Нескромное пари - Холланд Джейми - Страница 61

Джорди задумался над словами друга.

— Ты собираешься жениться на Молли? — спросил его Эдди.

— Не знаю. Наверное, когда-нибудь. На это ведь надо решиться.

— Конечно. Лично я уверен, что это было бы правильно, но ты сам должен почувствовать, что время пришло. Это нечто инстинктивное.

— Я догадывался, — признался Джорди, — но это совсем как-то по-взрослому. Знаю, что мы как раз в том самом возрасте, когда заключается большинство браков… — Джорди запнулся, подумал, а потом спросил: — Ты чувствуешь себя как-то по-особому, взрослым? Что-то изменилось для тебя, когда ты стал женатым человеком?

— Нет. По правде говоря, все осталось практически так же, как во время наших отношений, разве что теперь мы живем вместе. Джорди, поверь, бояться абсолютно нечего: решайся, пора уже.

Чтобы как-то разнообразить новогодний ужин, Джош попросил всех захватить с собой черные смокинги. Ребятам очень понравилась эта идея, и вечер получился по-настоящему торжественным. Все на славу постарались, чтобы приготовить роскошный ужин, купили портвейн и сыр, а еще несколько бутылок шампанского, чтобы произнести под него тосты. Все были веселы, оживленно беседовали, и даже Флин смеялся от души, чего он давно уже не делал. В полночь они хором отсчитали бой часов, а потом бросились обниматься и распевать нетрезвыми голосами «Добрые старые времена»[55], но обнаружили, что дальше первого куплета слов никто не знал. А потом они помянули Томми, который был где-то на небесах.

Все растрогались, и особенно Джорди — он скучал по Томми. А еще он был безумно влюблен в Молли. Никогда еще ему не доводилось видеть ее в таком элегантном вечернем платье. В нем Молли была еще красивее, чем когда-либо. Через полчаса после боя часов Джорди повел ее на улицу. Они сели на скамейку у дома, прислонились к каменной стене и стали смотреть на звезды. Он снял свой пиджак, накинул его на плечи любимой и крепко ее обнял. Он понимал, что жить без нее не может, но женитьба — дело серьезное. Он не чувствовал себя достаточно взрослым, чтобы сделать подобный шаг. Еще не время.

Флин стоял у двери и смотрел на них: обнявшись, они смеялись и целовались. Флин закурил сигарету, незаметно проскользнул за угол дома и пошел к небольшому ручью. Где-то по соседству блеяла овца, воздух был невероятно свежим, тихонько журчал горный ручеек. Наступил Новый год, а потому у Флина осталось всего пять месяцев, за которые он должен был выполнить условия пари. Когда они втроем сидели на террасе рядом с «Атлантом» столько месяцев назад, он и представить не мог, что все так серьезно отнесутся к этому пари. В какой-то момент шутливый договор приобрел для них огромное значение, отчасти потому, что меж ними всегда было негласное состязание, а еще потому, что все они понимали — им в жизни просто необходимы перемены. Всем обитателям дома в Баронс-Курт хотелось продвинуться по жизни вперед, повзрослеть наконец. И Джорди этого добился: он с азартом занимался своей работой и по-настоящему любил Молли. И теперь, решил Флин, настал его черед.

Глава 21

Джессика начинает претворять в жизнь свой план

Джессика никак не могла принять решение: они с Томми в конце января должны были ехать кататься на лыжах вместе с Джимом и Кейти. Поездку заказали и оплатили вперед за несколько месяцев, но Джессике казалось, что ехать без Томми неправильно. Разве мало она уже натворила за спиной у бедняжки Томми? Да еще эта трагедия. Не будет ли эта поездка оскорблением его памяти с ее стороны? Джессика раздумывала, как бы она поступила, если бы Томми был жив. Или, может, он простил бы ее, и они все вместе отправились в поездку как друзья. Как бы там ни было, гадать бессмысленно, потому что Томми мертв. Джессика помнила, как он радовался, планируя это путешествие, но теперь для нее все это стало дополнительной головной болью. Проблема, во-первых, была в том, что Джим и Кейти очень хотели поехать, а во-вторых, все убеждали ее, что она обидит Томми, если не поедет. Никто не верил, что Томми вряд ли понравилось бы, если бы она поехала одна. Даже Люси сказала, что отказываться — невероятная глупость со стороны Джессики.

