Чертов Викинг наших дней (СИ) - Сидоренко Ольга - Страница 8

– Вот почему рядом с тобой меня все время бьют?! – полушутя возмутился Антон, проверяя карманы – не выпал ли телефон.

– Такая вот я роковая женщина, – пробормотала Леська, осторожно щупая свои ребра – похоже, стол поставил там нехилый синяк.

– Что-что? – переспросил Антон.

– Стечение обстоятельств, говорю! – гаркнула Леська, оставляя ребра в покое. Если б ей было видно в темноте лицо собеседника, она б возмутилась, потому что Антон беззвучно смеялся.

– Ты хоть когда-нибудь делаешь то, что тебе велят? – поинтересовался он.

– Почему нет? – пожала плечами Леська. – Если велят делать то, что мне нравится.

Антон вовремя себя остановил, и провокационный вопрос «А что тебе нравится?» остался неозвученным.

К своему подъезду Леська пробралась кружной дорогой, чтобы не мелькать лишний раз у скандального бара. Видимо, этим путем ей предстоит ходить домой еще недели две, пока происшествие не забудется или, что более вероятно, не перекроется новой дракой.

Уже лежа в постели, она прокручивала в голове, что же приказал Антон тому мужику с битой. Aske… Похоже на ash, пепел… Так вот что это было – бита превратилась в пепел. Ничего себе, как непринужденно это у него вышло. Хотя, может быть, это легко? Бита ведь деревянная, пепел – одно из состояний, в котором может быть дерево, маг просто подтолкнул предмет к изменению. Однако ж, красиво колдует, как будто это ему ничего не стоит…И дерется красиво… Леська вспомнила, что сама она за сегодня ничем достойным не отличилась, и насупилась. «Тьфу, да пошли все в болото, – сердито подумала она, – лишь бы не снился…» Упования были тщетны, всю ночь в веренице бессвязных снов мелькало знакомое лицо.

* * *

На следущий день первым, на кого Леська наткнулась в редакции, был опять же Антон. Девушки было подумали, что Глеб и его припряг к святому делу просвещения населения, так же, как и к работам в гараже, чтоб уж совсем не разлучаться с другом. Но они ошибались.

Чертов Викинг облюбовал себе стол в углу, на который все целый год сваливали ненужную макулатуру. Глеб уже давно перешел от намеков к прямым угрозам, настаивая, чтобы подчиненные разобрали всю эту свалку, отделили зерна от плевел, нужное аккуратно сложили в шкаф, а ненужное сожгли, съели, пустили по ветру – в общем, хоть как-нибудь от него избавились. Подчиненные соглашались, что да, уберем, разгребем, позорная свалка, портит вид офиса, но при взгляде на эту гору руки опускались, и под благовидным предлогом уборка всё откладывалась. Неудивительно, что сейчас Леська с Сашкой, затаив дыхание, наблюдали, как Антон легко и непринужденно выносит кипы бумаг на помойку. Про отделение зерен от плевел они благоразумно промолчали, решив, что если уж за год им ничего оттуда не потребовалось, то и в дальнейшем вряд ли.

Глеб благополучно пропустил всю уборку, а когда он пришел, Антон уже водрузил на стол свой ноутбук и ноги в убитых кроссовках, напялил наушники, в которых ревела «Metallica», и всячески изображал увлеченность чем-то на экране.

– О, вы наш завал разобрали! – мимоходом обрадовалось начальство, кося на Леську с Сашкой одобрительным взглядом.

– Угу, – промычала Сашка, не уточняя, кто именно это сделал.

– Много там нужного оказалось?

– Да не особенно.

– В шкаф сложили?

– Угу.

Это не было ложью, учитывая, что в шкаф Леська сегодня спрятала вырванную в последний момент у Антона коробку со своими туфлями, которые она считала потерянными и уже оплакала. Может, все-таки и стоило разобрать стол раньше…

Глеб оглядел посветлевший упорядоченный офис и порадовался:

– Красота!

Потом посмотрел на друга, зависшего в углу с наушниками, но решил его не отвлекать, а вместо этого строго внушил девушкам:

– Ему не мешайте. К нему могут приходить люди, так вот, им не хамите. Если принесут посылку, оставьте на его столе, не распаковывая.

