Одинокий отец познакомится - Ртуть Мика - Страница 73

– Ты пойдешь со мной к близнецам?

– Конечно! Как вы могли сомневаться!

Марк поцеловал Лорен в лоб и вышел из комнаты. Когда он открыл дверь, в щель проскользнул Кошмарик. Химера деловито забралась на кровать и улеглась в ногах. За окном раздался очередной раскат грома, и Лорен услышала в его отголосках:

– Моя!

Она улыбнулась и, укутавшись в одеяло, закрыла глаза.

Лорен вздохнула. Сон не шёл, она опять мысленно переживала встречу с демоном. Ей просто повезло, что дон Марк не скрывал на темной половине свою вторую сущность, и ещё повезло, что она увидела момент превращения. Хотя, повезло ли? Только сейчас Лорен поняла, что ей позволили увидеть этот момент, ведь без разрешения хозяина замок ничего не делал. Да и дворецкого на удивление не оказалось рядом. Выходит, дон Марк сам хотел, чтобы она узнала это страшное семейное проклятие. Он ей доверяет и больше не отпустит. Никто ей не позволит уйти с этой тайной. Пугает ли это? Да, но ведь она сама не хочет уходить. Хочет быть рядом с любимым мужчиной, с его детьми, хочет просыпаться по утрам в его объятиях, видеть любовь в его глазах, и ей все равно, какими будут эти глаза – черными или огненными.

Спать не хотелось. После того, как дон поделился с ней силой, залечивая нанесенные демоном раны, тело переполняла энергия. А раз так, то и лежать в постели нечего.

Лорен быстро встала, натянула платье, собрала волосы в хвост и решительно толкнула дверь… которая оказалась заперта с обратной стороны. Нет, это уже было слишком!

Лорен подергала ручку, постучала, даже несколько раз громко потребовала выпустить её, но замок проигнорировал.

Кошмарик, лёжа на кровати, с интересом наблюдал за ней. Потом, потрескивая костями, не спеша сполз на пол и боком, словно краб, подобрался к двери.

– Сможешь открыть? – с надеждой спросила Лорен.

Химера чуть озадаченно кивнула и требовательно запросилась на руки. Девушка подняла её до высоты замка, замирая от осознания того, что она нарушает молчаливый приказ Марка.

Через несколько секунд замок бесшумно открылся, а к Лорен пошла волна самодовольства.

– Да-да, ты у меня умница, – похвалила она Кошмарика и выглянула в коридор, ожидая увидеть возмездие в лице герцога или его дворецкого, ведь невидимый соглядатай уже доложил о её самоуправстве. Ну и пусть! Ей никто не запрещал выходить из комнаты и бродить по замку! А может, ей нужно в библиотеку? Да! Взять ещё один учебник. Или воды попить! Лорен решительно направилась в кухню. Марта всегда оставляет немного еды на ночь, на случай, если герцог прибудет поздно. Правда, он редко ел ночами, но кухарку это не смущало – она была готова кормить своего любимчика сутками.

Лорен бесшумно шла по полутемному коридору, постоянно вздрагивая от малейшего шороха. Она так и не привыкла к этому замку. Днём здесь было светло: солнечный свет лился сквозь большие арочные окна, создавая уют и чувство защищенности. Но ночью замок менялся: огонь магических светильников отбрасывал множество теней, любой звук казался громким и зловещим, а уж зная, какие обитатели населяют эти стены, становилось немного не по себе. Кошмарик весело бежал впереди, иногда оглядываясь и кивая черепом, он первым и нырнул в приоткрытую дверь кухни. Пустой.

– Марта! – тихо позвала Лорен.

Ответом ей был стук собственного сердца и неожиданно громкий бой часов. Лорен нервно вздрогнула, когда за спиной кто-то сдавленно захихикал, и резко оглянулась, хватая со стены скалку.

– Ты такая пугливая, – веселый мальчишеский голос раздался прямо над головой, и из стены вышел довольный донельзя Винсент. – Три часа ночи, что ты делаешь на кухне?

– А ты? – Лорен была рада его видеть, но признаваться в этом не собиралась

– За тобой слежу. Кошмар передал, что ты выходишь из комнаты, а так как сейчас мы на военном положении, я решил проследить, куда это наша смелая Лорен направилась? – честно ответил Вин и полез в шкаф. – Заодно водички попью.

– Ты не напился вечером? – не без ехидства поинтересовалась Лорен, но наполнила чайник водой и поставила на плиту, которая сразу же раскалилась докрасна.

– Я ещё вам отомщу, – беззлобно пообещал Винсент, выставляя на стол тарелки с холодным мясом и пирогами.

