Наследие (СИ) - Цыпленкова Юлия - Страница 156

— Рик, — выдохнула Фиалка. — Ри-ик…

И он больше не сдерживался. Навис над женщиной, тут же впившейся ему в плечи, и толкнулся сильней, входя глубже.

— Еще, — задыхалась леди затворница. — Еще… Сильней, Рик, еще! Ах!

И лорд повиновался, уже ожесточенно вколачиваясь в нее, причиняя сладкую боль. Брал на всю длину, до основания, более не сдерживая свою потребность. Слушал ее крик и отвечал громкими стонами, насыщаясь любимой женщиной. Пил ее наслаждение, отдавая взамен жар своего тела. А когда Фиалка задрожала всем телом, заметалась, и по щекам потекли слезы наслаждения, лорд вонзился в нее в последний раз и сорвался в пропасть испепеляющего оргазма, сгорая в нем без остатка, изливаясь в женское нутро до капли. Ноги затворницы соскользнули с мужских плеч, и Рик упал рядом с ней, обнял за талию и тесно прижал к себе, все еще приходя в себя. Фиалка приблизила губы к губам аниторна и прошептала:

— Люблю тебя.

— Люблю тебя, — ответил мужчина, и их уста встретились в поцелуе, наполненном трепетом нежности.

Фиалка увидела, как веки Рика дрогнули, потом еще раз, но он упрямо открывал их снова, пытаясь отогнать накатывающий сон. Женщина погладила его по волосам и шепнула:

— Спи.

— Не хочу, — также шепотом ответил лорд.

— Хочешь, — улыбнулась она. — Тебе нужен отдых.

Рик отрицательно качнул головой и крепче прижал к себе супругу.

— Не хочу оставлять тебя одну, — сказал он. — Не сейчас.

— Дракон, — Фиалка рассмеялась и звонко поцеловала мужа в щеку. — Узнаю Гора, он так же сопротивлялся сну. Пожалуй, стоит попросить отца, чтобы он и господину дал своего чудесного снадобья.

— Накажу, — без угрозы ответил аниторн, но леди Илейни даже не усомнилась, что Риктор так и сделает, если его решат опоить.

Это вызвало интерес. Фиалка приподнялась на локте и с любопытством посмотрела на лорда Илейни.

— Попробуй и узнаешь, — усмехнулся мужчина, отвечая на невысказанный вопрос.

Женщина хмыкнула и снова коснулась головы аниторна. Ладонь заскользила по его волосам, лаская и успокаивая. Сероватая дымка сплелась с прядями, легко коснулась висков лорда-дракона, спрятавшего зевок.

— Нужно вставать, — сказал Рик. — Еще немного понежимся и встаем.

— Конечно, любовь моя, — покладисто согласилась Фиалка. — Как скажешь, так и сделаем.

— Встаем, — полусонно пробормотал мужчина, все еще борясь с собой.

Дымка наползла на его лицо, вынуждая сомкнуть веки. Фиалка склонилась, касаясь губами высокого лба Риктора Илейни, он отозвался умиротворенным вздохом. Дыхание аниторна стало мерным и глубоким, и мужчина, наконец, уснул.

— Так-то лучше, — улыбнулась леди Илейни, целуя теперь губы супруга. После хмыкнула и покачала головой: — Упрямец.

Впрочем, женщина и сама чувствовала усталость. Однако прежде, чем устроиться рядом со спящем мужем, затворница хотела еще раз проверить защиту, установленную над замком. Оглядевшись, Фиалка вспомнила, что ее одежда осталась валяться в коридоре, и в опочивальню аниторн принес жену обнаженной. Выбираться из покоев, в чем мать родила, надеясь на то, что ее никто не увидит, леди не решилась. Не пристало госпоже с голым задом по собственному замку бегать. Женщина хмыкнула и, наконец, приметила халат Рика. Запахнувшись в него и поддернув полы, чтобы не волочились по полу, Виалин Илейни первым делом направилась в свои покои, памятуя, что там осталось второе платье, принесенное еще с вечера на выбор. Бросив от дверей последний взгляд на спящего мужчину, Фиалка притворила за собой двери опочивальни, а после покинула и покои.

За дверями все еще никого не было. Женщина, улыбаясь своим мыслям, вошла к себе и остановилась, смиряя счастливый бег сердце. Жила ли она до встречи с Риктором Илейни? Дышала ли полной грудью? Помнит ли о том, что было прежде? Кажется, что родилась она в то мгновение, когда заглянула в глаза цветом небесной лазури в своем старом домике, когда он, опомнившись, выпустил из тисков горло затворницы. И первым вдохом стал тот, что наполнил грудь, когда мужские пальцы разжались, позволяя воздуху хлынуть в легкие.

