Два мира. Том 1 (СИ) - "Lutea" - Страница 116

— Помимо присоединения к коллективу профессоров из Конохи, — Дамблдор учтиво кивнул Акацукам, они ответили ему тем же, — у нас два изменения в преподавательском составе. Мы рады вновь приветствовать здесь профессора Граббли-Дёрг, которая будет вести занятия по уходу за магическими существами. Я также с удовольствием представляю вам профессора Амбридж, нашего нового преподавателя защиты от Тёмных искусств.

Прозвучали вежливые, но довольно вялые (по сравнению с теми, которых были удостоены Итачи и Сасори) аплодисменты.

— Эй! — вполголоса воскликнул Наруто, вглядываясь в лицо профессора Амбридж. — Это же та заместительница министра, у которой мы были, даттебаё.

Хината тоже внимательно присмотрелась к невысокой полной даме, поднявшейся на ноги и явно вознамерившейся держать речь. «А я-то думала, Сакура преувеличивала, когда рассказывала о ней», — подумала Хината.

— Благодарю вас, директор, — жеманно улыбаясь, начала Амбридж, — за эти добрые слова приветствия. Как приятно, доложу я вам, снова оказаться в Хогвартсе и увидеть столько обращённых ко мне счастливых маленьких лиц! Я с нетерпением жду знакомства с каждым из вас и убеждена, что мы станем очень хорошими друзьями!

Школьники начали переглядываться, некоторые с трудом подавляли смех. Профессор Амбридж издала крайне неприятное «кхе-кхе», и заговорила вновь, но теперь её слова звучали так, словно были вызубрены наизусть:

— Министерство магии неизменно считало обучение юных волшебников и волшебниц делом чрезвычайной важности. Редкостные дарования, с которыми вы родились, могут быть растрачены впустую, если их не развивать и не оттачивать бережными наставлениями. Беречь, приумножать и шлифовать сокровища магических познаний, накопленные нашими предками, — первейшая обязанность тех, кто посвятил себя благородному делу преподавания.

Хината видела, какими взглядами обменивались внимательно слушавшие Амбридж хогвартские профессора — и сама старалась не упускать ни слова из сказанного.

— Каждый новый директор Хогвартса привносил в трудное дело руководства этой древней школой нечто новое, и так оно и должно быть, ибо без прогресса нашим уделом стали бы застой и гниение. Однако прогресс ради прогресса поощрять не следует, ибо большая часть наших проверенных временем традиций в пересмотре не нуждается. Итак, необходимо равновесие между старым и новым, между постоянством и переменами, между традицией и новаторством, — продолжала говорить Амбридж, напрочь игнорируя тот факт, что почти никто в зале её не слушает, — потому что иные из перемен приносят подлинное улучшение, в то время как другие с течением лет выявляют свою ненужность. Точно так же некоторые из старых обычаев подлежат сохранению, тогда как от тех из них, что обветшали и изжили себя, следует отказаться. Сделаем же шаг в новую эру — в эру открытости, эффективности и ответственности, сохраняя то, что заслуживает сохранения, совершенствуя то, что должно быть усовершенствовано, искореняя то, чему нет места в нашей жизни.

Наконец закончив, она села. Альбус похлопал; педагоги последовали его примеру, но без особого энтузиазма. Присоединился и кое-кто из учеников, но большей частью они просто прозевали конец речи, которой не слушали, и прежде, чем они могли зааплодировать по-настоящему, Дамблдор снова встал.

— Благодарю вас, профессор Амбридж, за чрезвычайно содержательное выступление, — сказал он с лёгким поклоном. — Итак, я продолжу. Отбор в команды по квиддичу будет происходить…

— Что вы об этом думаете? — негромко спросила Хината товарищей, пользуясь тем, что прочие гриффиндорцы были полностью поглощены шутками Фреда и Джорджа.

— Сверху сообщают, — сказал Дейдара, наклоняясь ближе к коноховцам и украдкой кивая на преподавательский стол, — что эту дамочку Альбусу навязал министр, чтобы следить за школой, мм.

— Неужели у него не было кого другого навязать? — простонал Наруто. — Как представлю, что нам придётся ходить на уроки к ней…

— Но конфликтовать с ней ни в коем случае нельзя.

— Согласен, Сакура-чан, — кивнул Наруто, но вдруг спохватился. — Сакура-чан?!

