Опасайся пенья в темноте (СИ) - Лофтрунн Анна - Страница 10

      — Оставь нас, Морнаэв, я позову тебя, когда ты мне будешь нужен, — сказал он женским голосом. Правой рукой Моргота оказалась хрупкая девушка в чёрном бархатном кафтане с серебряными застёжками и поясом, что нисколько не смутило Нимве, уже привычной к таким вещам. — А вы, — обратилась она к эльфам, — будьте моими гостями. Садитесь за стол, ешьте и пейте.

      Нимве покосилась в сторону стола, у которого стояло три стула, с трудом сдерживая желание наплевать на отыгрыш хорошей эльфийки, не поддающейся на уговоры тёмного, даже такие безобидные. В большом кувшине явно было вино, в вазе лежали яблоки, апельсины и бананы, а на тарелках было аппетитное жареное на костре мясо. Плевать на то, что оно могло давно остыть, но…

      Эльфийка осталась стоять, как и Гваэлон.

      — Хорошо, — Саурон встал и подошёл к столу, который стоял чуть поодаль. Он налил себе вина и отхлебнул. — Стойте хоть до тех пор, пока у вас ноги не отвалятся. Но, аманэльдэ, чьего имени я не знаю, объясни мне тогда одну вещь, которая никак не укладывается в моей голове. Ты боишься принять от того, что ваш народ зовёт тьмой, даже такую мелочь как простая еда и питьё, но сама при этом не без тени. Как можно сторониться капли, стоя в луже?

      — О чём он говорит, Нимве? — спросил Гваэлон. — Зачем ты смущаешь деву своими лживыми речами, Гортхаур? — эльф пытался придать своему голосу угрожающие нотки, но это вышло похоже на рявканье маленького львёнка перед могучим львом.

      — Лживыми? — Саурон рассмеялся, тонкими пальчиками закидывая виноградинку себе в рот. — О нет, маленький лесной эльф, я не лгу. А наша заморская гостья прекрасно понимает, о чём я говорю.

      — За Морем нет и не может быть тени! В землях, откуда родом наша светлейшая госпожа…

      — Помолчи, Гваэлон. Мне горько это осознавать, но он…прав. Мы творили страшные вещи, нам нет ни оправдания, ни прощения, — Нимве опустилась на землю на колени, спрятав лицо руками, не глядя ни на Гваэлона, ни на Саурона, который в это время мило улыбался.

      — Ты не должна поддаваться отчаянию! Что бы ты не сотворила, Валар благи и милосердны. Элберет не отвернётся от тебя.

      — Валар отвернулись от изгнанников и бросили их! — воскликнул Саурон, указывая на Нимве. — Валар допустили братоубийство в своей земле, мятеж и клятвоотступничество. Скажи мне, синда, так ли благи те, которых ты и не видел, а только слышал о них? Они бросили и вас на этих землях, чтобы терпеть страдания и муки, а с веками не найти отдохновения для уставшей души.

      Гваэлон стоял, ошарашено глядя то на Саурона, то на Нимве.

      — Нолдор, что пришли с Запада, ведомые Феанором, перерезали ни в чём не повинных тэлери, среди которых есть ваша родня и друзья. Они бросили своих же сородичей на гибель во льдах, сжигая корабли в Лосгаре. И с ними вы искали союза? С братоубийцами и клятвопреступниками? — Саурон продолжал вбивать острые гвозди в трепетное и чистое сердце Гваэлона.

      — Ты служишь отцу лжи, как я могу верить тебе? — воскликнул он, но былая уверенность больше не слышалась в его дрогнувшем голосе.

      — Это правда, Гваэлон, — еле слышно сказала ему Нимве. Как легко Саурон вверг в смятение несчастного эльфа, но самое страшное, что он сделал это, сказав правду, ни разу не солгав. Так ли светел Валинор, из которого они бежали? И правда, сколькому Валар позволили произойти, когда могли вмешаться? — Валар и правда отвернулись от нас.

