Два мира. Том 1 (СИ) - "Lutea" - Страница 180

— Пообещай мне одну вещь, — прошептала она, отстраняясь.

— Какую? — так же тихо спросил Яхико, вновь заглядывая в её глаза, янтарные, безумно красивые.

— Что больше не умрёшь, — Конан говорила серьёзно, даже требовательно. — Ещё одной потери тебя я просто не переживу.

— Обещаю приложить все усилия для этого, — сказал Яхико, легко касаясь на миг губами её лба. — На этот раз всё будет по-другому, Конан. Я верю, судьба не просто так дала нам второй шанс, и в этот раз мы сможем создать то будущее, о котором мечтали.

— Сейчас это сделать стало сложнее, — произнесла Конан. — В Амегакуре мир, но нас по-прежнему окружают крупные страны, отношения между которыми опять накаляются. Акацуки же больше не группа повстанцев, а всем известная организация отступников; на всех нас объявлена охота, и…

— Надеюсь, однажды мы сможем это исправить, — мягко прервал её Яхико.

Конан ничего не сказала; чувствовалось, что она хочет верить в возможность такого развития событий, но годы жизни бок о бок с нукенинами практически полностью уничтожили в ней прежнюю веру в чудеса. Ободряюще улыбнувшись ей, Яхико перевёл взгляд на неподвижно лежащего на кровати Нагато.

— Мы знаем, как помочь тебе, дружище, — сказал Яхико, протягивая руку к барьеру, почти касаясь его. — Подожди ещё немного, скоро всё встанет на свои места.

Может быть, ему показалось, но барьер засветился чуточку ярче.

Приняв душ и переодевшись, Яхико спустился на кухню. Конан стояла у плиты и жарила мясо; пахло так вкусно, что у шиноби мгновенно возникло желание немедленно стянуть уже подрумянившийся аппетитный кусочек прямо со сковородки, от воплощения в жизнь которого его удержало лишь присутствие в комнате сосредоточенно читавшего какой-то свиток Какудзу.

— Привет, — поздоровался Яхико несколько неуверенно; конечно, он был главой организации, но этот подчинённый был старше его, так, на секундочку, в три раза, поэтому Яхико не знал, как себя с ним вести.

Подняв взгляд от своего свитка, Какудзу несколько секунд порассматривал Лидера, а затем медленно кивнул. В его компании Яхико было крайне неуютно, но он напустил на себя самый непринуждённый вид и устроился за столом. Конан тут же поставила перед ним тарелку с едой.

— Как наш пленник? — поинтересовался Лидер, чтобы не сидеть в тишине.

— Мы разместили его в большой камере на втором уровне, — ответил Какудзу.

— Пришлось как следует накачать его ядом, подавляющим чакру, — добавила Конан, берясь за приготовление второй порции. — Конечно, мне потом придётся долго извиняться перед Сасори, что я без спроса хозяйничала в его лаборатории и брала его яды, но другого выбора нет.

— Хочешь поговорить с Какаши? — спросил Какудзу у Яхико.

— Думаю, загляну к нему сегодня, — отозвался тот, подцепляя палочками кусочек мяса. — Признаюсь, мне очень интересно, что из себя представляет знаменитый Копирующий Ниндзя.

— Он не очень разговорчив, — предупредил Какудзу и вновь вернулся к чтению.

Некоторое время Акацуки сидели в молчании. Обведя товарищей задумчивым взглядом, Яхико осознал, что кое-кого не хватает.

— А где Хидан?

— В плену, — даже не подняв взгляд от свитка, ответил Какудзу.

От неожиданности Лидер подавился.

— Не понял, — проговорил он, откашлявшись.

— Коноховские шиноби, с которыми мы сражались, сумели схватить его, — безэмоционально сообщил Какудзу.

Яхико бросил быстрый взгляд на Конан.

— Я думала, ты знаешь, — сказала она удивлённо и немного виновато.

— Почему ты не сообщил об этом, Какудзу? — недовольно сдвинув брови, спросил Яхико.

— Не видел необходимости, — всё тем же тоном сказал тот. — Миссия выполнена, а напарники, хм… они часто у меня пропадают.

«О чём он?» — спросил Яхико у Конан.

«Всех предыдущих напарников он убивал. В конце концов, Нагато надоело каждый год искать ему нового, вот он и повесил на Какудзу бессмертного Хидана».

