Призрак (СИ) - Рудазов Александр - Страница 64

Комната в ней оказалась только одна. Причем совмещенная с кухней... и даже ванной. В углу стоял большой чугунный котел, над которым висела вполне обычная душевая лейка. Рядом зиял пышущий жаром провал.

Жила Стефания с соседями. В комнате было четыре койки и три чертовки. Все – молодые, довольно симпатичные девушки.

Правда, с рогами и хвостами.

- Это Регина, Вильгельмина и Кассандра, - представила соседок Стефания. – Девки, это напарник мой новый, из Чистилища.

- Привет, новый напарник! – весело откликнулись чертовки. Регина – валяясь на постели, Вильгельмина – кашеваря у плиты, а Кассандра – присев над провалом и... Данилюк деликатно отвернулся.

- Фух, устала-то как! – выдохнула Стефания, скидывая сандалии. – Ты проходи, садись.

Данилюк устроился на краешке кровати. Соседки Стефании пялились на него во все глаза и тихонько хихикали.

Стефания тем временем скинула остальную одежду и преспокойно, никого не стесняясь, залезла в котел-ванну. Из душа повалил, судя по пару, крутой кипяток, и на лице чертовки отразилось блаженство.

Но продлилось это недолго. Не прошло и минуты, как в трубах что-то загремело и заскрежетало. Стефания грязно выругалась, нырнула на дно котла, выбралась с металлической мочалкой и принялась ожесточенно себя скрести.

- Быстрее, быстрее! – хором заголосили остальные чертовки. – Давай, пока воду не отключили!

- И часто у вас перебои с водой? – спросил Данилюк.

- Да постоянно, - ответила Кассандра, натягивая панталоны. – Все ломается, ничего не работает, все через задницу.

- Мы ж в Аду живем! – заржала Регина.

Труба издала свистящий звук и замолкла. Душевая лейка отвалилась и с бульканьем упала в котел, а Стефанию обдало раскаленным паром. Она выругалась, попыталась нырнуть, но воды набралось едва ей до колена. Толком не вымывшаяся чертовка раздраженно вылезла и принялась обтираться махровым полотенцем, которое швырнула Кассандра.

Пока она вытиралась, Данилюк продолжал рассматривать обстановку. Молодые чертовки, как сороки, сгребли в квартирку кучу разного хлама. Полки каменного шкафа трещали от одежды, украшений и безделушек. На полу и стульях громоздились шмотки, мусор, сувениры и сексуально-бытовые предметы. Стены усеивали картины, плакаты и постеры – в основном с котятами и полуголыми красавчиками.

- Это что, Киркоров?! – изумился Данилюк, приглядевшись к одному из постеров.

- Это король Пеймон, - снисходительно ответила Вильгельмина, строгая огурец. – Один из Князей Тьмы, между прочим.

- Точь-в-точь Киркоров. А это что за смазливый пацанчик со звездой во лбу?

- Сам ты пацанчик. Это Люцифер.

- Серьезно?.. Я его как-то иначе представлял...

- Официальный облик у него сейчас другой. Это он до падения.

- Между прочим, считался в ту пору прекраснейшим среди ангелов, - добавила Кассандра.

- Ясно... А это что за демон, похожий на Киану Ривза?

- Это и есть Киану Ривз, - огрызнулась Регина. – Что, нельзя?

Стефания тем временем оделась и устроилась за письменным столом. Размашисто обмакивая перо в чернильницу, она строчила на листе пергамента, озлобленно приговаривая:

- Так тебе, тварь!.. так тебе!..

- Донос пишешь? – весело окликнула ее Кассандра.

- Ага, на Эделину! – ответила Стефания. – Попляшет она у меня, ох и попляшет!

Данилюк встал за ее спиной и стал читать бегущие из-под пера строчки. Стефания явно крепко озлилась на эту неизвестную Эделину.

В выражениях она уж точно не стеснялась.

- И что ей будет? – спросил Данилюк. – Денег у вас нет, так что не штраф. В тюрьму посадят... или сошлют куда-нибудь?..

- Ага, на Колыму, - фыркнула Стефания. – Ты вокруг-то осмотрись. Мы и так уже в Аду. Куда отсюда ссылать?

- Тогда что – телесные наказания?

- Телесное наказание. Черту. Хорошая шутка, я оценила.

- Значит, только высшая мера?

- Да какая еще высшая мера, мы ж бессмертные... Ничего ей не будет. Как мне ничего не было.

