Вьюжинка - Иващенко Валерий В. - Страница 83

– Ещё и меня переживут, - Грендель тихонько подошёл к выходу, отодвинул растянутый на деревянной рамке полог и шагнул наружу…

Нет, определённо, это какой-то бред! Колдун протёр глаза и безнадёжно уставился в прежнюю сторону. Ладно бы, если б по ущелью ковылял заблудившийся кочевник на своей лохматой и злой как голодный орк лошадке - таковое бывало. Не озадачил бы Гренделя и вонючий клыкастый, уж те бестолковые и напрочь дурные. Хоть и стереглись они непонятной лощины, откуда не возвращались и где бесследно пропадали их собратья - но случалось и такое, ведь орки с головой откровенно не дружат.

Но чтоб по обжитому колдуном ущелью довольно бодро топал молодой солдат-наёмник в полном облачении, такого себе хозяин и в кошмарном сне привидеть не мог. Мало того, что здоровенный как лось парняга беззаботно пёр со стороны реки, огибая валуны и покрученные сосны, так ещё и сиплым голосом умгукал какую-то песенку. Чародей прислушался к этому весьма и весьма незамысловатому исполнению - надо же, "Шлюхи Майзинга", сто лет не слышал! Впрочем, солдат был один - без лошади и даже собаки, и никакого беспокойства от него вроде бы не предвиделось. Потому Грендель бросил удивляться и, прикрывшись на скорую руку отводом глаз, поспешил наперерез…

– Э! У? - молодой солдат охнул и отшатнулся, когда колдун объявился перед ним в своей излюбленной манере - подобравшись поближе и лишь перед самым носом убрав свою невидимость прочь.

Наёмник ухватился было за свою шипастую палицу, но распознав во внезапно объявившемся обыкновенного человека - не елфа и уж не коренастого орка - да ещё и на целую голову ниже себя, лишь нахмурил погрознее брови и уставился на того. Ну в точности, как тот козёл на новую калитку!

– Да вот шёл мимо - смотрю, чел непонятный по моим горам шастает, - заметил колдун и неспешно обошёл здоровяка вокруг.

Черноволос, здоров как бугай, слегка потрёпан… ага! Вон на наплече полустёршаяся эмблема гильдии наёмников Фальберга имеется… сбежал или ненароком от своих отбился, понятное дело.

– Ну, чего молчишь? - насмешливо поинтересовался Грендель, закончив свой осмотр.

Брови багровевшего от натуги что-либо сообразить солдата сошлись уж совсем близко к переносице.

– Если солдат и есть рот - значит, обязан уметь говорить, - назидательно заметил колдун.

Парняга крякнул в полном недоумении, и с шумом выдохнул.

– А ещё, я туда ем, - кое-как озвучил он результаты своих просто-таки неимоверных усилий и, словно в подтверждение, зычно колыхнул воздух.

Грендель в полнейшем возмущении умственными способностями чужака задрал глаза к небу - но оно, как чаще всего и бывает, осталось хмурым и полностью безучастным. Впрочем, чего роптать? Всё верно. Сила есть, ума не надо - и всё такое… вон, какие кулачищи, да и в плечах - не всякая рубаха налезет.

– Ну да, к такой богатырской стати ещё и мозги, то уже роскошь будет, - покорно признал чародей своё полное тут бессилие, и призадумался. Вот же ж послали боги прохожего… прост, как полено сосновое!

– Чё-чё буровишь? - оказалось, что по крайней мере со слухом у чешущего в затылке парня всё в порядке. Но обидеться он всё же не сообразил.

Грендель мимолётно заметил, что в такую дрянную погоду пригласить путника в тепло - обогреться и подкрепиться - долг каждого почитающего Вёсенку-мастерицу и богатыря Чаруту человека. А затем, приметив как от усилий что-то сообразить вновь стали сползаться к переносице брови парня, лишь поморщился.

– Жрать будешь, герой?

– Гы! - довольно осклабился мгновенно уловивший знакомое солдат. Тут же он вытер ладонь о себя в жалобном звяканьи кольчужки, и протянул к колдуну. - Эта, давай.

