Пнл или Приключения некромантки Леночки - Тевс Александра - Страница 51

— Привет. — я подошла к нему и плюхнулась рядом.

— Привет. Классно выглядишь.

— Спасибо, ты тоже.

Тут я немножечко соврала — он выглядел не просто «классно». Оказывается, не только я хотела произвести приятное впечатление, репрезентируя Землю. Сменив вечные футболку, джинсы и кеды на голубую рубашку с нарочито-небрежно расстегнутым вороничком, бежевые брюки и коричневые замшевые ботинки выглядеть мой напарник стал не просто классно или на все сто, а офигенно и на целый миллион, а еще от него так здорово пахло туалетной водой Davidoff Cool Water (странно, почему я не замечала этого раньше? Ведь я обожала этот запах — наткнулась на него пару лет назад, выбирая папе подарок на День рождения и влюбилась в него, так сказать, с «первого нюха»).

— Нервничаешь?

Вообще, рядом с ним мой мандраж начал потихоньку отступать — то ли его общество на меня так подействовало, то ли любимый Davidoff.

— Есть немного. Поскорее б уж «отстреляться и забыться».

Тут среди деревьев мелькнуло что-то белое, а еще через секунду из-за поворота «выплыл» самый настоящий…белоснежный лимузин! Прямо как в кино о шикарной жизни.

— Ого! Как ты думаешь, кто это?

— Хранитель, кто же еще? Во-первых, время как раз половина, а во-вторых, белые лошади — это по его части.

Лимузин остановился метрах в десяти от нас, водительская дверь распахнулась и состоялось «явление Хранителя народу» — сначала ноги в белых лаковых туфлях, а затем и весь Фридрих целиком. Целиком в белом — белыми были не только туфли, а так же и брюки, рубашка и небрежно расстегнутый удлиненный пиджак. О, так эффектно из машин выходят только «звезды» на церемонии «Оскара»! И настолько все эта композиция была постановочной, нереально-идеальной, и «глянцево-журнальной», что что природа захотела внести свои коррективы — внезапно налетевший ветерок раздул и приподнял полы расстегнутого пиджака, взлохматил волосы на его макушке и мне на секунду показалось, что Фридрих распустил хвост и поднял хохолок, и впрямь как павлин-альбинос, которым я вчера спонтанно, но, как оказалось, довольно метко окрестила этого кадра. Я непроизвольно заулыбалась и покосилась на Колю — заметил ли он это? Оказывается, заметил.

— Мда, действительно, вылитый павлин — тот еще позер и показушник…

Хранитель в это время уже успел ликвидировать последствия природного смешательства и придирчиво инспектировал букет белых лилий, который извлек словно из воздуха.

…хотя, если павлина общипать, то от курицы и не отличишь…

— В каком смысле? — не поняла я.

— В любом. Что по виду, что по вкусу. Разве что павлин чуть покрупнее будет.

— А ты что, их ел? — нервозность отступила окончательно и я начала тихонько похрюкивать.

— Приходилось. — Коля впился взглядом в Хранителя, идущего к нам плавной, эдакой «подиумной» походкой с букетом наперевес, словно прикидывая, с чего начать — с грудки или ножки — Если на вертеле зажарить — от куры-гриль и не отличишь, чесночком натереть — получится знатный цыпленок табака, а еще можно…

Дальше я не слушала — так как не в силах больше сдерживаться закрыла лицо ладонями и затряслась от смеха, представив Фридриха в виде куриной тушки с белобрысой головой, насаженного на вертел и облитого чесноком. Ой, мамочки!

— Что здесь происходит? Елена, вам плохо?

Я несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, чтобы хоть немного успокоиться и убрала ладони от лица.

— Все в порядке. Просто со мной такое случается, когда я нервничаю.

Не буду же я говорить, что мы только что с него «гнали».

— Что же вы, Николай, Елену поддержать и успокоить не смогли? — повернулся Хранитель к Коле.

— Смог. И по-моему, очень даже неплохо.

— И каким же это образом?

— Я ей некоторые факты о павлинах-альбиносах рассказывал.

Тут я я подняла глаза на на Хранителя и его белоснежный «прикид», меня опять «накрыло», а изо рта вырвался неэстетичный хрюк.

— И какие же факты? — поинтересовался представитель этих самых «пернатых», озадаченный моей реакцией.