— Глупая, — покачала головой Фиалка.

Зачем сопротивлялась? Почему не желала увидеть своей любви еще там, в лесу? К чему было цепляться за старые клятвы, когда тот, кому они были принесены, отпустил, попросив жить? И сейчас Виалин была благодарно тому магу, что отправил к ней аниторна. И то, как выпал он на нее, и как тащила до домика — все вспоминалось с теплотой. Не было досады, не осталось сожалений. Хотя нет, одно было. Что не позволила себе быть счастливой раньше. И жег стыд за слова лжи, брошенные в лицо мужчине, который улетел на черном драконе, унося с собой ее душу.

— Рик… — прошептала Фиалка. — Мой Рик. Боги…

Она накрыла ладонью грудь, ощущая, как замирает сердце, стоит лишь устам произнести дорогое имя. Судорожно вздохнула и заставила себя очнуться. Платье нашлось в опочивальне, где пролежало все это время, нетронутое затворницей. Женщина заглянула в умывальню и быстро привела себя в порядок, смывая следы близости с супругом. После ополоснула лицо холодной водой, отгоняя усталость, и вернулась в опочивальню. Одевшись и причесав волосы, леди Илейни свернула их в узел на затылке.

— Кажется, все, — сама себе сказала она.

Не хватало только ее башмачков, но они должны были отыскаться на лестнице или в коридоре. Пришлось остаться босой, пока не набредет на свою обувь. Легко отмахнувшись от такого пустяка, Фиалка вышла из опочивальни, напевая себе под нос простенькую песенку, услышанную когда-то во время странствий с Дорбом Шагердом. Ее настроение было солнечным, и такая же светлая улыбка то и дело начинала играть на устах бывшей затворницы.

— Сестрица.

Она вздрогнула всем телом и мотнула головой, решив, что ослышалась.

— Я здесь.

Виалин почувствовала, как кровь отливает от лица. Она медленно развернулась вправо и увидела незнакомого мужчину. Глаза его были черны, как ночь, и догадаться, что это одно из созданий Эрхольда Дархэйма, притаившегося в замке, не составило труда. Губы мужчины искривились в издевательской ухмылке, и он произнес голосом брата Виалин:

— Пора возвращаться в лоно семьи, Ви.

— Эрх, — прошептала женщина. Но мотнула головой, смерив мужчину неприязненным взглядом, и отчеканила: — Катись в Бездну, Эрх.

— Я там уже давно, — расхохоталось создание голосом Дархэйма. — Я пропитан ею, дорогая сестрица. Отравлен бесповоротно.

Фиалка закусила губу, глядя на клубы черной Силы, повалившие из глаз мертвеца.

— Там и оставайся, выродок, — бросила женщина и кинулась к дверям.

Но на ее пути возник второй незнакомец, подставивший ногу, и Виалин полетела на пол. Она обернулась и вскрикнула, увидев перед глазами черный клубящийся туман, уже затопивший все вокруг. И сердце застыло, понимая, что радужному счастью пришел конец. Горячие слезы потекли по щекам Виалин. Сила Эрхольда уже окружила ее, затягивая в переход, и сопротивляться не имело смысла, это было бы пустой тратой собственной Силы. Но женщина успела увидеть, как второе создание направляется к дверям ее покоев, и поняла, кого вторым заберет даархар.

— Рик, — сдавленно выдохнула Фиалка. Он был сейчас беспомощен, словно дитя. Спящий, прогнавший стражу… — Что я наделала?

А затем стиснула зубы, вскочила на ноги и вскинула ладонь вверх, заставляя охранку сработать. Уже проваливаясь в вязкий холод перехода Дархэйма, Виалин услышала голоса и топот за дверями. Спасла!

— Он все равно придет за тобой, — услышала она голос брата, и его руки сомкнулись на плечах леди Илейни, прижимая спиной к мужской груди…

Глава 30

— Господин!

Веки дрогнули, и аниторн открыл глаза, бездумно глядя на Тодара, застывшего у ложа.

— Господин, — начальник замковой стражи позвал лорда повторно.

— Что? — хрипловато спросил Риктор Илейни.

Веки, словно налитые свинцом, все норовили закрыться, и сон никак не удавалось стряхнуть.