- А зачем тогда это все?

- А как же без этого? – искренне удивилась Стефания. – Если ты доносов не пишешь – что ты за черт? Более того: что ты за черт, если на тебя никто доносов не пишет? У тебя что, врагов нет?.. Тебя все любят?.. У нас как раз вот такое вызывает подозрения.

- А как у вас вообще наказывают? – полюбопытствовал Данилюк. – Не за кляузы, а... за что-нибудь?

- Понижением в ранге. Переведением на плохое место. Дополнительной работой. Или вот... инспектора Небироса видел? Как-нибудь в таком духе.

- Ну... э-э... не совсем понял тебя сейчас, - осторожно заметил Данилюк.

- Хотя иногда все-таки казнят... но это нужно совсем уже круто напортачить, - не слушая его, продолжала Стефания. – Тогда, бывает, демонстративно приносят в жертву. В назидание остальным.

- В жертву?..

- Ага. Скармливают какой-нибудь здоровенной твари. Так себе участь. Но это нужно прямо вот серьезно оттоптать мозоль какой-нибудь крупной шишке. Я и не помню, когда такое в последний раз случалось.

Дописав, Стефания сунула пергамент в конверт, смачно его лизнула, запечатала и повела рукой по стене. Там развернулся небольшой пантакль – чертовка набрала адский код, раскрыла клубящийся огненный кратер и швырнула туда свою анонимку.

- Вот теперь она тоже получит, - сладко потянулась она. – Ты жрать будешь?

Данилюк не был голоден, но очень любопытствовал узнать, чем питаются демоны. Чертовки с гомоном собрались у обеденного стола, Вильгельмина бухнула в центр здоровенный чугунок с дымящимся варевом.

То было нечто вроде гуляша. Не просто тушеное мясо с подливой, которое под гуляшом обычно понимают в России, а именно настоящий венгерский гуляш. Густой суп с мясом, картошкой и овощами. Страшно горячий и такой острый, что резал десны.

Кроме традиционных компонентов Вильгельмина навалила туда каких-то штук, к которым Данилюк старался не присматриваться. Физиологически призрак отравиться не может, но вот психологически – еще как. Достаточно съесть что-нибудь такое, насчет чего точно будешь знать – это отрава.

Подсознание охотно сделает все остальное.

- Вы, значит, тут вчетвером живете? – спросил Данилюк. – В складчину снимаете, или что?

- Ага, аренду ежемесячно платим, - фыркнула Стефания. – Ты еще про коммунальные услуги спроси. В Аду все бесплатно, но при этом все дерьмово.

- Каждому по котлу, с каждого по семь шкур, - хихикнула Регина.

- Но я думал, так только для грешников, - удивился Данилюк.

- Чертям тут тоже не сахар, - хмуро сказала Стефания. – Не настолько, как смертным, но все равно.

- Почему?

- Потому что черт не должен быть доволен жизнью. Черт должен быть злым и всех ненавидеть.

- Насколько злым?

- Ты адские кастрюли видел? У них ручки внутри! А адские велосипеды видел? Они без сидений!

- И как же вы это терпите?

- А нас кто-то спрашивает, что ли? – фыркнула Стефания.

- Ну я не знаю, просто если всем так плохо...

- Да не всем, конечно. Князья Тьмы купаются в абсолютной роскоши. Восьмые и седьмые ранги отстают не сильно. У шестых и пятых тоже все в шоколаде. И даже четвертые с третьими живут в целом сносно.

- А вот второй и первый сидят в конурах и страдают, - с каким-то извращенным удовольствием сказала Регина.

- Тесно у нас просто очень, - добавила Вильгельмина. – Перенаселение.

- А расширить пространство нельзя? – спросил Данилюк. – Вот у нас в Чистилище...

- Знаю я, как у вас в Чистилище! – отмахнулась Стефания. – Думаешь, мы тут дураки? Давно все расширено, что только можно. Мы тут это пространство разве что узлами не завязываем. Оно уже вот-вот по швам разойдется.

- Кстати! – щелкнула пальцами Кассандра. – Стефания, ты же экзамены сдавать ходила! Провалилась, да?

- Провалилась, провалилась! – запела Регина. – Неудачница!

- Ха, держите карман шире, трещотки! – оскалилась Стефания. – Сдала! У меня теперь второй ранг, я пеший гонец! И теперь я от вас наконец-то свалю! Вот только подам заявку, и только вы меня и видели!