Явочная квартира - Картун Дерек - Страница 35

- Советую вам, дорогой мэтр Птижан, поискать убийцу в другом месте, произнес он с почти отеческим добродушием. Он, Ашар, изо всех сил стремится помочь правосудию, ему больно от происходящей несправедливости. - Мой совет - доложите полицейским, что они взяли неверный след и только зря тратят ваше время. Пусть-ка поработают, как следует, пусть разыщут тех, кто действительно совершил это ужасное преступление. А то выбрали легкий путь. Нашли кого арестовать! Кое-кто из полицейских пытается свести со мной счеты, настоящую вендетту объявили. - Ашар изобразил на лице грусть и обиду, - Им не впервой, и наверняка они на этом не остановятся. К счастью у меня есть друзья, и я уже научился отстаивать свои интересы.

Многозначительный намек на "друзей" не ускользнул от внимания следователя, он почувствовал, что голова идет кругом.

- Предупреждаю, Ашар, - на сей раз вам не выкрутиться, - произнес он и сам почувствовал, сколь неубедительна эта угроза.

Мэтр Фраскони позволил себе улыбнуться:

- Пустое, - сказал он, - И раньше судебные следователи пугали моего клиента теми же словами. Полиция давно объявила ему войну, к этому приложили руку его деловые партнеры, проще сказать, конкуренты. Сфера бизнеса господина Ашара, к сожалению, не регулируема.

Это была чистая правда - Ашар со своими помощниками контролировал семь баров на Монмартре, известных полиции как центры наркоторговли, и три кабаре, которые на самом деле были просто борделями. Регулярные визиты Анри Ашара в Южную Америку предпринимались отнюдь не для поправки здоровья или ради экзотических фотосъемок. На набережной Орфевр бытовало единодушное мнение, что если какое-нибудь лицо пожелает свести счеты с другим лицом, неважно по какой причине, то тут ему наилучшим образом помогут люди Анри Ашара.

- Пятнадцать лет пытаемся подловить на чем-нибудь этого подонка - и впустую, знаем, что он виноват, а все ускользает, - жаловались в уголовном розыске, - значит, пора прищучить его там, где он ни сном, ни духом...

Ничего странного не было в этой идее, обычный ход мыслей раздраженных полицейских. Но кто-то возразил, что и такое трижды уж предпринималось: и улики подбирались, и свидетелей натаскивали, но каждый раз мэтр Фраскони, поддерживаемый неведомыми силами, вытаскивал Ашара из беды.

- К этому типу ни на какой козе не подъедешь, - сказал кто-то, - Вон Аль Капоне тоже ухватить не могли, а уж сколько за ним числилось убийств, вымогательств и всякого такого. А посадили за неуплату налогов.

Эти слова были встречены громовым хохотом:

- Если Ашара за это брать, так полстраны пересажать бы пришлось. Если обвинить его в том, что нагадил на тротуар или с газовым счетчиком похимичил, чтобы меньше платить - и то больше шансов упрятать гада за решетку.

На том дискуссия и закончилась, ни к чему она не привела.

Судебный следователь Артур Птижан в самом мрачном расположении духа, дергаясь всем лицом - тик усилился, - решил вернуть дело в полицию на доследование. Именно к этому и склонял его мэтр Фраскони.

- Вот так. Ваш клиент должен быть готов, что его вызовут. А пока вы свободны.

Широко улыбаясь, Анри Ашар поднялся и протянул следователю руку:

- Благодарю. Вам скажут, где меня найти.

Чуть поколебавшись, не в силах устоять перед этакой наглостью, следователь пожал протянутую руку.

Потом обменялся рукопожатием с Фраскони - этот хоть коллега, пусть даже с самой сомнительной репутацией, - и посетители ушли. Неприятная ситуация. Но по крайней мере ему теперь не грозит изгнание в провинцию.

Если бы ему удалось подслушать разговор, который вели его недавние визитеры, покидая Дворец правосудия, он и вовсе бы успокоился.

- С дураком удалось договориться, - сказал Ашар.

- Не спеши с выводами, Анри, - возразил Фраскони, - Полиция так легко от своей редкостной удачи не откажется: тебя же застали чуть ли не на месте преступления. Надо ещё что-нибудь придумать.

- Что, например?

