Опричник (СИ) - Хорошавин Сергей - Страница 74

   Следующая перемена была наиболее разнообразной и богатой по ассортименту: одной только ухи я насчитал больше двух десятков видов, и это, не считая прочих супов и похлебок. Одновременно подали и множество разных каш, а так же множество пирогов с разной начинкой. Собственно к подаче горячего мой протеже Габдулла Хусейнов и подоспел. Место ему государь выделил не рядом с собой, но и не обидел: посадил между татарских князей, что всяко выше по статусу простых дворян и иноземных мастеров.

   Резон понятен -- пока дела в Казанском крае идут не шатко не валко. Война с отрядами казанских татар и примкнувших к ним черемисов и чувашей еще толком не утихла. Кто-то партизанит по лесам, как тот же Мамич-Берды, а кто-то присягает на верность и впрягается в административную работу с местным населением. Пока первых больше, подозреваю, что именно поэтому Иван Васильевич и придает такое значение казанским делам: нужно ему показать всем, что процесс пошел, дабы подтолкнуть в нужном направлении тех, кто не сделал еще свой выбор окончательно. Есть у меня подозрение, что одной только демонстрацией милости в отношении своего нового подданного, государь не ограничится, но не буду торопить события: тарханные грамоты Габдулла получит на днях, тогда и ясно будет, что к чему.

   Пир понемногу катился к концу, под конец внесли десерты: разнообразную сладкую выпечку, засахаренные фрукты и фрукты в меду, а так же различные заморские деликатесы. Доставленные моим человеком бумаги, Иван Васильевич отложил в сторону, найдя занятие интереснее: разрезать на части сахарный Казанский Кремль и отсылать куски своим особо отличившимся при штурме столицы ханства боярам и воеводам. Взятие Казани правда состоялось второго октября, а не первого, но тут свой резон -- завтра пятница, постный день, какой тут может быть пир? Впрочем, сегодня деть тоже знаменательный, именно первого числа казанским людям был дан выбор: покориться воле государевой или умереть...

   По окончании пира я, улучив момент, отловил во дворе, среди отъезжающих, Ивана Михайловича Висковатого и упросил при первой же возможности передать мою записку Адашеву лично в руки. Свое послание я сопровождал приличным случаю подношением: возом с пятью десятками пудов соли, привезенной с Баскунчака, возложив доставку до адресата так же на главу Посольского приказа, получившего за содействие столь же щедрый подарок. Заодно я передал распоряжение государя насчет обеспечения всего потребного для испытания пушек, а именно -- девять сотен саженных отрезков бревен толщиной в дюжину вершков или чуть менее, да впятеро более того пятиаршинных жердей, толщиной в полтора вершка.

   ...

   Собрать мишень, укрепив на поле расщепленную пополам саженную колоду подпоркой из жердей задача нехитрая, однако ежели таковых надобно более полутораста дюжин, то поневоле заскучаешь. Утешало лишь то, что народа у меня хватало: не надеясь лишь на своих людей, я попросил у Висковатого три сотни посадских в помощь, и теперь они, разбившись на пятерки, под руководством моих пушкарей занимались тем, что выстраивали на лугу, что за Земляным валом "татарское войско".

   Позиций для стрельбы готовили три: одну, шириной в полста саженей и вытянутую на версту вдаль, в поле, для обещанной государем Кашпировой пушки, которую обещались непременно доставить с Пушкарского двора не далее как завтра к обеду, аккурат ко времени назначенному государем для стрельб. Вторая позиция, для дюжины наших единорогов, была отмеряна на сто двадцать саженей вдоль берега. Третья, для стрельбы непосредственно с борта расшивы, была вдвое уже.

   Работы по установке одной мишени отнимали у нас чуть более получаса, так что к вечеру мы успели выполнить две трети всей работы. Продолжение работ пришлось отложить на утро из-за наступившей темноты. К тому же вечером я ждал визита Адашева. Однако он не соизволил даже ответить на мое послание, зато приехали Иван Васильевич Шереметьев Большой и Иван Михайлович Висковатый, которых я позвал на расшиву отведать заморских деликатесов, благо с первой звездой пятничный пост благополучной окончился. Разговор у нас намечался долгий...

   ...

   За пару часов до полудня обеду доставили Кашпирову пушку, а чуть позже прибыл и сам государь. Впрочем, государь добрался до места даже чуть ранее, прежде чем все успели подготовить, потому как, несмотря на помощь приданных посадских, на установку многотонного монстра потребовалось немало времени. Чтобы не заставлять Ивана Васильевича и сопровождающих его бояр ждать впустую, я поднялся на специально возведенный помост и доложил, что в любой момент готов начать. Царь благосклонно кивнул...

   Я вынул из кармана песочные часы, сделанные специально для такого случая и поставил их на стол. Затем снял шейный платок и махнув им над головой запустив тем самым отлаженный механизм "представления": расшива пришла в движение, несмотря на полное отсутствие ветра. Глядя на удивление государя и ближних бояр, пояснил:

   -- Сие судно, государь, может ходить как под парусом, так и благодаря колесами наподобие мельничных, кои приводятся в движение волами!

   -- Ведомо сия хитрость была древним латинянам, о том в трактате "О военных делах" [55] упомянуто, -- кивнул Иван Васильевич.

   -- Именно так, государь! Доводилось видеть копию оного, когда обретался в Риме в ученичестве у мастера Ванноччо Бирингуччо. Однако, для морских сообщений, сей корабль, не годен, но для рек весьма пригож, -- сказал я и продолжил: -- Палуба сверху крыта тесом в два слоя по вершку каждый, стреле татарской нипочем оный не пробить.

   -- Запалят и вся недолга! -- ехидно вставил Адашев.

   -- Попытаться, несомненно, могут, но загорится ли?! -- усмехнулся я.

   -- Отчего же не загорится? -- удивился государь. -- Нешто слово заветное знаешь, да от огня колдовством уберечься тщишься?

   -- Колдовство тут не надобно, -- ответил я и пояснил: -- Дьяк Висковатый в прошлом годе у тебя государь по челобитной земли просил, дабы руду особливую для разной надобности имать...

   -- Помню о том, но к чему сия руда?

   -- А к тому что, окромя пользы от той руды для худой землицы, дабы жита родилось более, явилось еще одно свойство: ежели растереть ее, обожженную, в прах, да распустить в воде, а той водой напитать древо, поджечь оное непросто будет. Однако ж, о сем государь позже, эвон судно к берегу подошло, твоей команды ждет -- дабы с пушек палить, -- заметил я, и передал ему платок.

   Надобно сказать, что мишени мы выстроили в два ряда глубиной по тридцать саженей с таким же расстоянием между ними. Первый залп снес треть мишеней на второй линии: шесть единорогов выплюнули по сто двадцать картечин, и буквально через дюжину секунд рявкнули снова. Третий же и четвертый залпы был уже более увесистым -- к ним присоединились еще четыре ствола, перенесенные с противоположного борта, о чем я тут же сообщил государю.

   Бояре же как завороженные смотрели на трубы, начавшие выплевывать густые столбы дыма. Некоторые втихаря осеняли себя крестным знамением.

   -- Сие хитрая механика! -- пояснил я: -- Колеса особливой конструкции, помещенные в кожуха, работают как меха кузнечные и отгоняют дым, дабы тот пушкарям цели не застил. Внутрь же лишь малая толика попадает.