— Да не ори же ты, — шикнула на него Сакура, втискиваясь на лавку рядом с подрывником. — С этой Амбридж надо быть осторожнее.

— Мне уже прочитали лекцию на эту тему, так что хоть ты не начинай, — буркнул Дейдара, через плечо косясь на напарника, смотревшего в их сторону.

— От того, что я напомню, хуже уж точно не будет, — огрызнулась Сакура, но потом вздохнула. — Как всё-таки хорошо, Хината, что ты тоже попала в Гриффиндор — хоть будет кому присмотреть за этими двумя.

— Я постараюсь не подвести тебя, — улыбнулась Хината, чувствуя искреннее облегчение от того, что подруга на неё не сердится.

— Нам всё равно будет не хватать тебя, Сакура-чан, — сказал Наруто, с чувством на неё глядя.

— Говори за себя, да, — хмыкнул Дейдара.

Пока они разговаривали, Альбус объявил торжество оконченным, и все вокруг зашумели и засуетились.

— Ладно, мне пора, — сказала Сакура, увидев машущую ей девушку со значком старосты Когтеврана на груди.

— Пока, Сакура-чан! — крикнул ей вслед Наруто. — До завтра!..

Смотреть на то, как он тоскливо глядит вслед выходящей из зала Сакуре, у Хинаты не было сил, и она поспешно отвернулась.

— Первокурсники! — разнёсся над столом Гриффиндора властный крик Гермионы. — Сюда, пожалуйста!

Проводив взглядом кучку новичков, робко двинувшихся по проходу между столами Гриффиндора и Пуффендуя, Хината заметила спешащую к ним Минерву.

— Мисс Грейнджер, мистер Уизли! — позвала она старост. — Прошу вас показать нашим гостям спальни их курсов.

— Их курсов? — переспросил Рон, явно удивлённый. — Но профессор…

— Делайте, как я вам сказала, мистер Уизли, — сурово посмотрела на него Минерва. — Ваши вещи уже доставлены, — добавила она, обращаясь к шиноби. — Завтрак начинается в семь здесь, в Большом зале; приходите к этому времени, я ознакомлю вас с вашим расписанием.

— Спасибо, профессор, — кивнула Хината.

День был долгим, однако она с удивлением и даже восторгом глядела по сторонам, идя вместе с Наруто и Дейдарой в конце колонны первогодок по школе. Живые портреты, доспехи в коридорах, бесчисленные лестницы и ходы — всё это было безумно интересно и хотелось исследовать тщательней. «Ещё будет время, — сказала она себе. — Возможно ведь, что мы здесь останемся насовсем…» От этой мысли она вздрогнула и поспешила отмести её.

Наконец, небольшая процессия, пройдя по очередному длинному коридору, упёрлась в портрет полной женщины в розовом платье.

— За этим портретом находится Общая гостиная Гриффиндора, — внушительно сообщила Гермиона новичкам; Рон тем временем ковырялся в ухе. — Чтобы войти, вы должны назвать пароль, — она повернулась к картине и медленно и чётко, так, чтобы все расслышали, сказала: — Мимбулус мимблетония.

— Верно, — кивнула женщина в платье, и её портрет повернулся в их сторону, как створка двери; в стене за ним открылся круглый проём.

Общая гостиная Гриффиндора оказалась уютной, расположенной в башне комнатой, выдержанной в факультетской красно-золотой гамме. Перед камином, где весело потрескивал огонь, стояли мягкие вытертые кресла и шаткие старинные столики. В одном из кресел гордо возлежал Живоглот, поднявший на вошедших жёлтые глаза; Мадары нигде поблизости видно не было.

— Девочки, ваши спальни находятся здесь, — произнесла Гермиона, указывая необходимую дверь. — Мальчики, вам сюда, — когда первокурсники ушли, она повернулась к куноичи. — Пойдём со мной, Хината, я покажу нашу спальню.

Попрощавшись с парнями, Хината следом за Гермионой поднялась по винтовой лесенке и попала в небольшую круглую спальню с шестью кроватями с пологами на толстых ножках.

— …точно тебе говорю, всё он врёт…

Гермиона громко прокашлялась; две девушки, сидевшие рядом и беседовавшие, сблизив головы, повернулись к ней.

— Парвати, Лаванда, знакомьтесь, это Хината, — сказала Гермиона, вытягивая нерешительно замершую на пороге девушку на центр комнаты.