За все рассчитаюсь с тобой! - Чейз Джеймс Хедли - Страница 46

Кунц откашлялся.

– Я восхищен, если вы всегда так выглядите, – сказал адвокат, во все глаза пялясь на Клер.

– Во всяком случае, на суде она будет выглядеть именно так, если вы решите вызвать ее для дачи показаний. И это не улучшит положения вашей клиентки, если вы захотите создать из Клер образ женщины-вамп.

Он провел рукой по плешивому черепу. Что ж, этот человек умел признавать свои поражения.

– Я не думаю, что она понадобится мне на суде, – сказал он. – Что ж, я пошел по ложному пути, Кейн, и теперь вижу, что зря теряю время. – Он еще раз окинул Клер взглядом с головы до ног, качнул головой и вышел.

Мы вздохнули с облегчением. У меня появилась надежда, что все обойдется и пресса оставит нас в покое.

Увы! Следующим утром у нас объявился представитель прокурора округа. При нем был рапорт офицера дорожной полиции, составленный по поводу инцидента с Лидией Гамильтон на моей станции. Едва он узнал, что Лидия пыталась свалить вину за дорожное происшествие на других, как он тут же примчался ко мне. Это была как раз та причина, которую он искал, – объявить Лидию алкоголичкой. Я сделал все, что мог, чтобы отговорить его от огласки этого происшествия… Увы… На следующее утро журналисты были уже в курсе. Они слетелись на станцию, как мухи на мед.

Коротышка-фотограф, который пытался сфотографировать нас возле заведения «У Джо», явился в первых рядах.

– Хэлло, хитрец! – приветствовал он меня. – Итак, вы не любите огласки? Мой редактор посвящен в историю с засвеченной пленкой.

На протяжении часа вспышки фотоаппаратов освещали все закоулки нашего дома. Мы, как могли, пытались скрыться от навязчивого внимания журналистов, но это нам плохо удалось. Когда они наконец оставили нас в покое, я вошел в спальню и достал револьвер Бата. Сев на кровать, я старательно вычистил оружие, смазал и зарядил. У меня было странное ощущение, когда я вновь держал в руках оружие. Скорее это было неприятное чувство.

К тому же я заметил, что потерял былую сноровку, ведь не упражнялся с револьвером уже почти четыре месяца. Мне теперь многое придется наверстать, чтобы на равных мериться с Батом.

Клер застала меня в тот момент, когда я упражнялся в выхватывании оружия. Я обнял ее и посадил на кровать.

– Я думаю, пришло время отправить тебя куда-нибудь в безопасное место, – сказал я. – Если Бат перейдет в наступление, ты для него явишься идеальной мишенью.

Она покачала головой.

– Это ни к чему не приведет, если я удеру, мой дорогой. К тому же, зачем нам разлучаться на месяцы в ожидании нападения, которое, возможно, никогда не произойдет. И, возможно, меня могут вызвать в суд. Так что чему быть, того не миновать. Останемся вместе. Вдали от тебя я все время буду волноваться. – Она обняла меня за шею. – Ты можешь приводить какие угодно доводы, но я не оставлю тебя одного.

Немного поразмыслив, я согласился с ней.

– Что ж, будем ждать их здесь, – сказал я.

Я очень надеялся, что в газетах появится минимум информации о нас, но действительность превзошла все мои опасения. В «Кларион» – газете, где работал коротышка-фотограф, появилась громадная статья. Они раскопали все мои приключения в Парадиз-Палм. Фотографии: моя, Клер, Киллиано, даже мальчишки-детектива Клерболда были помещены на первых страницах.

Я понял, что надо готовиться ко встрече с Батом и Лоис Спенс.

5

Дни проходили за днями, но пока все было тихо. Я начал понемногу успокаиваться, но тем не менее продолжал принимать все меры предосторожности. Я ни на миг не расставался с револьвером, постоянно практикуясь во владении оружием, так что вскоре достиг прежней сноровки. Мы приобрели двух злобных полицейских собак, чтобы сторожить дом. Но никто не в состоянии все время жить в напряженном ожидании несчастья. Сначала мы очень нервничали: прислушивались к малейшему подозрительному шуму, тревожно умолкали, слыша шаги, переглядывались при телефонном звонке. Но подобное напряжение долго выдержать невозможно. К концу месяца мы почти вернулись к нормальному образу жизни. Но я все же остерегался подходить к подъезжавшим машинам, если не видел водителя, и отправлял для переговоров Бонеса. Я не дежурил по ночам.