      — Известно ли тебе, Гваэлон, что эльдар не знают лжи? Дева говорит правду, можешь ли ты не верить ей? — Саурон встал и подошёл к эльфу вплотную. — Вы не так уж и отличаетесь от нас. А мы от вас. Я не чудовище, Гваэлон, а моё сердце ведает сострадание и участие. Я вижу, какую боль причинили тебе слова, сказанные здесь, а потому буду милосерден к тебе. Ты волен идти прочь, возвращаясь под сень своих лесов, эльф, никто здесь не тронет тебя. Но не проси меня о большем.

      Губы Гваэлона мелко задрожали, парень сделал шаг назад. Он с нескрываемым ужасом и слезами на глазах смотрел на Нимве, так низко павшую.

      — Иди, обещаю тебе отпустить и брата следом за тобой, — Саурон зловеще улыбнулся, но Гваэлон, ослеплённый такой невероятной удачей, ничего не заметил. — А это милое дитя пока останется со мной. Ты ведь хочешь остаться здесь ещё ненадолго?

      Нимве с ужасом посмотрела Саурону в насмешливо-серые глаза и отвернулась. Полог шатра на несколько мгновений отодвинули, чтобы пропустить Гваэлона, дневной свет, прорвавший в полумрак, больно резанул по глазам.

      — К тебе пришла Айлнунг, мой лорд, — сказал Морнаэв, провожая уходящего эльфа взглядом.

      Саурон одобрительно кивнул, молчаливо дозволяя молодой орке войти. Девушка, если это серокожее красноглазое создание в окровавленной кожаной одежде можно было так назвать, с поклоном зашла внутрь, небрежно отпихнув с дороги Нимве, всё так же обречённо стоявшую на коленях. Лорд сдвинул брови на переносице и досадливо покачал головой, но не сказал ни слова.

      — Пустышка, господин, — только и сказала она. Это значило, что какой-либо ценной информацией пленный эльф не владел.

      — Твоя весть огорчила меня, Айлнунг, — устало проронил Саурон, садясь на свой трон. Орка вжала голову в плечи, ожидая кары, но лорд неожиданно улыбнулся. — Но уже не столь важно, знает ли он что-то или нет. Я обещал Гваэлону, что отпущу его брата. Кем бы я был, если бы не держал слово? — Саурон гаденько ухмыльнулся, одного только взгляда было достаточно, чтобы Айлнунг поняла его приказ.

      Орка низко поклонилась и вышла, насвистывая весёлую мелодию.

      Морнаэв снова зашёл в шатёр:

      — Вставай и пошли, — велел он Нимве. Девушка покорно встала и поплелась за ним следом. Она окончательно убедилась, что разведчик из неё вышел ужасный.

Глава 6. Запретное болото

      Нимве сидела в своей камере, обхватив колени руками, на этот раз её не связывали, довольствуясь лишь запертой дверью. Девушка видела, как из пыточной вывели израненного эльфа в полубессознательном состоянии. Видимо, это и был Лаилас, брат несчастного Гваэлона, который может стать причиной эльфийского поражения на этой игре, если в Дориате не найдутся умные и опытные игроки, могущие исправить ситуацию. Во власти Мелиан было исцелять души искалеченных эльфов, уповать можно было только на неё, на её находчивость как игрока и силу как персонажа. Если уж она выдержала песенный поединок, не прощающий ни малейших промахов и требующий импровизации и быстрой реакции на происходящее, то уж с Гваэлоном она не должна растеряться.

      Гроза, громко заявлявшая о себе, так и не началась, пройдя мимо леса в сторону города, которому этим вечером очень не повезёт. Белые рваные тучи предвещали как минимум очень сильный ветер, сбивающий с ног. Нимве перевела дух – она панически боялась гроз в лесу, особенно после момента, когда на турбазе, где девушка отдыхала в детстве, из-за ураганного ветра деревья падали в паре шагов от домиков. Шаровой молнии, которая однажды влетела через открытое окно, искрясь и потрескивая, Нимве испугалась бы меньше.