Оборотная сторона героя (СИ) - Ясинская Марина Леонидовна - Страница 82

Ломец, видя, что никто не обращает на него никакого внимания, незаметно оглядел окружающий лес, надеясь, что, может, заметит среди деревьев подбирающийся к ним спецназ. Хотя какое там заметит — в лесу темнота, хоть глаз выколи. Да и не те это ребята, чтобы их всякий вот так запросто заметил.

— В твоих интересах, чтобы я сейчас же получил свой груз. Иначе эта прогулка по лесу тебе очень дорого обойдется, — тихо предупредил Глушитель парня, и тот тяжело вздохнул.

— Вход… э-э… замаскирован, и чтобы попасть внутрь, нужно повторять всё за мной, шаг в шаг, — наконец, сказал он.

Заручившись кивком Глушителя, парень загашал к каменной полусфере; вплотную подойдя к одной из полуразрушенных колонн, словно бы шагнул прямо в неё — и исчез. А следом за ним — и дышавший ему в затылок боец.

Ломец разинул рот, Ренат цветасто выругался, и даже бесцветные брови Глушителя вздрогнули от изумления. Несколько человек бросились к колонне, обежали её кругом и с глуповатыми минами переглянулись:

— А нету входа…

— Подставил-таки, гадёныш, — прошипел Глушитель, и тут, будто прямо из колонны, появился сначала парень из «КамАЗа», а за ним и боец с ящиком в руках.

— Порядок, босс, — проворчал он, скидывая тяжёлую ношу на землю. — Товар весь тут. Можно забирать.

Парня пристегнули наручниками в рулю одного из «Хаммеров», а на поляне начал расти небольшой форт из ящиков с оружием. Успокоившийся и довольный Глушитель обошёл колонну. На ней не было и признака двери или входа; тем не менее, из колонны регулярно появлялись его ребята с ящиками в руках.

— Эй, ты, — обратился к пристёгнутому к рулю парню, кивая на вход, — Как это так получается?

Тот явно напрягся, услышав вопрос. Глушитель тут же подозрительно нахмурился и открыл рот, но так и не успел ничего сказать — из темноты окружающего леса внезапно раздался громкий, насквозь пропоровший морозный воздух голос:

— Руки за голову! Вы окружены!

Когда схватившие его мужики принялись перетаскивать оружие и на время о нём позабыли, Тарас немного пришёл в себя. Страх поутих, снова получалось думать.

«Сейчас самый подходящий момент, чтобы сваливать», — сделал вывод стажёр. В то, что его отпустят с миром, он не верил.

Одна беда — наручники. Конечно, для какого-нибудь крутого героя боевика… или даже для братьев Петровичей они не стали бы помехой… Да и не смог бы никто надеть наручники на Арагорна с Василием! Однако Тарас не был ни героем боевика, ни даже младшим троюродным братом Петровичей. Именно потому он и оказался пристёгнутым к рулю машины.

«Скрепку бы какую… или шпильку, — с досадой размышлял он. — Всё, с этого момента без шпильки — никуда!»

Много ли толку было бы от шпильки, появись она у него в руках, Тарас не думал.

«Ну же! — пытался он подстегнуть воображение. — Быстрее! Ну, ну!»

Воображение работало вовсю — в памяти один за другим всплывали яркие эпизоды голливудских блокбастеров.

Вот один из героев с мясом вырывает руль. Тарас дёрнул со всей силы — и с досадой вздохнул — крепко прикручен, зараза.

Вот другой находит оставленный по небрежности нож (или любую другую полезную твёрдую штуковину) и в два счёта справляется с замком… Тарас внимательно оглядел салон машины. Нет, эти гады то кино, видимо, тоже смотрели — ничего не оставили.

А вот ещё один — герой выламывает большой палец из сустава и высвобождает ладонь из кольца наручников… Стажёр с сомнением посмотрел на свой большой палец. Механизм выламывания был для него загадкой. Куда тянуть палец — вверх или вбок? Резко или медленно? На правой руке — или на левой?.. И почему он никогда никому пальцы не выворачивал? Какая — никакая, а практика. Сейчас пригодилась бы.

Тарас стиснул зубы и решительно схватился за большой палец левой руки. Главное, сделать всё быстро, резко — пока не передумал.

На счёт три.

Раз!

Два!

— Руки за голову! Вы окружены!

Глушитель в первую очередь подумал о Холере.