Яхико этот ответ не понравился, очень, но вслух он сказал только:

— Это не оправдание. Ты должен был об этом сообщить.

— Хорошо, в следующий раз так и поступлю. Пока же можешь не волноваться: никакой важной информации враги от него не получат. Используя связь колец, я поддерживаю барьеры в тех частях его памяти, где хранятся ценные сведения о нас и наших планах, и даже лучшие менталисты Конохи не смогут сквозь эти преграды пробиться.

Его безразличие выводило Яхико из себя. Явно почувствовав, что Лидер не в духе, Какудзу неспешно свернул свой свиток и покинул кухню. Проводив его мрачным взглядом, Лидер повернулся к Конан.

— И это нормально, по-твоему?

— Они нукенины, Яхико, — ровно ответила она, наливая себе чай. — Для них нормально не переживать за напарников.

«Раньше она не относилась к подобному так спокойно», — с горечью подумал он и мысленно обратился к Кисаме:

«Слушай, Кисаме, вот ты бы расстроился, если бы Итачи взяли в плен?»

«Ну, может, не прямо бы расстроился, но что-то вроде того, — туманно отозвался мечник. — С чего вдруг такой вопрос?»

«Коноховцы поймали Хидана, а Какудзу вообще параллельно».

«Ого, значит, нашего разлюбимого фанатика таки изловили!.. — засмеялся Кисаме, но осёкся, чувствуя далёкое от весёлого настроение Лидера. — Не бери в голову. Они друг друга терпеть не могут, вот Какудзу и не нервничает».

«Но они ведь напарники», — упрямо сказал Яхико.

«Ксо, ну вот нам приходится постоянно жрать на миссиях энергетические пилюли. Но это же не значит, что они нам нравятся, так?»

Что-либо противопоставить столь блестящей логике было просто невозможно.

«Ладно, проехали», — буркнул Лидер.

«Что думаешь с этим делать?» — полюбопытствовал Кисаме.

«Надо подумать. Пока попробуем вытянуть что-нибудь из Какаши. А ты не отвлекайся, приглядывай за нашими ястребятами; через пару недель, думаю, можно будет попробовать поговорить с Саске снова».

«Как скажешь», — отозвался Кисаме и разорвал связь.

— Пойду познакомлюсь с Хатаке Какаши, — сказал Яхико, отставляя от себя пустую тарелку.

— Полагаю, просить тебя не торопиться и отдохнуть с дороги бесполезно, — легко улыбнулась Конан.

— Мне необходимо себя занять, — признался Яхико, — а то, боюсь, не выдержу и пойду разбираться с Какудзу.

— Тогда лучше Какаши.

— Вот и я о том же.

Оставив Конан на кухне, Яхико отправился на второй уровень башни. Перед камерой он невольно замер на миг, но быстро собрался и, повернув в замке ключ, толкнул прочную металлическую дверь.

Камера была погружена в полумрак; свет в неё проникал лишь сквозь узкие горизонтальные полоски окон, располагавшихся под самым потолком на боковых стенах. Здесь не было ничего и никого, кроме пленника, прикованного к противоположной входу стене. Товарищи Яхико сняли с него форменный коноховский жилет со множеством карманов, который теперь, как бандана с протектором и сумки со снаряжением, лежал в другой комнате. Когда дверь с лязгом закрылась, Какаши чуть приподнял правое веко, изучая вошедшего внимательным взглядом; левый же его глаз с Шаринганом был надёжно закрыт плотным слоем бинтов.

— Наверное, это прозвучит смешно, — произнёс Яхико, подходя ближе, — но я и в самом деле рад знакомству с тобой, Хатаке Какаши.

Какаши вскинул бровь.

— Неожиданное заявление, — произнёс он. — Когда такие слова произносят Акацуки, впору насторожиться.

— Да, конечно, — Яхико сложил руки на груди, рассматривая Какаши; даже израненный, вымотанный, прикованный к стене в убежище нукенинов, он всё равно держался достойно. — Меня, кстати, зовут Яхико.

Глаз пленника открылся шире.

— Яхико? — в голосе Какаши промелькнула заинтересованность.

— Моё имя тебе знакомо? — искренне удивился Лидер.

— Так звали одного из учеников Джирайи-самы, — отозвался Какаши, пристально глядя на собеседника.

— Ого, — проговорил Яхико, невольно вспоминая покойного учителя, — не знал, что Джирайя-сенсей делился нашей историей с кем-то в Конохе.