– Ага, спасибо что предупредил. – Лорен достала две чашки. – Мы будем готовы.

– Ставь три чашки, сюда идёт Софка.

– Замок сказал?

– Нет, после того, как мы объединили силы, я её чувствую.

Когда заспанная и настороженная София в длинной розовой рубашке и с огненным шаром в руке вошла на кухню, её ждала чашка с горячим белым чаем и тарелочка с разогретым пирожком.

– Вы чего здесь сидите? – зевнула она, убирая огонь. – Против кого замышляете?

– Мы? – невинно похлопал глазами Винсент. – Как ты могла о нас так подумать? Вот, сидим, чаек попиваем, о жизни разговариваем

– В три часа ночи? Лорен, что-то случилось? – не поверила им девочка.

– Я познакомилась с темной половиной вашего отца, – вздохнула Лорен

Дети напряглись и настороженно переглянулись, София отставила чашку и, сцепив пальцы в замок, встревожено воззрилась на Лорен.

– И что? Теперь ты уйдёшь? – чуть презрительно процедил Винсент.

– А ты этого хочешь? – серьёзно спросила Лорен, глядя ему в глаза. – Скажи мне, будущий герцог Ортис, что хочешь ты? Чтобы я ушла или осталась?

– Тебе решать, – уклончиво ответил Вин. – От моего желания или нежелания ничего ведь не зависит, правда, будущая герцогиня Ортис?

– Отец ещё не сделал Лорен предложения, – тихо и немного грустно произнесла София.

– Это вопрос времени, – упрямо тряхнул головой мальчишка. – Если к ней пришёл Он, значит, отец уже все решил. Сама знаешь, этой тайной не разбрасываются.

– И как Он тебе? – София смотрела огромными, мерцающими в полутьме кухни глазами и ждала ответ.

Лорен задумалась.

– Мрачный, нежный и неистовый, хитрый и очень чуждый, если вы понимаете, о чем я.

– Понимаем, – одновременно ответили дети.

– Но я постараюсь привыкнуть и к такому дону Марку, потому что люблю его. – Лорен честно посмотрела на Винсента. – Я не уйду, Вин. Смирись.

– Как-нибудь переживу, – буркнул несносный мальчишка, но Лорен заметила, как они переглянулись с Софией и словно вздохнули с облегчением.

– Так что вы здесь делаете? – Девочка опять потянулась за чашкой.

– Здесь Первый и его вороны, – многозначительно произнёс Винсент. – На нас напали, отец закрыл замок цепями Инферно, теперь к нам никто не сможет пройти кроме тех, кто уже в замке. – Он довольно усмехнулся. – Морено будет недоволен.

– Кто напал? – нахмурилась Софи.

– Магистр сейчас это выясняет, но, похоже, у нас объявился ещё один родственничек. Дождёмся отца и узнаем.

– Пойду я спать, – зевнула девочка. – Не люблю, кода от папы пахнёт кровью.

Она чмокнула Лорен в щеку и повернулась к Винсенту:

– Проводи меня, брат.

Тот фыркнул, точно как его мантикора, и, взяв Софию за руку, утащил её в стену, чтобы появиться спустя три минуты с двумя гибкими трубками в руках.

– Пошли, подслушаем, о чем они говорят, – Вин с заговорщицким видом помахал перед озадаченной Лорен трубками.

– А ты знаешь, где они? – Лорен быстро допила чай и отставила кружку в сторону.

– Они уже в усыпальнице. Ворон зачем-то собрал всех немертвых у гроба первого Ортиса. А меня не позвали, – обижено добавил он. – Словно я не Ортис.

– Меня тоже не позвали, – утешила его Лорен, – хотя я ясновидица.

– Тебе до ясновидицы ещё год учиться, – снисходительно сообщил Вин, и Лорен услышала в его словах знакомые интонации. Мальчишка явно повторял за старым герцогом Ортис, пребывающим ныне в виде лича. – Так ты со мной или тебя тоже провести в комнату?

– Конечно, с тобой! – возмутилась Лорен, хватаясь за протянутую руку. – Если дон Марк спросит меня, что я делала в подземелье, я честно ему скажу, что следила за тобой, чтобы ты никуда не влез!

На это наглое заявление Винсент не нашёл ответа, только засопел агрессивно и скрылся в стене, протащив Лорен следом. Ощущение было странным, словно тело сжали со всех сторон, сплющили, осушили, а затем вновь накачали воздухом. Когда Винсент отпустил её руку, Лорен поняла, что ходить сквозь стены ей определенно не понравилось, лучше по старинке – ножками по лестницам. Но вслух она этого не произнесла, подозревая, что вредный мальчишка специально провёл её самым длинным путём.