Кровавая охота - Киллоу Ли - Страница 37

Он скрестил пальцы.

На противоположной стороне улицы он задержался у аптеки, которая одновременно служила газетным киоском, но газет из Сан-Франциско и вообще из Калифорнии не было. Через несколько дверей витрины универсального магазина. Среди других книг "Я Чинг", Библия, религиозные украшения — обычный набор. Книга вызвала припадок тоски по дому.

Сдайся, говорил ему внутренний голос. Отправляйся домой и расскажи Серрато, где найти Лейн. Пусть он займется ею. Тебе здесь не место.

Это предложение искушало его, но он упрямо покачал головой. Отыди от меня, сатана! Это мое дело!

У поворота на Мейн Стрит он остановился, настороженно принюхиваясь. Воздух пах жиром, но не чесноком. Он вошел. Меню в держателе на середине стола предлагало большой выбор блюд: от завтраков и гамбургеров до жареных цыплят, но ничего итальянского.

— Что закажете? — спросила официантка.

— Я хотел бы поговорить с управляющим.

— С владельцем? Верл, — обратилась она к человеку у гриля, — к тебе.

Гаррет зашел за прилавок и представился.

— Верл Гамильтон, — ответил плотный лысеющий человек. — Ты не тот парень, что ищет родичей?

Слухи расходятся. Гаррет кивнул.

— Чтобы продолжать поиски, мне нужна работа. У вас что-нибудь есть?

Гамильтон осмотрел его.

— Я люблю смотреть в глаза человеку, с которым разговариваю.

Гаррет снял очки.

— Умеешь готовить?

Гаррет подумал, не солгать ли, потом покачал головой.

— Мороженые обеды, сосиски, жареные на открытом огне грибы — вот и все.

Гамильтон вздохнул.

— Мне нужен был бы вечерний повар.

— Я быстро учусь. Восемь лет работал в полиции и научился быстро овладевать профессией: приходилось действовать под маской. И работа мне нужна.

Официантка сказала:

— Верл, я подменю за грилем, а он пусть обслуживает столики.

Гамильтон поджал губы, потянул себя за ухо, потом кивнул:

— Попробуем.

Гаррет улыбнулся.

— Когда начинать?

— Завтра. Приходи к трем.

— Верл, завтра четверг, — сказала официантка.

— Черт возьми, — Верл нахмурился. — А что если начнешь прямо сейчас? Всего часа на два, но успеешь присмотреться. Завтра скажешь номер своей страховки.

— А при чем тут четверг? — спросил Гаррет.

Ответила официантка.

— Магазины работают поздно. В городе полно покупателей, они часто заходят перекусить. Это не время для перерывов.

И вот Гаррет в нарукавниках сидит за столиком с Шарон Хейджорн, официанткой, кивает, а она объясняет нумерацию столиков и порядок записи заказов. Они все повторили дважды, и она предоставила ему свободу действий.

Работа казалась легкой, если не считать утомительного воздействия солнечного света. Но в этом помог закат. Тарелки полегчали, походка ускорилась. Новизна, однако, скоро выветрилась. Гаррет увидел, что ему предстоит работа — средство заработать деньги. И не больше.

Незадолго до закрытия под хор возгласов Гамильтона и Шарон:

— Привет, Нат, — вошел полицейский. Гаррет видел снаружи его машину: мощный темно-коричневый комбинированный автомобиль с полицейскими огнями наверху. Мундир у полицейского был того же цвета, что и машина: рубашка с нашивками и ярлычком-табличкой и брюки.

Коп — его имя, по табличке, Тоувз — сел у стойки, поглядывая на Гаррета.

— Новенький?

Гаррет кивнул.

— Кофе?

— Со сливками. Мне как обычно, Шарон, — сказал он официантке у гриля, потом поставил на стойку свое радио, уменьшив звук, так чтобы только он мог слышать. Пригладил усы — рыжие, как и бачки, хотя волосы у него темные, — и еще раз с ног до головы оглядел Гаррета. — Твой ZX с калифорнийским номером перед «Дрисколлом»? Ты тот, что ищет родственников.

Гаррет кивнул и налил ему кофе. Он очень хотел присесть к полицейскому и поговорить. Встреча с ним — все равно что встреча с братом в чужой стране, но резкость голоса Тоувза сдержала его.

Гамильтон взял деньги у последнего посетителя и закрыл за ним дверь.

