже через пару минут откисания в пахнущем травами кипятке, на черном лице расплылось блаженство. Но все хорошее как известно заканчивается, однако сержант никак не ожидал такого откровенного издевательства.

Марья, сосредоточенно разминающая пальцы, предложила завернутому в простыни сержанту отправиться к обеденному столу, развернуться и улечься на оный стол. Пациент, резво попятился в угол и для верности прикрылся стулом.

— Робин, ты же понимаешь, что водного прогрева мышц недостаточно, — начала объяснять удивленная женщина. — Даже если Ло добавил лекарство в воду. Тебе нужен хороший массаж со спортивным кремом.

Сержант отчаянно замотал головой, слово массаж было вполне понятно. О подобных салонах в Чайнатауне он был наслышан по долгу службы. Конечно миссис Марья отличалась от всех других, но что бы делать массаж ему?!

— Нет, только не Вы! Не белая женщина!

— Эээ, а какое слово было главным, белая или женщина?

— И то и другое! Миссис Марья…,- мужчина задохнулся, не находя слов.

— Ладно, ладно не надо так напрягаться, — Марья пожала плечами и вышла из палатки. — Олееее! Иди сделай массаж этому нервному.

— А ты чего? Руки болят? — в голосе шведа звучала явная озабоченность.

— Ни чего у меня не болит! Просто Робин меня стесняется.

— Робин чего?! — изумился Оле. — Не ну я понимаю, был бы какой дистрофик, мог бы и стесняться, а тут-то чего?

— Чего, чего!!! Ну как же ж белая женщина да к его черной шкуре прикоснется! — Марья состроила плотоядное лицо. — Хорошо пропаренной.

— Ууу как все запущено! Была бы здесь Даян, она бы провела воспитательную работу!