«Быстро же эта тварь нас нашла!» — с досадой покачал он головой и дал знак своим ребятам не открывать огонь. Если они с Холерой завяжут перестрелку, Координатору это точно не понравится.

— Холера, погоди, давай поговорим, — крикнул Глушитель в темноту зимнего леса, не особо надеясь на успех — Холера баба бешеная, психованная, с катушек легко съезжает.

В ответ из-за стволов деревьев пустили короткую автоматную очередь.

Кто-то из его ребят не выдержал и, не дождавшись приказа, пальнул в ответ.

Глушитель мгновенно рванул к «Хаммеру» — в бронированной машине он и в безопасности, и ребятам своим не мешает. Но прежде, чем забраться в салон, он заметил несколько человек, заходивших к ним в тыл. Присмотрелся — и заорал:

— Прекратить огонь!

Заорал не размышляя и не сомневаясь. Потому что это была не Холера.

Это был армейский спецназ.

Глушитель первым шагнул вперёд, поднимая руки за голову. Продолжать перестрелку бессмысленно — эти ребята профессионалы, и, если сопротивляться, то всех его парней положат. А если добровольно сдаться, тогда спецназ будет действовать по правилам, и их арестую. И всё, все останутся живы. Да и на свободе скоро окажутся, ведь их адвокаты свой хлеб с маслом и чёрной икрой отрабатывают на совесть — из любой передряги вытащат. Да и парочка судей есть на коротком поводке.

…Когда спецназ занялся оружием, Глушитель только злорадно улыбнулся. Хрен с ним, что сам товар не забрал — зато и Холере теперь тот точно не достанется.

В отличие от своих захватчиков, Тарас появлению спецназа обрадовался. Разумеется, военные его тоже просто так не отпустят, но зато и убивать не станут, и, значит, освобождение — это всего лишь вопрос времени. Как только подутихнет шум, он спросит, кто у них главный, позвонит в «Бастион», а там уж Адрей Папыч всё разрулит.

Когда захвативших его мужиков обезоружили, и очередь дошла до него, Тарас решил, что вот сейчас-то наручники сыграют ему на руку — враг моего врага и всё такое. Однако спецназовцы его освобождать почему-то не спешили.

— Ну-ка, давай объясняй, как внутрь попасть, — потребовал у него один из бойцов. Тарас только водил взглядом по закрытым чёрными масками лицам. Наверное, пока ещё рано лезть со своими просьбами о звонках…

— А почему я-то? — ляпнул он, раздумывая, что делать.

Конечно, в проходе и без того уже побывала целая толпа посторонних; что изменится от того, что туда пройдёт ещё и отряд спецназа? Ничего. Однако бастионовские правила куда легче нарушались под дулом пистолета. Сейчас, когда непосредственной опасности не было, посвящать ещё одну толпу посторонних в тайну прохода Тарасу очень не хотелось.

— Дурака не включай, мы видели, как ты их внутрь проводил, — отрезал спецназовец и, словно услышав мысли стажёра, словно невзначай положил руку на автомат.

Тарас тяжело вздохнул и сдался. Одним нарушением больше, одним меньше — это уже не имеет значения. Он и так столько уже сегодня накосячил, что давно бросил вести счёт совершённым ошибкам — слишком ужасающее получалось число.

Захлопнул сейф, не вернув папку на место — раз. Зачем-то взял её с собой, и теперь неизвестно, в чьи руки она попала — два. О том, что случится, когда с её содержимым ознакомится посторонний человек, вообще даже думать страшно. Что ещё? Не передал сообщение Арагорна Василию Петровичу — три. Был пойман какими-то подозрительными личностями — четыре. Привёл их к оружию — пять. Показал проход — шесть. Самолично провёл их туда, нарушив один из главных запретов «Бастиона» — семь. Подставил этим под угрозу находящихся по ту сторону Яна Сергеича и Илью — восемь. Теперь вот ещё и отряд военных…

Вскоре проход, следуя указаниям Тараса, ушла большая часть группы, и стажёр принялся обречённо ждать, когда они вернутся. Он был уверен, что в отличие от захвативших его людей, которые так спешили забрать оружие, что даже и не подумали выйти из храма наружу, бойцы всё увидят. И море, и Трою, и лагерь на пляже, и две армии. Увидят — и потребуют ответов. Скорее всего, у него. И что ему тогда делать?