— А такие, что даже под самым пышным хвостом скрывается самая что ни на есть обычная куриная гузка. — заявил Коля, поднимаясь с лавочки и становясь напротив Фридриха. Теперь рядом с надутым павлином находился эдакий задиристый боевой петух.

— Любите курочек и их гузки, Николай? — с ласковой улыбкой поинтересовался Хранитель. — Тогда я бы вам порекомендовал сходить в «Курьи ножки» — там имеется самый большой выбор.

— Лично проверяли, господин Хранитель? — с такой же ласково улыбкой ответил «Николай».

Мне показалось или тут действительно начались чисто мужские «наезды»? Так, пора заканчивать эти «петушиные бои». Одно дело — втихаря пошутить да похихикать, а другое — вот так открыто лезть на рожон. И вообще, такое поведение было нетипично для «непробиваемого» Коли с железной выдержкой. Что это на него нашло? «Синдром попаданца», так часто описанный в фэнтэзи, когда адекватный человек, попавший в другой мир становится хамом без руля, витрил и тормозов и собирает траблы, как бездомный пес — репьи? Да, мне тоже был не особо симпатичен этот расфуфыренный хмырь, особенно после выходки с квартирой и плакатиком, но ссориться с ним вряд ли было хорошей идеей — он явно занимает здесь высокий пост, а еще является довольно сильным магом — вон как сумки наши вчера левитировал, так не каждый может. А еще и демоны…Так, Лена, пора тебе включать «прелестное создание» и разруливать ситуэйшн!

— Ой, какие цветочки! — я встала с лавочки, подошла к Хранителю и подергала его за рукав. — А для кого они?

Фридрих перестал сверлить Колю взглядом, повернулся ко мне, протянул букет и расцвел в улыбке.

— Конечно для вас, Елена! Вам нравятся лилии?

— Обожаю! Особенно их дивный аромат! И как вы догадались об этом? — я взяла букет и, изобразив на лице эдакое восторженное выражение, зарылась в него носом.

Терпеть не могу лилии! И пусть они символизируют чистоту и невинность, но лично у меня они стойко ассоциировались с похоронным бюро, а от «дивного аромата» довольно быстро начинала болеть голова. Однако, что не сделаешь ради напарника!

— Просто они так напомнили мне вас. — тут он взял меня за «свободную» руку и принялся сыпать приторно-сладкими комплиментами, перемежая их с «чмоками» сей части тела — такие же совершенные по форме…чмок!…чистые…чмок! изящные…

— Господин Хранитель, у нас вроде как на девять назначено было. Не опоздать бы… — заткнул фонтан этого «ванильного сиропа» Коля и демонтративно постучал по наручным часам.

— Не опоздаем. — Фридрих нехотя отпустил мою руку. — Как я уже вчера сообщал, мы находимся чуть ли ни в центре столицы, администрация Правителя рядом, на моем магмобиле — он кивнул в сторону «лимузина» (ага, вот как называются местные авто) — мы туда за пять минут доедем. Прошу вас.

Мы сели в «лимузин» (причем меня усадили на пассажирское сидение спереди, а Колю — сзади) и, проехав метров триста мимо «веселых домиков» с клумбами, оказались возле изящного кованого забора серебристого цвета с голубой искрой и таких же ворот. Створки ворот разъехались в стороны, выпуская нас, и как только мы пересекли эту черту, в приоткрытое с водительской стороны окно сразу хлынул…шум большого города! Очевидно, вся огромная территория была накрыта «глушилкой», да и не только ею, а и искривлением пространства, пожалуй, тоже, ибо мы сразу оказались в «гуще событий» — буквально через несколько секунд мы выехали на довольно оживленную улицу — неспешно прогуливающиеся или куда-то торопящиеся пешеходы на тротуарах, вереницы магмобилей различных моделей на проезжей части (среди обычных «легковушек» я даже заметила что-то наподобие троллейбуса) и стоящие чуть ли не в притык друг к другу многоэтажные здания, на первых этажах которых находились магазины и кафе. Теперь ничто не напоминало тихий, уютный жилой район — это, скорее всего, был эдакий деловой, торговый или культурный центр. Ничего себе! Я завертела головой, разглядывая инормирный город. На первый взгляд он не сильно отличался от земного мегаполиса, но все равно мне было интересно. Хранитель, заметив это, сбавил скорость и принялся вещать голосом профессионального экскурсовода.