Черный дневник. Книга первая (СИ) - Тартаров Илай - Страница 67

— Он трогал тебя?..

Диалия вырвалась из его рук и снова прижалась, стараясь спрятаться от его глаз, прошептала на выдохе с такой горечью, что у меня дрогнуло сердце:

— Прости меня…

Глава 24

Я вывалился с кровати, запутавшись в одеяле, крикнул яростно развернувшемуся Сафиру:

— Стой! Стой безумец! Нас всех убьют!

Он даже не обернулся, а может в тот момент и не видел меня, я кинулся мимо Диалии за ним в коридор. Он сперва шел, а потом, не в силах стоять на месте, едва ли не побежал. Я рванул следом, попутно надеясь, что время позднее и нашу беготню никто не увидит. Коридоры, ступеньки, я искренне порадовался, что везде лежат ковры, и наш топот поглощает мягкая шерсть. Боясь кричать, чтобы никого не разбудить, пришлось догнать Сафира на лестнице. Схватил его за руку, сказал жарко:

— Остановись, Сафир! Надо разобра…

Договорить не успел, сперва улетел вслед за его рукой, а затем, поймав меня на противовесе, Сафир с силой впечатал меня лицом в перила. Рот сразу наполнился кровью, а перед глазами всё поплыло куда-то в бок, а после завертелось, завертелось, и больно било со всех сторон. Обнаружил себя у подножия лестницы, вскочил и похромал за Сафиром. Если он его убьет, нам конец. Рекомендации, черт бы тебя побрал, Сафир! Тебя и твою женщину! От них одни неприятности… Когда доковылял до дверей Графа, с горечью обнаружил мертвого стражника, удивился, что только один, но рассуждать не стал, сразу вошел в покои. Внутри стоит второй страж, увидев меня сразу достал меч и приставил острием к горлу. Я удивился, спросил озадаченно:

— Не понял… А такой… Большой и злобный здесь не появлялся?

Секундой позже получилось выглянуть за спину стражника, но ситуация ничуть не прояснилась. Рэнье достал меч и упер его в грудь Сафира, а тот прорычал зло:

— Как ты посмел, тварь?!

Граф перевел взгляд на меня:

— Виконт? Что всё это значит? Успокойте слугу, или мне придется наказать и вас!

— Наказать? — взревел Сафир. Сафир схватил лезвие меча рукой и рывком отвел в сторону, попутно делая шаг вперед, а затем, сжал кисть Графа и с наслаждением вывернул так, что я услышал хруст. Рэнье взвыл, но Сафир быстро схватил его за горло, перекрыв дыхательные пути, и крик стих.

— Останови его, идиот! — крикнул я на стражника, который все так же держит меч у моего горла.

— Сам идиот! — отозвался он, вогнав меня в очередной ступор.

Сафир выхватил меч у Графа, горло пришлось отпустить, но меч упер ему в плечо и надавил с силой.

— Отвечай, мразь! Ты трогал её?

Рэнье бешено осмотрел нас, затем плюнул, то ли на Сафира, то ли на пол, я не увидел:

— Будь ты проклят, раб…

Граф умер быстро, едва ли даже успел заметить, как его же клинок отсек ему голову. Я рукой отбил меч направленный в меня, рванул к Графу, не в силах осознать, что спасать там уже нечего. Алая кровь фонтаном хлещет из тела, заливая пол. Сафир бросил оружие рядом со мной, плюнул на труп, а мне сказал:

— Ну, давай! Спасай своего Рэнье, или как там его зовут!

— Идиот! — зарычал я. — Что ты наделал? Мы были почти у цели, а ты…

— Он изнасиловал Диалию! Ты позволил ему это сделать, Альнар! Ты не помешал ему, когда он потребовал её к себе в служанки, но при этом пытался остановить меня, когда я захотел отомстить!

Я схватился за голову, ну вот, второй Валет. Этого мне еще не хватало, женщины делают их тупее…

— Да откуда ты знаешь, что он правда изнасиловал её? Ты там был?

— Ты хочешь сказать, что Диалия лжет? — взбесился он.

— А почему нет? — воскликнул я, но подумал, что если продолжим эти препирания, либо он убьет и меня, либо разбудим кого-нибудь криками. — Всё, хватит! Поздно, поздно об этом говорить… Ты сам не понимаешь, что ты натворил, но сейчас нет времени. Тебе надо бежать…

— Что?

— Бежать Сафир! И тебе, и твоей Диалии, иначе Графиня повесит вас завтра же утром! Я уже молчу о том, что пропали мои рекомендации к королю… Но ты мне всё еще друг, хоть и очень… очень умный.