- Можешь надавить на какое-нибудь начальство?

Собеседники остановились у самого входа во Дворец правосудия, прохожим приходилось их обходить.

- Самое высокое. Может быть, использовать кого-нибудь из тех, кто перед тобой в долгу?

- Я их оставляю на самый крайний случай. Считаешь, сейчас такой случай?

- Да.

Сунув руки поглубже в карман и притопывая ногами от холода, Ашар погрузился в раздумье.

- От этих кретинов из Ассамблеи пользы, похоже, никакой не будет, сказал он наконец.

- А если кто-нибудь с набережной Орфевр...

- Есть и такие, но дело-то не в их руках.

- Без помощи со стороны хороший исход не гарантирован, - признался мэтр Фраскони, - Портье не особенно надежен.

- О нем я уже позаботился. Он, конечно, видел того, кто поднялся наверх, но знает, что лучше ему все позабыть. Есть для этого причины - ему объяснили.

- Ну, у полиции найдутся и свои убедительные причины. Такое тоже бывает. Нароют что-нибудь против него - он им все и выложит. И на суде засвидетельствует, что видел тебя с напарником, как вы по лестнице шли наверх.

- Избавиться от него, что ли?

- Не хотелось бы ещё одного убийства.

- Думаешь, я хочу?

Они помолчали, потом Фраскони сказал:

- Ну какого черта ты сам в это ввязался?

Ашар пожал плечами:

- Наверно, от старых привычек не избавился. Но главное - дело-то очень важное, лучше меня никто не сделает, я должен быть уверен.

- А может тот, кто за этим стоит, нам и поможет выкрутиться?

- Возможно, - усмехнулся Ашар, - Очень может быть.

- Нечто вырисовывается, - поделился Баум с Алламбо, - Со множеством темных пятен, малопривлекательное, но все же кое-что.

Перед ним лежал отчет Бальдини о том, что сделано полицией по поводу двойного убийства на улице Пернели, и о том, как судебный следователь не сумел дать делу ход. Этот отчет помог Бауму сделать кое-какие заключения.

- Что у нас есть? В метро убита жена перебежчика. Затем убита горничная Лашома, тоже в метро. Далее - убийство двух несчастных мальчишек, изображенных на снимках. И ещё убит человек во Франкфурте - тот, что смонтировал фотографии. Пять убийств! - Он покачал головой, как бы сам себе не доверяя, - Рискованные и дорогостоящие операции. А цель-то какая, Господи прости?

Он давал своему заместителю возможность высказаться, выдвинуть свою теорию, но долгий опыт общения с шефом подсказывал Алламбо, что его теория вряд ли окажется желанной - просто Баум таким методом проверяет собственные логические построения. Поэтому Алламбо промолчал, пришлось Бауму продолжать самому:

- Очевидно, цель - скрыть все следы провалившегося заговора против Антуана Лашома, защитить его организаторов, залатать, образно говоря, дыры, вымести пыль из-под ковров, - Сделав паузу, он закурил, - Для нас, контрразведчиков, главный вопрос: все это натворили Советы или кто-то другой? Мы должны ответить, типичны ли для русских такие методы, были ли прецеденты, а если нет - то можно ли полагать, что КГБ обновил свои методы и собирается использовать их впредь? Смею предположить, что этого не произошло, поскольку это не отвечает их характеру и, по-моему, русские просто не потянут в смысле реорганизации своего дела.

Он докурил сигарету, уставился на окурок тяжелым взглядом, перевел глаза на Алламбо:

- А твое мнение?

- Согласен, - ответил тот.

- Хорошо. Что же нам остается, раз уж делом занялась полиция?

- Я по крайней мере избавлюсь от расследования убийств в метро.

- Конечно, теперь за них взялись полицейские, и помогай им Бог.

- С другой стороны, сам Котов...

- Вот-вот. Котов, несчастный наш перебежчик. Никаких следов. Молчит а какой был разговорчивый. Прячется в тихом месте. Или ударился в бега. Может, он уже в Москве - кто его знает?

- Русские требовали возможности с ним пообщаться?

- Да. Из Лондона сообщили, что такие требования поступали трижды, и нам задавали вопрос, у нас ли Котов. А мы отвечали, что нет его здесь, и пусть газеты читают: было же сообщение, что он улетел в Штаты.