Арктический мост - Казанцев Александр Петрович - Страница 79

Мистер Кент вынул из бокового кармана свернутый лист бумаги и разложил его перед Элуэллом.

Элуэлл молча слушал Кента и рассматривал чертеж. Он был хороший инженер и понял все с одного взгляда.

Наконец он отодвинул от себя чертеж, посмотрел на своего бывшего импрессарио и неуверенно сказал: - Да, но ведь именно сейчас все газеты наперебой анализируют выгоды туннеля.

- Пустое, сэр. Мы с вами начнем доказы вать обратное. Дуг! Публика любит сенсации. Кроме того, лицо, уполномочившее меня на переговоры, имеет некоторый вес.

Элуэлл задумался.

- Вам хорошо заплатят, сэр. Все уже подготовлено для решительного удара. На Алеутских островах готова к вылету экспедиция для организации первого ледового аэродрома. Редакции некоторых газет уже -как бы это вам сказать? - словом, они уже заинтересованы.

- Да, сэр, - задумчиво сказал Элуэлл, - я не могу сказать, что я не сочувствую новому проекту. Это, несомненно, прогрессивно и интересно. Это имеет, конечно, большее будущее, чем фантастический туннель. Однако, прежде чем поставить под всем этим свое имя, я хочу знать, кто истинный инициатор.

- Кто? - прервал его Кент. - Вы хотите знать, кто является фактическим владельцем всех пароходов, плавающих в Атлантическом океане, кто владелец вашего бывшего завода, кто нанимает вас для участия в противотуннельной кампании?- Мистер Кент закинул ногу на ногу и затянулся ароматным дымом.

Мистер Элузлл поднялся.

- Да, сэр, я хочу знать, от чьего имени вы здесь говорите.

- От имени мистера Меджа, сэр.

- Меджа?! - воскликнул Элуэлл и бессильно опустился в кресло.

- Да, сэр, - невозмутимо подтвердил мистер Кент. - Мистер Медж приобрел пароходные акции и акции вашего предприятия по весьма низкой цене. Теперь он предлагает помочь ему опрокинуть туннель.

- Позвольте, это мистификация! Мистер Медж ведь председатель правления Концерна, главный директор-распорядитель. Он душа и отец всего этого дела. Кто же не знает этого?

- О'кэй! - подтвердил Кент. - Но бизнес есть бизнес. Если мистер Медж сумел по сходной цене приобрести все пароходы, какой смысл ему строить туннель? Он достаточно деловой человек. Надо прекратить это невыгодное вам и ему строительство. Пароходные акции снова поднимутся, и мистер Медж будет обладателем огромного капитала, а вы вернете себе свое состояние.

- Но это уж слишком! - возмутился Элуэлл. - Вы предлагаете мне сотрудничать с таким беспринципным человеком? Вы плохо меня знаете, сэр.

- О нет, сэр! Я полагаю, что и у вас, и у мистера Меджа, и у любого другого человека дела есть один общий принцип - выгода. Только она и движет прогресс и способствует процветанию страны.

Мистер Кент еще долго говорил, убеждая бывшего патрона согласиться на условия своего нового хозяина.

В двадцатиэтажном здании Концерна подводного плавающего туннеля на Пятой авеню происходило экстренное совещание правления.

Мистер Медж оглушил акционеров своим заявлением о выходе из правления концерна.

В торжественной речи он сообщил обескураженным членам правления, что он всегда стоял за все прогрессивное. Техника и жизнь неизменно движутся вперед. Если несколько лет назад идея плавающего туннеля была передовой, то теперь она уже явно устарела. Авиация с ее современными достижениями сулит большие выгоды. Мистер Медж видит будущее только в авиации, которая может покорить просторы над полярными льдами не только для богатых пассажиров, но и для дешевых грузов, создав постоянную торговую трассу в Европу по кратчайшему пути, впервые проложенному смелыми русскими летчиками.

И мистер Медж стал распространяться о своих все возрастающих симпатиях к русским.

Мистер Медж покинул заседание под улюлюканье и свист всех присутствующих. С гордо поднятой головой прошел он в свой кабинет и, вызвав к себе дожидавшегося его главного инженера строительства мистера Герберта Кандербля, имел с ним короткий, но, видимо, глубоко принципиальный разговор, после которого мистер Герберт Кандербль вышел оттуда совершенно красный, яростно скрежеща зубами. В дверях он встретился с секретарем Тот ничего еще не знал об отставке Меджа и, закрыв за собой дверь, взволнованно сообщил патрону о панике на бирже, грозившей катастрофой акциям туннельного Концерна.