Он задумался, когда услышал о Диалии, слепец, а я перевел взгляд на стражника, который даже не пытался остановить Сафира.

— А ты еще кто такой? — спросил я, чувствуя, как неприязнь к этому человеку растет с каждой секундой.

— Мой товарищ с арены, — ответил Сафир.

— Значит, тебя сюда назначил Жером, так? — спросил я.

— Да, — усмехнулся тот, — бывают же совпадения…

— Бывают… — согласился я злобно, — ты удивишься, какие бывают совпадения…

Я поднялся на ноги, посмотрел в глаза Сафиру, и достав из перевязи пять золотых, сказал серьезно:

— Забирай Диалию и уезжай в столицу. Там, стражнику у городских ворот оставь один золотой и скажи, что скоро прибудут люди, спросят, где тебя искать, пусть не отвечает, пока не удостоверится, что это мы. Знаком будет то, что я протяну ему одну монету на правой ладони, а затем еще одну на левой. Впрочем, нет… Отправлю Валета сразу за вами, а сам проверю, что погони не будет.

Он посмотрел оценивающе, сказал с сомнением:

— Чего это ты такой заботливый…

— Потому что мы друзья, Сафир, или уже нет?

Он не ответил, только осмотрелся еще раз:

— А как объяснишь всё это?

Я кивнул на стражника, ответил уверенно:

— Он поможет мне… Расскажем, что тот, первый стражник оказался предателем. Граф вызвал его внутрь, а когда этот… Как тебя?

— Брун…

— Брун, — повторил я, — почти как Брут… Так вот, когда Брун зашел проверить, все уже было кончено, но Брун сумел убить предателя…

Сафир посмотрел в сомнении:

— Ты уверен, что его не заподозрят?

— Конечно, нет, — уверенно ответил я, — еще и заплатят за храбрость… Можешь мне поверить, Сафир, я всё устрою…

Когда Сафир ушел, я выждал некоторое время, чтобы уж наверняка, затем сказал Бруну, который успел обыскать комнату на предмет золота и драгоценностей:

— Надо затащить тело стража сюда…

— Вот и тащи, — хмыкнул он.

Я послушно поднялся, пошел в коридор, взял за ноги труп и начал пыхтя затаскивать, он зацепился рукой за дверь, я не стал поправлять, так и толкал ворча и пыхтя, пока не услышал сзади:

— Ну, ты и идиот… Подвинься, криворукий…

Я посторонился, а он прошел вперед, поправил руку, я сказал заговорщицки:

— Тяжелый больно… Наверно карманы набиты.

У него загорелись глаза, сказал поспешно:

— Это мы сейчас проверим, а то у этого Графа кроме пары перстней, которые и не снимешь, нет ни черта…

Он упал на колени, методично орудуя руками за пазухой у мертвеца, а я подобрав клинок Графа, быстро подошел к нему сзади и, схватив мародёра за волосы, приставил лезвие к горлу. Он встрепенулся, проблеял испуганно:

— Эй, ты чего?

— Видишь ли, в чем дело… Если Графиня узнает о том, что среди стражи, которую сюда поставил Жером оказался предатель, тогда она обязательно задастся вопросом, а откуда Жером вообще их взял. И путем не таких уж сложных вычислений доберется до Сафира, и хуже всего, до меня!

— Подожди, давай я просто уйду…

— Молчи дурак… Ты ведь дурак, да? Отвечай!

— Да…

— Да, милорд, — надавил я на клинок.

— Да, милорд… — послушно повторил он.

Я чувствовал, как меня всего трясет от злости… Всё, что выстраивал, всё пошло не так… Ну, ладно, будем импровизировать.

— Так вот, дурак. Жером тоже пойдет на виселицу за то, что поставил на стражу Графу — убийцу. А тут ведь вот какое дело, Жерома мне жалко, а тебя нет… Ну, не совпадение ли?

Когда с наглецом, который посмел назвать меня идиотом, было покончено, я занялся собой. Разорвав камзол, растрепав волосы, и хорошенько растревожив разбитые от удара Сафира губы так, чтобы кровь хлынула с новой силой и как следует залила мне подбородок, я уселся возле трупа Графа и закричал, что было сил:

— Стража!.. Стража, сюда!

Когда меня повели к Графине, я точно знал, что скажу, но беспокоило другое. Да, теперь мне никто не выдаст рекомендации, придется пробиваться на прием к королю без них… А Сафиру придется продолжит путешествие с нами, и это, наверное, единственный плюс. Понадобятся грамоты, титул… Надо снова просить Манфаэля.