– Ты прямо так говоришь, как будто я не бухгалтер, а висельник с большой дороги, – возмутилась Сашка. – Когда это мы хамили посетителям?

– А кто вчера лаялся с уборщицей? – мигом припомнил Глеб.

– Эта неадекватная бабка пыталась выкинуть мои кости!

Леська захихикала, Глеб заржал. Дело в том, что любимым занятием Сашки для разгрузки мозгов было гадание на костях. В ящике стола ведьма держала холщовый мешочек, набитый мелкими птичьими косточками и разными камушками. Когда Сашка чувствовала, что начинает тупеть от заполнения, к примеру, форм для налоговой, она отодвигала клавиатуру, запускала руку в мешок и, поболтав в руках выхваченную наугад горсть, кидала ее в стоящую тут же широкую пепельницу-блюдечко. После чего с интересом созерцала – как выпали кости и камни. Она уверяла, что это гадание гораздо вернее, чем карты. Вчера, побаловавшись в очередной раз своим шаманством, Сашка куда-то вышла, оставив кости в пепельнице. Когда она вернулась, уборщица с возмущенным клекотом ссыпала содержимое пепельницы в свой мешок для мусора.

– Ну ты б еще череп на стол выставила, – заметил Глеб, внутренне бывший на стороне уборщицы. Он был не против Сашкиных развлечений, просто его неоднократно посещала мысль, что в разгар оных в офис может войти кто-нибудь из посторонних, и что он увидит? Что-то бормочущую девушку-панка с горящими глазами, усеивающую стол костями и прочим мусором?

– Да щас! Чтоб его кто-нибудь тут же спер?! – Сашка машинально заглянула в тумбочку, удостоверяясь, что череп, откопанный ею где-то в Крыму несколько лет назад, никуда не делся. Зачем он ей был нужен, остальные предпочитали не спрашивать. Особенно вспоминая, что лежит в тумбочках у них самих.

Сначала на Антона поглядывали, потом каждый закопался носом в свой монитор. Уже к концу рабочего дня Леська, рассеянно глядя на подошвы Антоновых кроссовок, все так же маячивших на столе, поймала себя на мысли, что парень отлично вписался в интерьер. Следующая неделя показала, что и в коллектив. По крайней мере, не раздражал, как любые посторонние. Будто он всегда сидел за тем столом. Так и повелось, что их стало пятеро. Новичок крепко сдружился с Дэном, было даже странно, что они не сделали этого раньше, ведь знали друг друга. У Леськи же Антон вызывал смутное беспокойство. Парень казался ей слишком красивым, а к красивым мужикам она относилась с предубеждением и застенчивостью. К тому же, ладно бы там он был самовлюбленный дурак, но нет же – вполне адекватный тип. С чувством юмора. В общем, первую неделю она въедливо искала в нем недостатки. Потом еще неделю пыталась искать в себе достоинства. Потом плюнула на это неблагодарное занятие. Антон без всяких ее просьб никому не рассказал о приключении в баре, и Леська была ему за это тихо благодарна, потому что такие шутки Глебом не одобрялись. Так девушку и раздирали противоречивые эмоции: с одной стороны – неловкость, ощущение в нем какой-то загадки, закрытой двери, которую он не то чтобы скрывал, а просто чувствовалось, что спрашивать о ней будет как-то невежливо, а с другой – необъяснимое доверие, обычно Леське несвойственное.

* * *

Через несколько дней после исторического битья окон в чужой квартире девушки поставили окончательную жирную точку на затее с объявлением. Началась последняя пара, и они сидели на подоконнике, ожидая преподавателя. Внезапно зазвонил «рабочий» телефон.

– Саш, опять по объявлению, – сообщила Леська, глядя на высветившийся незнакомый номер.

– Ответишь? – осторожно спросила подруга.

Леська еще секунду смотрела на дребезжащий мобильник.

-Нет уж, хватит! И вообще, поступим кардинально, – она выключила телефон и вытащила сим-карту. – Все, больше мне на этот номер никто не позвонит.

Зашла немка, подруги спрыгнули с подоконника и потрусили к своим местам. Сим-карта сиротливо валялась забытая на окне, олицетворяя крах очередной «гениальной» идеи.

Глава 3. Что можно найти на свалке