— Зачем налагать на себя епитимью? Знаю, тебе очень грустно, что Томми нет с нами, но, ей-богу, Джес, у тебя нет никаких, слышишь, абсолютно никаких причин чувствовать себя виноватой. Поезжай, покатайся на лыжах. Ты отлично проведешь время с Джимом и Кейти.

Джессика с сомнением посмотрела на подругу.

— В любом случае, — продолжала Люси, — глупо пропускать такие выходные. Всякое в жизни бывает — может, там ты с кем-нибудь познакомишься.

— Меня это не интересует. Я даже думать не могу о каких-либо отношениях. Я — угроза для мужчин, так что для всех будет лучше, если я пока дам обет безбрачия.

Но все же Джессика поехала. Ее друзья приложили массу сил, чтобы убедить ее. Да к тому же с приближением даты отъезда шансов найти ей замену оставалось все меньше и меньше. Так что когда в последний момент так никого и не нашлось, она поддалась увещеваниям. «Эта поездка станет кошмарной, — думала Джессика, — и, наверное, это и будет для меня наказанием». Эту мысль ей подсказал Флин, и Джессика решила (к великому для себя облегчению), что он был прав. Вместо Томми согласился ехать Джош.

На четвертый день поездки Джессика поняла, что жутко устала. Они ехали до Валь Д’Изер на «гольфе» Кейти. Казалось, что этой поездке не будет конца, хотя Джим гнал на скорости 100 миль в час почти всю дорогу. Джессика вжалась в заднее сиденье, ей совсем не нравились ночные переезды. Когда, наконец, они добрались до места, то поначалу катались на лыжах как безумные и каждый вечер шли в какой-нибудь бар, где пили и танцевали до самого утра. Однажды, порядком захмелев, они со слезами на глазах помянули Томми — слава богу, что эту тему не стали развивать. Неудивительно, почему Джессика так устала. Взобравшись этим утром на гору во второй раз, Джессика решила взять тайм-аут и сказала, чтобы они продолжали кататься без нее.

— Ты уверена? Все в порядке? — спросил Джим.

Он пытался быть галантным, но ему явно не терпелось еще покататься.

— Все в порядке. Я просто хочу немного передохнуть и выпить чего-нибудь, — махнула ему рукой Джессика.

В баре было пусто, и Джессика устроилась за столиком на деревянной террасе с видом на горы и белеющие от снега долины. С гор катались лыжники в ярких костюмах.

Джессика с наслаждением потянулась и закурила сигарету. Теперь с горы летело несколько сноубордистов, которые пытались перещеголять друг друга, с громкими криками выделывая разные трюки, пока не скрылись из виду. Усталость навалилась так внезапно, что Джессика была рада посидеть какое-то время спокойно. Было вовсе не холодно: ветра не было и ярко светило солнце, согревая своими лучиками ее лицо. Она раздумывала, как провести оставшуюся часть дня, а потом решила, что прокатится еще пару раз, а потом съест плотный ланч. «Это будет очень разумно, — думала она. — День тишины и покоя наедине с собственными мыслями». Да и вообще, ей не хотелось выходить на следующей неделе на работу в совершенно разбитом состоянии.

Пока Джессика потягивала глинтвейн и вела с собой внутренний диалог, за соседний столик уселась компания лыжников. Некоторое время спустя к ним подошел еще один мужчина и, обратившись к Джессике, спросил, можно ли взять свободный стул.

— Да, конечно, — улыбнулась ему Джессика, а про себя не могла не отметить, какой он симпатичный, но тут же саму себя обругала за то, какие грязные мысли закрались ей в голову.

Мужчина улыбнулся ей в ответ, а Джессика заметила, как в уголках его глаз появились морщинки-лучики. Когда он устроился за столом, Джессика сообразила, что все еще смотрит на его лицо. Она гадала, сколько ему может быть лет. «Чуть-чуть за тридцать», — решила она. Ей было интересно, о чем разговаривала компания за соседним столиком, но они сидели от нее слишком далеко. Тот мужчина что-то рассказывал, все весело смеялись. Джессика все еще смотрела на него, раздумывая, чем он занимается в жизни, и тут он внезапно обернулся и поймал ее взгляд. Она быстро опустила глаза. Ей было неудобно, что он ее поймал, но боковым зрением она видела, что он продолжает на нее смотреть.