Сообщение это мистер Медж воспринял с непонятной секретарю веселостью. Забрав в портфель лишь некоторые свои бумаги, он объявил, что освобождает кабинет, и, фальшиво насвистывая модную песенку, спустился вниз и сел в свой личный автомобиль.

Перепуганный секретарь провожал его, забыв надеть пиджак, и вышел на Пятое авеню в одной жилетке.

Мистер Медж весело подмигнул ему из машины и помахал рукой.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

СТОРОЖ

- О'кэй, мистер Кандербль.- Президент поднялся.- Я оказал все возможное влияние на акционеров Концерна плавающего туннеля. Не скрою, я приветствую теперь с родительской нежностью вас -директора-распорядителя Концерна.

- Благодарю, мистер президент, - склонил голову Каядербль.

Президент потрепал его по рукаву.

- Поезжайте на Аляску, мой друг, поезжайте. Вы хорошо поработали здесь. Я следил за вашей борьбой, восхищавшей меня. Вы как настоящий мужчина оборонялись от этих биржевых волков, вцепившихся в тело Концерна, как только мистер... Но не будем говорить о нем.

- Да, сэр, лучше не будем, - мрачно произнес Кандербль.

- Говорить не будем, но помнить надо.

Президент задумался, прошелся по комнате и остановился перед большой гравюрой, изображавшей открытие первой биржи в Америке.

- Выгода! Личная выгода! До сих пор для американцев она была двигателем прогресса. В каких же случаях она начинает противоречить выгоде общественной? Как жаль, что мистер Игнэс, открывший "закон выгоды", тяжело болен. Кто же теперь ответит нам на наше недоумение?- президент вопросительно посмотрел на инженера.

- Я полагаю, мистер президент, я полагаю...- замялся Кандербль.- Кроме выгоды, нужна, сэр, преданность делу техники. Без любви к технике выгода не может быть двигателем прогресса.

- Вы так думаете? А мне кажется, что здесь должно быть не так много романтической любви, а больше деловитого планирования. Как вы думаете, мой друг? Что, если частную выгоду планировать в общегосударственном масштабе?

Старик искоса поглядел на Кандербля.

- Еще война научила нас координировать деятельность отдельных отраслей промышленности,- согласился инженер.

- Вот именно, - оживился президент. - Но и теперь, в период реконструкции мира, правительство должно влиять на частную инициативу. Вы не представляете, какую борьбу приходится мне вести с деловыми кругами! Ах, мистер Кандербль! Если бы побольше было таких людей, как вы. - Старик похлопал Кандербля по плечу.

Инжерер наклонил голову.

- Прощайте, мистер президент. Я отправляюсь на Аляску, где не предвижу никаких технических затруднений. Мы могли бы запустить американский туннельный комбайн... Лишь вопросы финансирования...

- Финансирование, финансирование, - вздохнул Ирвинг Мор. Когда-нибудь правительство получит возможность финансировать и такие работы, как плавающий туннель.

Мор крепко пожал руку инженеру.

Провожая Кандербля к дверям, он спросил: - А как ваша очаровательная жена, мистер Кандербль, она тоже едет с вами?

- Нет, - сухо и резко ответил Кандербль.

- Ага! - понимающе произнес президент.- Она плохо переносит климат Туннель-сити.

- Нет, сэр. Я и Туннель-сити плохо переносим ее.

- Почему? - остановился президент. - Она такая милая леди, несколько, правда, эксцентрична. Ах, понимаю... ее отец...

Кандербль поморщился.

- Право, мистер президент, мне порой кажется, что виноват во всем я. Она готова была переменить свою эксцентричность на любую другую маску... Она могла быть и другом и врагом туннеля, могла... а может быть, и была совершенно к нему безразличной.

- Вы неправы, мистер Кандербль, - строго остановил инженера Ирвинг Мор. - Помните, что вы судите не о своих служащих, а о той, с которой соединил вас господь бог. Поступайте, как подскажет вам совесть, сэр, но не путайте служебных дел с семейными и помните о библии.