— Это Гаррет Микаэлян, Нат. Он был копом.

Гаррет мигнул. Он чувствовал себя так, будто показал свой значок полицейскому в незнакомом городе, чтобы его не оштрафовали.

Тоувз немедленно оттаял.

— Правда? Меня зовут Натан Тоувз. — Он произнес «Теувз». — А где ты работал?

— В Сан-Франциско. Отдел по расследованию убийств.

Тоувз поднял бровь. Непроизнесенный вопрос очевиден:

— Почему ушел?

Гаррет чувствовал себя обязанным ответить.

— Моего партнера тяжело ранили, и по моей вине. Это меня потрясло.

— Заказывай, — сказала Шарон.

Гаррет выбрал чизбургер и жаркое.

Тоувз полил мясо кетчупом.

— Жаль, что ты проездом. Мы потеряли офицера, и Бог знает, когда найдем замену.

Гамильтон фыркнул из-за кассы, где считал чеки.

— Латта — это не потеря. Он заслужил увольнение: разбил стекло полицейской машины и утверждал, что в него стреляли.

Гаррет долго смотрел на Тоувза, потом встряхнулся. Забудь об этом, парень. Но он не забыл о словах полицейского. Постоянная работа помогла бы ему объяснить задержку здесь, а официальное положение — арестовать Лейн.

— А какая работа?

Тоувз пожал плечами.

— Колотят в двери, нарушают правила движения, ссорятся, дерутся. По уик-эндам в основном подбираем пьяных.

Но это не ответило на главный вопрос: справится ли Гаррет с этой работой? Насколько помешают его особенности другим полицейским, не подвергнут ли их опасности? И учитывая обстоятельства, при которых он ушел в отставку дома, захотят ли его здесь?

По пути в гостиницу он продолжал думать об этом, думал и надевая костюм для "разминки".

Он двинулся по главной улице на север. Вскоре она с четырех полос сузилась до двух по обе стороны железнодорожной колеи, проходила мимо железнодорожной станции с загонами для скота, торговым павильоном и каруселью, потом пересекала реку Салина и поворачивала на запад уже как окружная дорога 16. Местность, которая вокруг Баумена опускалась к речной долине, снова поднялась холмистым плато; пастбища ярко освещала убывающая луна; их изредка перегораживали ограды из колючей проволоки. Везде множество скота, крупного черного, рыжего, белого. И все животные меньше, он заметил, того бегемота, из которого он пил в первую ночь. Подобно тому гиганту, черный бык, к которому он наконец подошел, послушался, и Гаррет поел. Он думал, что нужно найти способ хранить термос в холодильнике. Тогда бы он смог принести его сюда и наполнить.

Потрепав в знак благодарности быка по голове, Гаррет почувствовал, что рядом есть еще кто-то. Он повернулся и увидел пару горящих глаз. Животное маленькое, меньше немецкой овчарки. Койот?

Животное смотрело на него и неподвижного быка. Гаррет покачал головой.

— Нет. Не беспокой его.

Глаза койота жгли. Гаррет смотрел в них, пока хищник не встал.

Уходя, Гаррет с удивлением заметил, что койот последовал за ним, он шел сбоку в десяти футах. Гаррет побежал, койот тоже. Он следовал, как тень, не угрожая, решил Гаррет, который видел любопытство в глазах хищника. Удивлен нечеловеческим запахом? Гаррет побежал к городу.

Минуя станцию, он заметил сзади машину. Обернувшись, увидел полицейские огни и поднял руку в приветствии.

Двигатель взревел. Машина проскочила мимо него, развернулась поперек улицы и остановилась со скрипом шин. В глаза ему ударил фонарик. Гаррет закрыл глаза рукой.

— Торопишься? — спросил голос из-за света.

Черт возьми!

— У меня пробежка. — Гаррет указал на свой костюм.

— Среди ночи? Конечно. Иди сюда. Положи руки на машину и расставь ноги!

Что? Гаррет раскрыл рот, собираясь протестовать, и захлопнул его. Сопротивление приведет только к худшему. Рассерженный, он распластался у машины.

Фонарик погас. Подойдя сзади, коп начал его обыскивать. Гаррет заметил пояс, начищенный до блеска. Сладость жидкости после бритья скрывала запах крови.

— Ты это проделал, как человек с опытом, приятель, — сказал коп.