Безнадёжно вздохнувший Грендель пошёл по неприметной тропинке к пещере, ведя солдата за собой, словно козлёночка на тонкой ниточке обещания. Хорошо хоть, парень не злой. Здоровый и добродушный - такому бы толкового сержанта, может из двоих и толк получиться. Может, к тому старому солдату его приспособить?…

Рондель уже встала, громыхала чем-то у очага. Отмахнулась от солдата, восторженно и громогласно заметившего "о, баба!" и тотчас протянувшего к той руки. Правда, оба они - и девица, и колдун - испуганно схватились за сердце, когда здоровяк, от одного только присутствия которого в пещере стало как-то тесновато, едва не своротил шкаф, всего лишь мимолётно задев тот плечом.

Впрочем, апоплексический удар самой Рондель не грозил по причине молодого ещё возраста - а чародею ввиду регулярного употребления некогда изобретённого и с тех пор собственноручно изготовляемого эликсира против такой въедливой болезни, как старость. Но если б гость побил все горшки, убытку и в самом деле оказалось бы вдосталь, ведь не все порошки и мази в шкафу колдуна отличались безобидностью…

Аппетит у солдата оказался подстать его размерам - ел гость торопливо и жадно. Оно конечно, всю ночь по такой погоде ногами махать, жор нагуляешь ещё тот. А колдун сидел на лавке напротив, и всё пытался сообразить - мерещится ему, или же кольцо на пальце у гостя и в самом деле похоже на те, которые некогда носили позабытые ныне даже в легендах Первые Маги? И отчего парняга каждую седьму шкварку, да поаппетитнее, всё в левый рукав совает? Чудные где-то в дальних землях обычаи…

– Можно посмотреть? - всё же не утерпел он и указал на столь заинтересовавший его предмет.

– Аумг… ык! - рыкнул на него парень, не озаботившись даже прожевать наваристую со шкварками и луком кашу, а не то чтобы проглотить.

Естественно, поперхнулся. Глаза сразу полезли из орбит, и пришлось проворно подскочившей Рондель хлопнуть кулачком по спине гостя. Отбила руку о кольчугу, понятное дело, запричитала и заверещала на солдата - чародей глядел на этот стремительно набирающий обороты скандал и тихо давился со смеху. Но когда парень наконец запил солидным глотком (вернее, полукувшином) козьего молока и с визгом кольчуги утёр рукой рот, то выразился уже куда более понятно:

– А по шее, деда?

После пространной речи, в течение которой Грендель излил всю глубину переполняющей его горечи по причине того, что гость в ответ на самый что ни на есть радушный приём и угощение так и норовит заехать по жизненно важным частям организма; а также выразил неимоверное сожаление по поводу столь полного падения нравов у нынешней молодёжи - после всего этого брови у парня опять прочно срослись на переносице.

– Ну эта… ну ладно, чё там… - похоже, обоих к этому моменту уже давящихся от хохота хозяев только что удостоили не менее изысканных извинений, чем могла бы высказать какая-нибудь велеречивая маркиза. После чего парень примирительно засопел и заворочался на лавке.

– Ох и вояка! - простонала Рондель в совершеннейшем восторге. - Грендель, где ты такое диво и откопал-то?

Колдун с ухмылкой ответствовал сначала в том духе, что хвала всем богам - парниша не догадался у входа сапоги грязные снять. Как пить дать, от вони портянок звери передохли бы, а шкуры на стенах облезли… да вот, топал солдатушка через ущелье невесть откуда и невесть куда. Ну как такого одного отпустить? Чисто тебе телок неразумный, ещё обидит кто.

– Ну да, обидит - с такими махалками на плечах скорее он сам любого обидит, и вовсе не малехо. А если за дубину свою возьмётся, ховайтесь все, - заметила раскрасневшаяся от смеха Рондель под взглядом уже забывшего обо всём и восторженно уставившегося на неё парня, и принялась убирать со стола.

– Так где колечко взял, служивый? Ублажи хозяев беседой, расскажи чего, - вновь осторожно принялся за расспросы колдун.

Гость уже распустил ремень и теперь сыто и вполне добродушно улыбался. Ну да, что ещё надо солдату? Из такой погоды да в тепло, забросить в брюхо достаточное для иных двоих количество еды - эх, хорошо! Ещё б покемарить чуток… Выяснилось, что кольцо парню подарил колдун - да старый, старый, куда уж там старее…

– Эта, деда - точно, железное. Самый боевой металл, даже лучшее чем гномский чугуний, - авторитетно заявил парень, сопроводив свои слова достойной бога грозы отрыжкой.