Трехдневный процесс по делу Лидии Гамильтон стал сенсацией. Кунц понимал, что у нее не было ни единого шанса быть оправданной. Он не отрицал ее виновности, но настаивал на том, что преступление было совершено в состоянии аффекта и клиентка не отдавала себе отчета в своем поступке.

Прокурор жаждал ее крови, вот почему он не вызвал меня на суд в качестве свидетеля – мои показания подтвердили бы, что она действительно не отдавала отчета, что творит.

После ожесточенной схватки Кунц добился достаточно мягкого приговора, и после обычной в таких случаях полемики в газетах этот случай был предан забвению.

Через неделю после процесса и пять недель после того, как газетчики разоблачили меня, Лоис Спенс перешла в атаку.

Только что закончился рабочий день, и я передавал дела Бену, моему ночному служащему, когда зазвонил телефон.

– Я отвечу, – сказал я ему, так как на подъездной аллее показалась очередная машина.

Я зашел в кабинет и снял трубку.

– Кейн? – спросил женский голос.

Я сразу же узнал этот голос и печально улыбнулся. Итак, они не оставили меня в покое!

– Хэлло, Лоис! Я ждал твоего звонка.

– Ожидание было приятным, не так ли? – насмешливо сказала она.

– Время приготовиться у меня было. Хочешь повидать меня?

– Ты знаешь это лучше, чем я, но все же хочу сделать тебе сюрприз. Но не в официальной обстановке, так что фрак можешь не надевать.

Я рассмеялся, хотя в этот момент мне было не до смеха.

– Как там Бат? – спросил я.

– Прекрасно. Напрасно смеешься, Кейн: когда мы навестим тебя, тебе будет не до смеха.

– Ты выжила из ума, – сказал я. – Впрочем, ты всегда не блистала умом, рыжая и глупая. Может быть, ты воображаешь, что меня напугали твои угрозы? Ха! Ты и Бат слишком мелкотравчатые негодяи. Можешь так и передать своему дружку. И помни, если ты промахнешься, то на много лет угодишь в тюрьму. Бат обвиняется в убийстве, и ты получишь свое как соучастница. Не забывай об этом.

– Слушай, подонок! – злобно закричала она. – Я уже давно ищу случая поквитаться с тобой. Было довольно забавно заставить тебя повариться в собственном соку, но мне уже надоело ждать.

– Не расстраивайся, сестричка, тебе нечего сердиться. Скажи, чего вы добиваетесь, если, конечно, это не секрет.

– А ты как думаешь? Мы похитим твою девушку и пригласим тебя на свидание с ней. Бат по-прежнему мечтает о конкурсе стрельбы.

– С незаряженным револьвером у меня, разумеется?

– На этот раз нет. Он готов биться с тобой на равных. Твой трюк с кобурой на этот раз не пройдет. Итак, до скорого свидания, Кейн. Мы придем.

В трубке послышались короткие гудки. Некоторое время я стоял в задумчивости, потом вышел из кабинета и сел в «Бьюик».

– Скажи миссис Кейн, что я вернусь через двадцать минут, – попросил я Бена.

Через пять минут я уже подъезжал к полицейскому управлению. У первого попавшегося копа я спросил, где найти лейтенанта Мэллори. Мы были достаточно хорошо знакомы. Он часто проезжал мимо моей станции автосервиса и заходил ко мне перекинуться парой фраз, выпить холодного пива, которым угощала гостеприимная Клер.

– Что случилось, Кейн? – спросил он, предлагая мне сигарету.

– Я хотел бы попросить полицию о помощи.

Он удивленно уставился на меня, затем расхохотался.

– Ничего себе! Вот это номер! Ты просишь полицию о помощи? Без шуток?

– Что поделать. Я больше не стреляю в людей. Послушайте, лейтенант, я сейчас расскажу вам свою историю…

И я подробно рассказал ему практически обо всем.

– Но как можешь ты бояться такого подонка, как Томпсон?

– Я не сказал, что боюсь, – терпеливо продолжал я. – Но ведь все изменилось. Я стал добропорядочным гражданином. Моя дикая жизнь в прошлом. Я женат и владею станцией техобслуживания. Я не хочу рисковать. Не хочу попасть в тюрьму или сесть на электрический стул только из-за того, что полиция не может очень хорошо выполнять свои обязанности.